Читаем без скачивания Часы остановятся в полночь - Лариса Соболева

– Вы из-за пустяков таких побеспокоили меня?

Ворочать языком ему было лень, как и сделать лишнее движение. За время диалога Алексей Лукьянович величаво восседал в кресле и ни разу не переменил позы.

– А вы считаете пустяком убийство и список, в который внесены четыре раза? Вас не беспокоит, что та же Ксения Макаровна строила на ваш счет коварные планы? И неизвестно, кто еще с ней этим занимался?

– Мне плевать. Сумасшедшие с их безумными планами меня не колышут. У вас все, господа?

У Насти тряслись поджилки, когда шла за необходимыми покупками, хоть она и изменила слегка внешность. Под косынкой (в сумке Ланы нашлась) спрятала волосы, купила дешевенькие солнцезащитные очки – все изменения. Озиралась по сторонам, словно больная с манией преследования, но в ее положении нежелательны любые встречи, даже со знакомыми. Конечно, за утро милиция не могла предупредить всех, кто ее знает, что они разыскивают Настю, а все же страшно. Страшно дурно думать о приятелях – вдруг сдадут, страшно и стыдно очутиться в следственном изоляторе, еще страшней сесть за решетку.

К магазину строительных инструментов и материалов она пришла к открытию и сразу подалась к продавцу.

– У меня ремонт, – зачем-то объяснила она. – Мне нужен топор и… пилочку, чтоб пилила твердые материалы.

– Лобзик или напильник? – уточнил он.

– Э… – стушевалась Настя, так как понятия не имела, чем одно отличается от другого, но на всякий случай улыбалась. – Я позабыла… Мне мастера называли… я не записала, понадеялась на память.

– Тогда скажите, что нужно распилить?

– Железку.

– Железки разные бывают. Какую примерно?

– Э… Такое металлическое колечко… с палец толщиной.

– Ну, пилки у нас в наличие только для электрических приборов…

– Нет, нет, мне без электричества, вручную.

– Вручную подойдет напильник.

– Точно подойдет?

– Не сомневайтесь. Если вы читали или смотрели исторические фильмы, то должны помнить, как узники пилили оконные решетки, цепи, даже кандалы. Им передавали напильники, запеченные в хлебе, вот напильником они и пилили.

– А, да, да, – глупо закивала Настя. – Вы правы, напильник подойдет.

Продавец показал ей топоры, напильники продавались в другом отделе, он любезно отвел ее туда, помог выбрать, рассказал о каждом инструменте, надеясь, что в следующий раз она придет в этот магазин. Разумеется, Настя выбрала самые дешевые, оплатила покупки и получила пакет. Несла назад, то и дело меняя руки, топор и набор напильников показались ей невероятно тяжелыми. При виде милиционера в форме или сотрудника дорожно-транспортной службы Настя панически поворачивала в другую сторону и бежала, оглядываясь.

Глава 20

– Момент, старлей… – сказал паренек по имени Геракл, щелкая мышью и открывая базу данных. – Вот он, красавец!

– Ну-ка, ну-ка… – наклонился к монитору Эрнст, Клим последовал его примеру.

– Да я могу устно изложить, чтоб вы глаза не портили, – отхлебывая чай, сказал Геракл. – К тому же я успел выяснить подробности. Три ходки, все статьи за мошенничество. Мелко плавал, но лет семь на приколе.

– Чем он отличился в те времена? – спросил Клим. – Всобачивал фальшивые камешки по сходной цене, это был его первый срок. Второй – за продажу липовых акций, попался глупо, когда директор изъявил желание купить свои же акции, но покупать пришел не один, а с милицией. Третий срок получил за ходки к пенсионерам, нет, не грабил, те сами отдавали ему деньги за обещания обогатиться. Какой же народ у нас тупой!

– Все мечтают разбогатеть быстро, за один раз, – весело подметил Ким. – А мышеловка работает бесперебойно. Чем он сейчас занимается, где работает?

– Бывшие мошенники не склонны к труду, им скучен однообразный процесс, следовательно, он продолжает в том же духе, только пока не попался.

– Я бегу к зампрокурора, – заявил Эрнст. – Отпечатай мне эту наглую рожу, положу ее в нагрудный карман, ближе к сердцу.

На этот раз Максим облюбовал апартаменты в недостроенном жилом массиве недалеко от центра города. Стройка была временно прекращена, охранялась, но массив на то и массив, что за всеми объектами не уследишь, а на серьезную охрану строители скупятся. Вагончик со сторожем стоял далеко, опасаться, в принципе, нечего.

– Нет, дорогуша, не увиливай, – бесновался Максим. – Охотно верю, что ты не знаешь, за что убили твоих сестер и тетку, но примерно догадываешься. Я вижу по твоим бесстыжим глазам, ты в курсе дел тетки, а значит, и сестер.

