– Ваши ответы слишком длинные! И мне не нравится ваш почерк, мисс! Вы что, не знаете о существовании пишущих машинок? Соберитесь, если хотите остаться на этой работе. Куда это вы собрались?! – удивленно воскликнул он, когда Одри встала и сняла с крючка на стене пальто.
– Домой, мистер Хеппс, – сказала она.
Выйдя на улицу, она почувствовала, что умирает от голода, и направилась прямиком на противоположную сторону улицы к оживленной закусочной, на которую много раз бросала тоскливые взгляды из окна редакторского кабинета. Стоявший чуть в стороне мужчина подождал, пока она купит газету, вошел следом за ней в закусочную и подсел к ее мраморному столику. Посмотрев на него краем глаза, она подумала, что где-то уже видела это лицо.
– Прошу прощения, мисс Бедфорд. – Вздрогнув, она подняла глаза. Это произнес мужчина, который вошел в закусочную за ней. – Мне кажется, мы с вами встречались раньше. Моя фамилия Уиллитт. Я бывал в Фонтуэлле по делам.
– Ах да, помню, – улыбнулась Одри, – не долгий у нас тогда вышел разговор, верно? Я как раз уезжала в Лондон.
– Верно, мисс. Я представляю сыскное агентство Стормера. Возможно, вы слышали о нем?
Она кивнула. Агентство Стормера было одним из самых известных и уважаемых частных агентств.
– Мистер Стормер послал меня поговорить с вами.
– Со мной? – удивилась она. – Зачем же я понадобилась мистеру Стормеру?
– Как бы вам сказать, мисс Бедфорд… – Уиллитту приходилось говорить очень осторожно, поскольку он не знал, как она отнесется к его предложению. – Дело в том, что у нас очень не хватает рук. Одна наша сотрудница, которая выполняла для нас очень много работы, вышла замуж и уволилась. Нам некем ее заменить. Мистер Стормер просил узнать, не согласитесь ли вы занять ее место?
– Я? – искренне изумилась Одри. – Вы имеете в виду, чтобы я стала женщиной-сыщиком?
– Вам не придется выполнять никакой неприятной работы, мисс Бедфорд, – задушевно произнес Уиллитт. – Мы поручим вам дела высшего света.
– А мистеру Стормеру известно мое прошлое?
– Мы хотим поручить вам специальное задание – следить за человеком по фамилии Торрингтон.
Улыбка сползла с лица Одри.
– Следить за Торрингтоном? А кто этот Торрингтон?
– Это очень богатый человек, южноафриканец. Вам интересна Южная Африка?
Он заметил, что девушка вздрогнула.
– Да, мне очень интересна Южная Африка, – сказала она, – если все то, что мне рассказывали… правда.
Она никогда особо не верила злобным словам Доры о том, что ее отец был американцем, который отбывает пожизненное заключение в южноафриканском Волноломе, и все же в ее душе поселилось сомнение, от которого не так-то легко было отделаться.
Когда снова заговорили о его предложении, он поспешил заверить ее:
– Вам даже не придется ходить за ним. Все намного проще: вам всего лишь нужно будет завести с ним знакомство.
– А кто же он такой… Вор?
– Нет, – признался Уиллитт. – Не то чтобы…
– Не то чтобы? – испугалась она. – Убийца?
– Нет-нет, мисс, – замахал руками Уиллитт. – Я просто не очень удачно выразился Это совершенно честный человек. Мы просто хотим установить, что за люди вокруг него вьются, и подумали, что вы бы могли бы получить у него ту же должность, что и у мистера Мальпаса.
– Я не могу. Я бы и рада… Это интересная работа, да и по другим причинам мне было бы приятно ею заниматься. Могу я повидаться с мистером Стормером?
– Он уехал обратно в Америку, – быстро сказал Уиллитт. – И последним его указанием было заполучить вас любой ценой.
Одри рассмеялась.
– Ну хорошо, можно попробовать, – сказала она и мистер Уиллитт с великим облегчением вздохнул.
Вернувшись в штаб-квартиру, он застал Джона Стормера в более благостном расположении духа и доложил о своем успехе.
Когда Уиллитт ушел, Джон взялся за телефон.
– Это вы, мистер Хеппс? Стормер говорит. Большое спасибо за помощь.
– Это было ужасно неприятно, – раздался в трубке кающийся голос Хеппса. – Она – милая девушка и удивительно толковая. Я потерял прекрасного сотрудника и, боюсь, что заработал очень дурную репутацию.
Глава XLII
Наводчик
Номер мистера Торрингтона в «Ритц-Карлтоне» (где он зарегистрировался под фамилией Браун) был одним из самых роскошных в гостинице, которая и так не отличалась дешевизной. Гостей у него почти не бывало, поэтому служащие гостиницы его почти не видели. И когда очень невысокий человек в истрепанной одежде подошел к регистратору и попросил, чтобы о нем доложили, дежурный, окинув его критическим взглядом, произнес:
– Лучше бы вам сперва написать ему. Мистер Браун никого не принимает, если встреча не была назначена заранее.
