что рассматривает деревянный пол.
— Я понятия не имею, зачем на самом деле Мария спрятала нас здесь, но она отправила Марка в Скандинавию к Детям Севера за их голосом. Вестники в том круге — единственные способны общаться с Богиней помимо самих Принцессы и Принца. Говорят, это было даровано им лично, — он пожал плечами и облокотился спиной к стене, стуча зубами и размышляя над собственными словами.
— Мы могли бы попросить Принца помочь, — заключила девушка и подняла настороженный взгляд на дядю.
— Арон не появлялся на континенте уже несколько лет, никто не знает, где он, а на то, чтобы его искать, не было времени.
— К чему такая срочность, если ничего не произошло?
— Насколько я понял, Мария не знает, что случилось с тобой в ночь обряда, но утверждает, что «что-то пошло не так». В итоге она посчитала, что лучше переждать бурю здесь, чем пострадать там.
— Геката не хотела, чтобы я становилось Вестницей…? — предположила Евы, от чего у нее перехватило дыхание.
Филипп обнял ее за плечи и погладил по волосам, целуя в макушку. Он был непривычно горячим, от чего по коже пробежали мурашки.
— Как бы там ни было, здесь мы в безопасности.
— Но Принцессе совсем нехорошо, кто будет следить за всем? — она покачала головой и уткнулась в плечо мужчине.
— Есть одна рыжая чертовка, в которой я даже не сомневаюсь, — Вестник усмехнулся, прижимая племянницу крепче к себе.
— Алиса?
— Именно она.
Ева искренне засмеялась и прикрыла глаза, чувствуя под своей щекой размеренное сердцебиение. Оно успокаивало, позволяло расслабиться и забыть на время обо всем — об этом холодном, пугающем своими масштабами доме с его множеством бесконечных коридоров и извилистых лестниц, утопающих в черной бездне, о зародившемся тягостном чувстве внутри своего вновь ожившего сердца, о боли в своей душе.
Она чувствовала, как все меньше может сопротивляться влечению темной Богини, зову невидимых голосов, неугасающих и медленно поглощающих ее рассудок. Руки крепче сжали края его футболки, в то время как мысли блуждали в темной чаще воспоминаний, которые никогда ей не принадлежали. Леса, подобные тем, которые, как казалось, она видела раньше, но не могла понять, когда именно, мгновения, что словно напоминали о том, как долга вечность.
Дикий порыв ветра заставил Еву сжаться и сделать глубокий вдох свежего воздуха, чтобы избавиться от наваждения. Зов культа растворился в тишине.
— Я вижу их всех.
— Кого?
— Ушедших Вестников. Тех, кто когда-то был здесь, так же, как и мы сейчас.
Филипп ничего не отвечал, но девушка чувствовала беспокойство, отразившееся на его напряженных мышцах. По коже будто пробежало электричество.
— Ты видишь их?
— Их воспоминания, как свои собственные, но размытые, неясные, слышу их тихое пение и голоса.
— Такое случалось раньше? — мужчина немного отстранился от нее и сузил глаза.
— Да, когда я была в Вильнюсе, после чего мама и отправила меня к тебе, — Ева облизнула губы, — у тебя дома они звучали громче, а чем ближе я была к кругу — тем отчетливее видела луну перед своими глазами и незнакомых мне Вестников, совершающих ритуалы снова и снова.
Она видела, как играли мышцы на его лице, заметная обеспокоенность сменилась задумчивостью.
— Я знаю, что возле кругов новые избранные чувствуют особенную связь с Гекатой, но не думал, что в этом месте влияние будет столь же сильным.
Вестница не знала, что сказать. Мучительная тоска зародилась у нее в груди, и пусть видение прошло, в теле оставалась незажившая рана от острого ощущения внутри себя всех тех жизней, которыми она никогда не жила.
Глава 29
Ева
Отдаленные раскаты грома за окном заставляли вжиматься в постель, укутываясь в одеяло с головой. Эта ночь была еще холоднее, чем обычно. Спальня наполнилась гулом от сильного ветра на улице, пугая даже сильнее грозы.
Ева осторожно села на краю кровати, протерла глаза и зажгла лампочку, чтобы найти в шкафу полотенце и теплую одежду. Он был забит ее вещами, что вызвало у девушки искреннее удивление.
Она взяла все необходимое и направилась в ванную, в надежде, что вода поможет согреться и расслабиться. В коридоре было так темно, что приходилось касаться кончиками пальцев шершавых обоев, дабы не сбиться с пути. Ева замечала, как быстро угасал день в этом несуществующем мире, какими долгими были вечера, сумерки тянулись вместе с густыми облаками на небе, а ночи казались бесконечными.
Этот дом был действительно очень старым, его архитектура напоминала ирландские маноры XVI века — масштабное каменное строение с большими окнами, длинными широкими коридорами и тесными, извечно продуваемыми комнатами. Весь интерьер здания был выполнен в синих, голубых и древесных тонах. Каменные своды и стены контрастировали с мягкой, обшитой кожей и бархатом мебелью, неброских оттенков в спальнях и кабинетах, и глубоких темных тонов в библиотеке и зале-гостиной.
Шум горячей воды заглушил посторонние звуки. Вестница опустилась в нее и почувствовала, как по коже распространяется приятное тепло, сопровождающееся легким покалыванием. Она прикрыла глаза, старясь ни о чем не думать, но невольно вспомнила свой последний день пребывания в Вильнюсе.
Ева отогнала от себя эти мысли, провела ладонью по предплечью, покрытому мурашками, и заметила, что по ее плечам и груди с кончиков волос стекает бронзового цвета вода. Девушка дотронулась до одной пряди, внимательно рассмотрела ту и поняла, что к ней медленно возвращается натуральный цвет, а рыжий просто смывается, словно дешевая краска.
Вестница вылезла, оделась, укутав волосы в полотенце, и спустилась на первый этаж, в гостиную. Марию отнесли в отдельную спальню, в комнате сейчас находилась только Марго, которая искала какие-то книги на пыльном стеллаже, заполненным помимо литературы еще множеством пустых склянок.
— Привет, — Ева подошла к дивану и присела, глядя на девушку.
Марго обернулась и слабо улыбнулась.
— Здравствуй, — она продолжала рассматривать обложку за обложкой, пока наконец не нашла, по всей видимости, нужную, — почему не спишь?
— Не могу уснуть во время грозы. А ты?
— Ищу кое-что для мамы.
— Можно задать тебе один вопрос? — Ева сложила ноги на диван, рядом с собой, и укрылась пледом.
— Конечно, — Марго подошла к девушке и присела рядом.
— Почему ты попала именно в этот круг?
— То есть?
— Ты ведь дочь Принцессы — могла быть где угодно.
— Это было решение Богини. Она сказала, что мне нужно быть с Вестниками именно этого круга.
Ева кивнула, на мгновение задумавшись.
— Как там Мария?
Марго сжала в ладонях толстую книгу и покачала головой.
— Плохо. То, что она прячет нас всех здесь, сильно истощает ее.
