честное, что я невольно залюбовалась девушкой с длинными ярко-рыжими, почти красными волосами. Она извивалась на мужчине, судорожно вцепляясь пальцами в собственную огненную шевелюру, плавно поднимаясь вверх и яростно опускаясь вниз. В этот момент она была самим огнем – выжигающим, неистовым, яростным и бешенным. Таким же бешенным был и темп, в котором она двигалась, с каждым подъемом ускоряясь всё сильнее и сильнее. Мышцы под тонкой молочно-белой кожей напряглись. Девушка приближалась к развязке. Рельефная и сильная, она напомнила мне древнюю вакханку, окутанную восхищением, с которым глядел на рыжую её партнер.
– Ох, там Макс! – с ужасом выдохнула Ниса, стремительно меняя траекторию движения и увлекая меня направо, в помещение, где мы сразу же окунулись в кубинскую музыку и слились с массой таких же, как и мы обнаженных людей, танцующих румбу.
– Пир во время чумы какой-то, – чуть задыхаясь выругалась подруга. Не договорив, отпрыгнула в сторону, чтобы избежать столкновения с парочкой, которая уже откровенно ласкала друг друга, умудряясь не переставать танцевать.
– Вот это навыки, – лицо подруги изумленно вытянулось. – Моё уважение!
Пройдя через весь танцпол и несколько раз наткнувшись на оставивших прелюдии танцующих, которые решили предаться плотским утехам прямо там, в толпе, мы добрались до следующей двери. Но не сразу смогли к ней приблизились, потому что двое мужчин зажали между собой кажущуюся крохотной на их фоне девушку, ритмично двигаясь в ней навстречу друг другу. Девушка орала, закатывала глаза, хватала ртом воздух, царапалась, превращая спину того, к которому находилась лицом в сосредоточение кровавых лучей. На наше счастье закончили они быстро. Рухнули на пол, отдышались, прикрывая веки. А после все трое поднялись и разошлись в разные стороны, не обращая внимания друг на друга, так, словно не они только что переплетались голыми телами, содрогаясь в экстазе.
Стараясь ни к чему не прикасаться руками, Ниса ногой толкнула дверь, и мы выпали в темноту, а когда створка захлопнулась погрузились еще и в тишину.
– Ты…, – тяжело начала я, сглотнула и начала заново: – Ты уверена, что мы идем в правильном направлении?
– Уверена, – подруга начала подталкивать меня вперед, не позволяя застыть на одном месте. – Я пока тебя искала, все закоулки здесь изучила.
– И куда мы идем? – спросила я, пытаясь отодрать остатки тумана от своих мозгов, а потому плохо соображая.
– Мы идем в комнату для персонала, – просветила Ниса, остановила меня, остановилась сама и махнула рукой во тьме, отчего прямо на стене засветились цифры, в которые подруга уверенно потыкала. Раздался тихий писк, затем сразу щелчок и перед нами распахнулась дверь из тонкого металла. – Здесь работники клуба переодеваются, красятся, едят, некоторые даже живут.
– А если кто-то из них сейчас здесь? – насторожилась я, заглядывая в комнату, которая напоминала нечто среднее между студенческой общагой и театральной гримеркой.
Вдоль длинного стола у стены были выстроены стулья, по одному напротив каждого зеркала, которых всего я насчитала десять. По периметру зеркала были оснащены мелкими лампочками, делая освещение идеальным для нанесения макияжа. У другой стены стояли диваны. Рядом высилось несколько стоек с вешалками. В углу пристроили подвесное кресло с плетеным каркасом. И везде, где только можно, валялись косметика, женское и мужское белье, одежда, обувь, коробки из-под пиццы с остатками еды, пепельницы, переполненные окурками, и многое другое, что свидетельствовало об отсутствии у людей природной тяги к чистоплотности.
– Заходи уже! – подруга подтолкнула меня в область чуть пониже спины, вынуждая шагнуть туда, где пахло сладкими женскими духами, начавшей портиться едой и плохой обувью. – Как же тут воняет…
Я огляделась, переступила через валяющийся на полу кружевной корсет и уныло спросила:
– Куда дальше?
– Сперва нужно переодеться, – Ниса направилась к вешалке, а я вспомнила, почему последние минут пятнадцать старалась не опускать взгляд ниже шеи подруги. Мы, конечно, были близки, но не настолько.
А еще я поняла, что туман из головы почти выветрился, мне вновь было под силу соображать нормально и не вешаться на незнакомых мужиков в масках.
– Вот, – и Ниса швырнула мне красное платье, короткое настолько, что не прикрывало даже мои репродуктивные органы.
Я со скепсисом воззрилась на подругу.
– Что? – развела она руками. – Тут тебе не магазин, что есть – то и натягивай! Всяко лучше, чем попой светить… и всем остальным тоже!
– А ты что наденешь? – ревниво спросила я и расстегнула несколько вшитых сбоку пуговиц, чтобы втиснуться в наряд, который был сшит на кого-то более субтильного, чем я.
– Вот это, – Ниса тряхнула кожаной юбкой и таким же коротким топом на широких лямках.
– Не лучше, – фыркнула я.
Мы споро переоделись, и я выжидающе уставилась на подругу.
Она подошла к одной из стоек с вешалками, а точнее к той, которая была накрыта чехлом. Приподняла одну из двух непрозрачных половин светло-бежевого цвета и щедро предложила:
– Залезай!
– Чего? – попятилась я. – Ты чего удумала?
– Спрятать тебя, – она по-деловому вперила руки в боки и взглянула на меня со всей строгостью. – Не нравится мне, как ты реагируешь на местную публику! Если бы меня не было рядом, ты бы уже скакала на этом, со странными желтыми глазами, как на мерине!
Я замялась, шаркнув ножкой.
– Да ладно тебе, просто в этом клубе паршивая вентиляция и мне дурман в голову ударил!
– А почему мне не ударил? – посуровела подруга.
– А ты привыкшая! – мигом сообразила я и только потом осознала всю абсурдность ситуации. Мы с Нисой поменялись местами, теперь она – благоразумная и отчитывающая, а я – капризная и взбалмошная.
– Твое… э-э-эм…, – подруга замялась, пытаясь аккуратно подобрать слова, – возбуждение… оно слишком сильное. Ты увидела этого парня и перестала быть собой! Ты же никогда не была заинтересована в случайных связях! За всю жизнь у тебя было всего два парня, да и те интеллигентные до зубной боли! Эдакие ботаники-заучки в тридцать четвертом поколении! А этот… он же просто ходячая проблема! С таким свяжешься и потом остаток своих дней будешь страдать и в себя приходить! А еще есть Макс, который где-то здесь, ищет тебя! Думаешь, если он увидит свою невесту на каком-то мужике, то обрадуется? Да твой жених устроит всем нам ночь длинных ножей! И будет большой удачей, если кто-то из нас выживет! Для него твоя измена – худшее оскорбление, плевок в лицо! А такие, как он подобного не прощают, как бы влюблены не были! Думаешь, если у Макса матримониальные планы, то он тебя не тронет? Всё, что ему нужно – это чтобы ты смогла дойти до алтаря и произнести брачную клятву. А это можно
