готова была сорваться на бег.
Остановила меня Ниса, чья холодная ладонь легла на мое оголенное плечо, приводя в чувство. Стиснув пальцы, она молчаливо призвала меня сохранять спокойствие и помогла удержаться на тонкой грани.
К сожалению, я потеряла бдительность. И проходя мимо последней приватной зоны, не успела увернуться от руки, ухватившей меня за колено.
– Куда собралась, красотка? – произнес мужчина, полыхнув на меня золотистыми глазами, в которых соединились все оттенки солнца. Они переливались и были текучими, словно один цвет порождал другой, тот создавал третий, третий возвращался к первому, и так снова и снова.
Я попыталась вывернуться, но моё желание предугадали, опередили на несколько секунд и перехватили другой рукой. Не позволяя ускользнуть, крутанули на месте, словно в танце, и притянули в крепкие, приправленные экзотическим восточным ароматом объятия. Это был запах курительных смесей, сизый дым от которых клубился вокруг, окутывая насыщенным туманом устроившихся за отдернутыми занавесями мужчин в масках.
– Посиди со мной, – прошептали мне на ухо, стискивая до треска в ребрах.
Я невольно охнула, почувствовав, как пробираются в носоглотку концентрированные маслянистые пары, заполняя сознание и отключая какие-то внутренние стопоры. Голова стала легкой, словно воздушный шарик, ноги ослабели, а перед глазами всё поплыло.
А может, это поплыла я…
– Ты такая мягкая, – жарко выдохнув мне в лицо незнакомец. Его глаза смеялись и это было восхитительное зрелище. Будто бы только для меня.
Ни о чем не думая, следуя за арабскими мотивами запевшей флейты словно заколдованная, я развернулась на мужских коленях, усаживаясь на них верхом, и подалась навстречу незнакомцу, внимательно наблюдающему за мной сквозь прорези в маске. Я успела коснуться его лишь краешком губ, как вдруг между нашими лицами возникла маленькая женская рука, останавливая не только поцелуй, но и мои бедра, которые начали покачиваться в такт этническим мотивам, что заструились над залом.
– Не хотелось бы вам мешать, – рявкнула Ниса рассерженно, – но использовать дурманящий эффект от курительных смесей для соблазнения девушек не совсем законно!
Я едва не застонала от разочарования, с гневом обернувшись на подругу.
– Соблазнение законно, если девушка сама хочет быть соблазненной, – весело ответил парень, теснее прижимая меня к своей груди и запуская пальцы в волосы. Его ладонь легла на мой затылок и это было самое приятное чувство, которое я испытала за долгое время. Меня накрыло ощущением нежности и защищенности. Каждой клеточкой своего обнаженного тела я чувствовала, как ему не хочется меня отпускать. Мне же не хотелось уходить. Кем бы ни был этот незнакомец, в его руках было так уютно, легко и свободно…
В ответном жесте я приникла к нему, позволяя удержать меня в своих объятиях.
– Да она соображает хуже ежика в тумане! – запыхтела от нарастающей злости подруга.
В голове промелькнула скудная мысль: Ниса здесь, потому что мы куда-то шли.
Нам нужно было что-то сделать… что-то очень важное.
Вернее, оно казалось важным, пока не появился он, этот парень с завораживающей улыбкой и золотистыми глазами, наполненными кружащими искорками. Они воскрешали в памяти волшебное сияние светлячков, способных подарить чуточку света даже в самые темные времена.
– Отпусти её! – потребовала подруга, и попыталась отобрать меня у незнакомца.
– Я её не держу, – парень широко развел руки в стороны, продолжая соблазнительно улыбаться. Так, что мне пришлось закусить губу, чтобы выдержать эту улыбку. – Она сама этого хочет.
– Ничего она не хочет, – заворчала подруга себе под нос, перехватила меня рукой через живот и отодрала от златоглазого, который в ответ лишь искривил губы. Улыбка из пленительной превратилась в печальную, он будто сожалел о чем-то. Но и держать силой не собирался.
– Подожди, – ухватился он за кончики моих пальцев, когда Ниса уже толкала меня в сторону выхода. Выпрямившись во весь свой немалый рост, парень поднес мою руку тыльной стороной к своим губами и коснулся. Так трепетно и нежно, что у меня свело судорогой низ живота. Ноги задрожали, а в глазах потемнело. Всё вокруг подернулось белесой мглой, которая не тронута лишь его. – Как тебя зовут?
– Официальное знакомство с голой задницей? – фыркнула Ниса, продолжая тянуть непроизвольно упирающуюся меня. – А может сперва штаны натянешь?
Мужчина не обратил на её слова никакого внимания, будучи всецело сосредоточенным на мне.
А я смотрела на него и думала, что не бывает так. Невозможно в одно мгновение влюбиться в человека, не видя его лица, даже не зная имени! Но все доводы разума с грохотом разбивались о непривычные чувства. В момент нашей встречи он заслонил собой солнце и луну, и весь остальной мир. Всё исчезло, нетронутым остался только он.
– Меня зовут Даниэль, – прошептал он в мою руку, целуя горячими губами кожу, которая и так была будто наэлектризована. – Я прихожу в этот клуб каждую неделю по пятницам. Надеюсь, мы встретимся вновь. Я буду ждать…
Его взгляд обжигал, обещал, захватывал, гипнотически притягивал, заставляя смотреть на него и только на него.
Я открыла рот, чтобы назвать свое имя, как подруга заявила:
– Не надейся, в этот гадюшник мы больше ни ногой!
И утащила меня.
Мы миновали двух охранников, которые выглядели так, будто в этой жизни были знакомы только с двумя вещами: маслом для тела и штангой. Наряды их тоже были весьма занимательными – черные кожаные штаны, перекрестье тугих ремней на монументальных плечах и тонкие серебряные клинки в поясных ножнах.
Охрана не обратила на нас никакого внимания, а вот парочка, притаившаяся в уголку сразу за выходом тихо засмеялась, прервав откровенный поцелуй и проводив нас заинтересованным взглядами. В какой-то момент показалось, что они сейчас остановят нас и попробуют приобщить к их локальному развлечению прямо здесь, в коридоре, окутанном приглушенным розовым светом, но нет.
Мы спокойно пошли дальше. Миновали игровой зал, где в это время был только один человек. На мерцающем экране перед голым толстым посетителем, сдвинувшем маску на лысеющий затылок, крутились слоты, постоянно выдавая непарные картинки в нужной линии. Такое поведение капризной фортуны мужчину очень злило, но не останавливало, он продолжал играть, с остервенением тыкая в кнопки.
Мы решили не составлять ему компанию. Тихонько выскользнули из зала и оказались перед пурпурными нишами, теперь полностью заполненными. Тут и там раздавались ахи и охи, звуки ударов и звонкого соприкосновения кожи с кожей. В воздухе витал запах секса, который оседал на коже и расползался по ней, будто вода по песку. Аромат был особенным, его практически невозможно было описать, но стоит обонянию его уловить, как сразу приходит понимание – вот оно, то, честное, что уравнивает нас всех.
Настолько