– Меня он примет, – убежденно возразил человечек. – Спросите у него сами. К тому же, мне назначено.
Служащий скептически улыбнулся.
– Я узнаю, – грубовато произнес он. – Как вас зовут?
Через несколько секунд он вернулся:
– Мистер Браун не назначал вам встречи. Вы откуда?
Человечек, не задумываясь, ответил:
– Я из… – Он назвал знаменитую алмазодобывающую корпорацию в Кимберли[19].
Служащий снова удалился и, вернувшись, подозвал слугу.
– Проведите этого джентльмена в номер мистера Брауна, – сказал он. – И ждите в коридоре, чтобы проводить его обратно.
Мистер Браун писал письмо, когда к нему привели гостя. Миллионер пронзил неприглядного посетителя настороженным взглядом через блестящие очки.
– Вы из «Де Бирс»? – спросил он.
– Не совсем, мистер Браун, – вкрадчиво улыбаясь, ответил тот, – важнее то, что мы с вами встречались в Южной Африке.
Браун указал на кресло.
– Когда это было? – спросил он.
– До того как у вас начались неприятности, мистер Браун.
– Вы тогда были очень молоды, мой друг, – слегка улыбнулся Браун.
– Я старше, чем выгляжу. Дело в том, мистер Браун, что я оказался на мели, и подумал, что вы не откажетесь помочь старому другу, для которого настали тяжелые времена, если так можно выразиться…
– Не сомневайтесь, помогу, если окажется, что вы говорите правду. Но только, знаете что? Я вам не верю. У меня превосходная память на лица, и я никогда не забываю друзей. Где мы встречались?
Гость бросил наугад:
– Кимберли. – Ему было известно, что Кимберли – центр алмазодобывающей промышленности.
– Я бывал в Кимберли, – сказал Браун, – но любой, кто занимается алмазами, рано или поздно хотя бы раз бывал там. Вы, разумеется, помните, как меня тогда звали?
Посетитель снова не растерялся:
– Помню, – уверенно сказал он, – но ничто не заставит меня произнести это имя. Если джентльмен хочет, чтобы его называли мистером Брауном – меня вполне устраивает мистер Браун. Дело в том, что… – тут его осенило, – я отбывал срок в одно время с вами.
– Друзья по заключению, значит? – хмыкнул Браун и опустил руку в карман. – Я вас не помню.
На столе перед ним лежало письмо, которое старик только что закончил писать. Гость увидел размашистую подпись, но лист лежал от него слишком далеко, чтобы ее можно было разобрать.
Старик вынул бумажник и положил на стол банковский билет.
– Надеюсь, в следующий раз вам больше повезет, – сказал он.
Человечек взял купюру, свернул ее в шарик и прямо на глазах своего благодетеля швырнул ее в камин, который находился у того за спиной. Мистер Браун изумленно обернулся, и этой секунды хватило на то, чтобы его подпись была прочитана.
– Ваши деньги мне не нужны, – сказал маленький человек. – Вы решили, что я явился сюда за подачкой… Торрингтон?
Дэниел Торрингтон пристально посмотрел на гостя.
– Значит, вам известно мое имя. Поднимите деньги и не будьте дураком. Что вам может быть нужно от меня, если не деньги?
– Просто хотел повидаться, – буркнул гость, но все-таки поднял скомканную бумажку, которую намеренно метнул так, чтобы она не попала в огонь.
Торрингтон проводил его и закрыл за ним дверь. Потом вернулся к столу, пытаясь вспомнить лицо этого человека. Никто в тюрьме не знал его под фамилией Торрингтон.
Тут его взгляд упал на письмо, и он все понял. Что ему было нужно? С какой целью он приходил? Торрингтон никогда не слышал о наводчиках и их дерзких методах работы, не знал, на какой риск ради наживы готовы пойти эти информаторы преступного мира. Добытыми ими сведениями пользовались другие люди.
Глава XLIII
Откровенность Доры
Побывав в доме Маршалта, Мартин вернулся домой и внешне был совершенно невозмутим. Дора не спустилась встретить его, и он не захотел обедать в одиночку. Его дожидалось полдюжины писем, но он не стал даже просматривать их, пока не переоделся и не сел отдыхать. Мартин, не особенно утруждаясь, пытался написать на одно из них ответ, когда в комнату вошла Дора. Она была в легком халате. Едва взглянув на нее, Мартин понял, что она плохо спала: под красивыми глазами – тени, в уголках – сеточка морщинок, которых до этого он никогда не замечал.