– Не знаю! – ощерилась Лана. – Сколько повторять?

За сегодняшний день у Максима не раз появлялось желание надавать ей по заднице, да руки-то в наручниках. Он подошел к Лане, сидевшей на аккуратно уложенных кирпичах, и, потрясая обеими руками, зарычал:

– Деточка моя, ты понимэ, что осталась жива по чистой случайности? Потому что ушла в магазин! А если б была дома, то я бы и твой труп нашел. Ты понимэ, что убийца ищет тебя? Если своих извилин не хватает, воспользуйся моими.

– Меня?! – вытаращила глазища Лана. – Ищет? Значит, хочет убить? За что?!

– За то же, за что он прикончил твоих сестер! Давай по порядку. Вы же тетку не любили, значит, была причина. Почему вы не любили тетку?

Но Лана находилась во власти мысли, что ее ищет убийца. Обладая живым воображением, она представила, как убегает от него по улицам, попадает в тупик, такой же, где догнал ее Максим. И вот появляется убийца с большим-большим ножом, похожим на саблю, идет к ней, замахивается…

– Я кому говорю? – взревел Максим.

– А! – вскрикнула Лана. Настолько отвлеклась, что забыла о присутствии Максима, потому испугалась его грозного голоса.

– Это невозможно! Ты дура! – ругался он, разгуливая по огромной квартире, где в будущем поселятся состоятельные люди. – Не знаю, как достучаться до тебя. Ну, хочется тебе попасть под нож убийцы…

– Не хочется, Макс, – вставила она.

– …попадай! Иди, иди! Пусть он тебя прирежет, как козу. А я и Настя при чем? Вы с теткой кому-то перешли дорогу, а мы должны страдать?

– Макс, посмотри хорошенько визитки. Ты же умный, не то что мы с Лорой. Ты придумаешь, как нам найти его…

Постепенно речь Ланы угасла под уничтожающим взглядом Максима. Она поджала губы, ее глаза умоляли быть к ней снисходительней.

– Если у тебя здесь пусто, – постучал он наручниками по голове, – то ничто не поможет. Я смотрел! Каждую читал со всех сторон. Ну, не написано там, кто есть убийца, как зовут и номер его телефона.

– Настя! – обрадованно вскочила Лана.

Действительно, пришла Настя, поставила у ног покупки и поспешила присесть на кирпичи.

– Еле донесла.

Максим кинулся к поклаже, как к спасательному кругу кидаются тонущие в море, а Лану интересовал более важный вопрос, чем наручники, хотя проблем с ними куча, не стоит и говорить, каких именно:

– А поесть принесла?

– Нет, – виновато сказала Настя и упредила просьбы: – Не упрашивайте, больше не пойду никуда, лучше буду голодной. Мне все время казалось, будто за мной следят, так с ума сойти недолго.

– Но мы же не можем сходить, – накуксилась Лана. – Как с этими штучками идти в магазин?

Максим достал топор, оценил его положительно:

– Классно! Ланка, ко мне! – Поискал, где удобней разбить цепочку, а в строящемся доме полно бетонных выступов, балок. – Клади цепочку на уголок… Руки вниз тяни! Так…

Девочка зажмурилась, Максим ударил топором один раз, примериваясь, второй – приложив силу. И полный порядок, цепь разъединилась, бетон повредился – должно быть, некачественный.

– Ух ты, какие браслетики! – осматривая запястья, пришла в восторг Лана. – Я бы их оставила.

– Чтоб первый случайный мент тебя схапал? – фыркнул Максим.

– Теперь ты клади… – взяла топор Лана.

– Не-не, – отказался он. – Настя перебьет.

– Я? – ужаснулась та, отшатнувшись. – Ни за что!

– Ой, что тут перебивать? – пожала плечами Лана. – У меня получится.

Максим не стал настаивать на участии Насти, видя ее состояние, доверился Лане. Но когда она замахнулась, будто собралась рубить дрова, он заорал:

– Стой! Глаза открой. И смотри, куда топором бить, а то нечаянно отрубишь мне голову. Готова? Руби!

Бах! У нее получилось с первого раза. Итак, осталось распилить браслетики, дело это муторное и длительное, без пищи никак не обойтись, время и без того перевалило за полдень.

– Настя, будь другом, выйди еще раз, – попросил он. – Магазин недалеко…

– Я всего боюсь, всего! – нервно произнесла она, съежившись. – Боюсь сторожей на этой стройке, милицию, прохожих, знакомых…

– Привыкнешь.

– Я не хочу привыкать! – закричала она. – У меня было все хорошо! Я училась, работала, встречалась с друзьями… А теперь у меня ничего нет. И все из-за вас!

– Тем более тебе придется выйти, – увещевал Максим. – Пойми, нам надо поесть, чтоб мозги варили. Как им придумать выход, если варить не будут? Настя… мы просим.