тебя кто-нибудь поймал. Раньше было гораздо больше способов
не спалиться. Если тебя палили за изменой, ты был полным кретином.
Мозгами я понимал, что люблю Мардж, но моногамия в таких случаях как-то не работала. Либо можно было остаться с ней на всю жизнь и смириться с тем, что секс у меня был всего с двумя телками. Меня такое не устраивало. Нет, я не трахался каждый вечер. Это происходило время от времени, но измена есть измена, и я отжигал несколько лет. Мардж думала, у нас прекрасные отношения, потому что я приезжал к ней раз в месяц, и мы шли на выставку в музей и все такое, а потом трахались. Затем я слушал ее истории об учебе, кивал ей, улыбался, а сам думал об Anthrax.
В некоторой степени смеялся я сам над собой. В Бостоне у меня была Мардж, а в Итаке девочки, с которыми я чувствовал себя рок-звездой. Когда мы закончили с альбомом, меня резко вернуло в реальность. Я снова оказался в своей клетке дома у мамы, где стояло все мое оборудование, потому что мы уже съехали из «Дома Музыки». Мы приезжали туда не каждый день и не хотели больше платить за аренду. В итоге нам было негде репетировать и разместить шмотки. Мне пришлось запихнуть все свои кабинеты Marshall и гитары с педалями к себе в комнату, где едва ли помещался матрас возле окна. Я спал и жил там почти три года. Возвращался с концерта и выгружал собственное оборудование в квартиру мамы. Роуди и дорожных техников не было. Сам справлялся. Плевать. Я был готов на любые условия, лишь бы добиться цели.
Вскоре мы вернулись из Итаки в Нью-Йорк с готовым альбомом. Это был Anthrax периода 1984 года, и он мне до сих пор нравится. В то время, конечно же, он мне тоже нравился, но сведение я терпеть не мог. И обложка меня ужасно бесила. Обложка и название пришли в голову Нилу. Раньше у Нила была самодельная кольчужная перчатка, которую он носил на сцене. Он сидел у себя на хате с грудой металла и несколько часов ее мастерил. Может быть, ему стоило быть ремесленником эпохи Возрождения, а не певцом. Он видел, как Judas Priest носят весь этот металл, и решил, что нам нужно напялить на себя еще больше металла и железа.
«Нам на обложке нужен парень, который получает металлической перчаткой, пробивающей его голову насквозь!»
Так Нил представлял себе понятие «метал». По мне, так полное дерьмо.
«Мы назовем альбом “Fistful Of Metal” (“Металлический Кулак”), потому что я ношу перчатку, и это пиздец как металльно», – с энтузиазмом отвечал Нил.
Больше ни у кого идей не было. У нас был готов еще один эскиз, который идеально сочетался с песней «Death From Above». В припеве пелось «Истребитель, истребитель. Заводится турбореактивный двигатель». И кто-то срисовал эту иллюстрацию с фотографии летчика-истребителя в самолете F-14 со шлемом и кислородной маской. Было круто и тонко. Но мне все это напоминало альбом Black Sabbath «Never Say Die». Да и выглядело попсово.
Мы оставили идею Нила, и художник, друг Дэнни Спитца по имени Кент Джозфе, нарисовал иллюстрацию. Мы не знали, что еще делать. Мы посмотрели на альбом Metallica «Kill ‘Em All» и сказали друг другу: «Ужасная обложка. Давайте не будем обращаться к этому художнику». С ним работал Джонни Зи, и это было ужасно. Обложка альбома Exciter «Violence and Force» просто отвратительнейшая. За неимением лучшего нам в срочном порядке сделал обложку друг Дэнни. Мы были весьма шокированы, что она была настолько ужасной, потому что видели портфолио парня, и у него полно классных рисунков и картин. К тому же он делал логотип для сингла «Soldiers Of Metal». Он отправил нам шесть или семь идей для логотипа, и один из них выделялся на общем фоне. Точное попадание. Вот он, настоящий Anthrax. Логотип был охренительным. И мы решили, что этот парень будет рисовать обложку, основываясь на варианте Нила.
Затем мы увидели готовый вариант. Первым делом я сказал: «Минуточку. Это же какая-то херня. Здесь две правых руки!» Получилось, что одна и та же рука держит парня за волосы и бьет его по роже. Я не мог понять, было там два человека, один держит, а другой мочит, или же парень родился с двумя правыми руками. Обложка оказалась провальной, но бюджета на что-то другое не было. Либо оставлять эту, либо альбом выйдет вообще без обложки и будет только логотип группы и слово «Fistful Of Metal», потому что название мы уже подтвердили. Еще хуже, что первая партия в Штатах вышла с логотипом розового цвета, а не красного. Попсовее и быть не могло, но мы ничего не могли поделать. Megaforce не собирались из-за розового логотипа браковать тысячи копий. Все на альбоме, кроме музыки, получилось дерьмово.
Сейчас-то я уже смотрю на обложку с любовью и теплотой, потому что она жутко нелепая, но, бля, как же мы ее ненавидели. Но если посмотреть на дебютные альбомы всех крутых трэшевых коллективов, везде ужасные обложки: Anthrax «Fistful Of Metal», Exodus «Bonded By Blood», Metallica «Kill ‘Em All», Megadeth «Killing Is My Business… And Business Is Good» и Slayer «Show No Mercy» выглядели весьма карикатурно. Наша была еще не самой смешной. Худшей была «Bonded By Blood». Что это за убожество на обложке Exodus? Но она классная, потому что плохие обложки были важным элементом трэша. Мы как бы думали: «Ладно, раз не можем сделать так же качественно, как Iron Maiden, попробуем как получится».
Как только мы поехали в тур в поддержку альбома «Fistful Of Metal», Нил обнаглел вконец. Он почувствовал себя главным и упрямился по любому поводу. Он твердил: «Я – вокалист, и либо будет как я сказал, либо никак». Он думал, без него мы пропадем. Но он, сука, был прав. Мы довольно быстро шли к успеху. Джонни Зи был нашим менеджером, и летом 1984 года привез Raven для совместного тура. Годом ранее они ездили в тур с Metallica, выступая у них на разогреве, а в этот раз начиная с 30 мая открывать все концерты должны были мы. Все уже было объявлено и запланировано, и, если бы мы потеряли вокалиста, пришлось бы отменить выступления. Джонни нас ждать не собирался. Он также вел переговоры с другими группами – например, Overkill и Legacy (впоследствии Testament). Мы должны были ковать железо, пока горячо, и Нил оказался в выигрышной ситуации.
Он решал, как мы должны выглядеть и что нам носить.
