– Знаю, любимая. – Роб наклонился, чтобы ее поцеловать. – Лучевая терапия провоцирует усталость и нервозность. Но слезы могут нести исцеление.
– Все были так добры. – Кейт указала на вазы с цветами, которые заполняли комнату. Еще несколько букетов стояли на кухне. – Каждый день кто-то приносит мне цветы.
Дошло до того, что Робу пришлось покупать дополнительные вазы.
– Полли – замечательный человек, – продолжала она. Полли навещала ее каждый день. – Все врачи из больницы замечательные.
Все, кроме Ника. Как только он узнал, что Роб переехал к Кейт, сразу же пропал из поля зрения. Кейт удивлялась тому, что ей по-прежнему больно от его равнодушия.
– Это потому, – сказал Роб, – что тебя все любят. Ты поддерживала их в прошлом, и твое добро возвращается. Я считаю тебя потрясающей женщиной, и мальчики тоже так думают.
– Ты тоже удивительный человек, Роберт Уэррик.
Он отмахнулся от ее комплимента:
– Кто же повезет тебя в больницу на следующей неделе? Предупреждаю, Кейт, даже не рассчитывай на то, чтобы самой сесть за руль. Иначе я отберу у тебя ключи от машины.
– Не волнуйся, – успокоила она его. – Полли уже установила очередность среди тех, кто будет меня отвозить. Спасибо ей за это. Я так переживала за нее, ведь происшествие случилось сразу после ее возвращения. Жаль, я не смога помочь. Она очень сильная, но хрупкая.
– Кейт, не вини себя. Я уверен, она все понимает.
– Она составила расписание так, что она, Оливер, Драган, Габриэль и Хлоя могли возить меня на терапию и не пропускать при этом работу.
– А мальчики будут играть в футбол после школы в те дни, когда у меня тренировки по триатлону, – добавил Роб. – Поэтому тебе не придется за них волноваться. Затем я буду забирать их из школы. Все устроится.
Кейт очень хотела верить ему.
В субботу утром Шарлотта навестила Мелинду.
– Ах, ты посмотри на них! Они великолепны, – воскликнула Шарлотта, когда увидела спящих щенков, прижимавшихся к матери. – Брамбл, какая ты умница!
Собака замахала хвостом.
– Сколько им сейчас? – спросила она.
– Двенадцать дней. У них уже открылись глаза, – объяснила Мелинда, – но они еще плохо слышат.
– Брамбл не будет возражать, если я…
– Она уже привыкла, что к нам часто приходят гости. – Мелинда улыбнулась.
Шарлотта потрепала Брамбл, затем осторожно погладила одного из щенков:
– Какой мягкий. Ты уже нашла им хозяев?
– У меня есть на примете несколько заинтересованных людей, – сказала Мелинда. – Щенков можно будет забрать в конце октября. Кейт хотела коричневого щенка для Джема. Если она не сможет взять его в октябре, мы подержим его немного дольше.
– Ты можешь отдать мне черного щенка? – спросила Шарлотта.
– Это связано с тем человеком, который хорошо ладит с детьми и животными? – осведомилась Мелинда.
– Возможно, – ответила Шарлотта. – Он говорил мне о том, что мечтал о собаке, пока был маленьким.
– Ах, знаешь, мне придется с ним встретиться. Я должна оценить его умение общаться с животными.
Шарлотта рассмеялась:
– Конечно. Хотя этого не потребуется. Пандора сразу же мчится к нему, как только он приходит, и распластывается на нем.
– Это хороший знак. Итак, ты с ним встречаешься? – спросила Мелинда.
– Я его партнерша по танцам на благотворительном балу.
– Но это не все, дорогая? – Мелинда бросила на нее лукавый взгляд, Шарлотта в ответ застенчиво кивнула. – Хорошо. Я так и думала. Ты повеселела. И не отрицай этого. Мой Драган повлиял на меня так же. – Мелинда говорила с нежной улыбкой.
– Как ты думаешь, щенок поладит с Пандорой?
– Значит, у вас все так хорошо складывается, дорогая?
– Слишком рано об этом говорить. Я просто предполагаю.
– Бирманские кошки довольно общительные, – задумчиво произнесла Мелинда. – Пандора очень переживала после смерти хозяйки, но она привыкла к тебе. Очевидно, им потребуется несколько дней, чтобы привыкнуть друг к другу, но намного проще приводить щенка в дом, где живет взрослая кошка, чем приносить котенка в дом, где есть взрослая собака. Думаю, все будет хорошо.
В понедельник утром Джеймс постучал в дверь кабинета Шарлотты:
– У тебя есть свободная минутка?
– Конечно.
Он закрыл за собой дверь, опустил жалюзи, заставил Шарлотту подняться и страстно поцеловал.
– М-м-м… Так-то лучше. У меня хорошая новость. Я разыскал судей для танцевального конкурса. – Джеймс назвал имена двух известных танцоров.
– Как тебе это удалось? – удивленно спросила она.
– Я бесстыдно воспользовался помощью друзей моей матери, – ответил он с усмешкой. – В любом случае событие будут освещать СМИ. А это значит, что мы соберем на благотворительные нужды много денег.
СМИ? О нет!
Меньше всего Шарлотте хотелось прославиться на всю страну. Также существовала опасность, что кто-нибудь из журналистов проведет расследование и выяснит подробности ее прошлого.
– Я бы предпочла этого не делать, Джеймс.
– Не делать чего? – Он посмотрел на нее в недоумении.
– Не нужно привлекать газетчиков. Ведь бал будет проходить в небольшом городке. Нам не нужно, чтобы мероприятие осуществлялось столичными репортерами.
– Шарлотта, я работаю с прессой в течение многих лет. Они с радостью согласятся помочь.
– Мне бы очень этого не хотелось. – Она сделала глубокий вдох. – Если на балу будут репортеры, я там не появлюсь.
– Почему?
– Потому. – Сейчас не самое подходящее время, чтобы рассказать Джеймсу о Майкле и суде. – Я предпочитаю, чтобы в мою жизнь никто не вмешивался.
Оставалось только удивляться тому, что после случая в ресторане их не преследовали. Но как только сюда приедут репортеры из крупных СМИ… Про уединенность придется забыть и ей, и Джеймсу. Еще неизвестно, как повлияет огласка на кризисный центр помощи пережившим сексуальное насилие.
– Я не хочу общаться с прессой, – твердо произнесла Шарлотта.
– В этом нет ничего страшного. Все будет хорошо. – Джеймс поцеловал ее ладонь. – Слушай…
Неизвестно, что он собирался сказать, потому что его прервал звуковой сигнал пейджера. Посмотрев на экран, он поморщился:
– К сожалению, мне нужно идти.
– Пусть освещением мероприятия занимаются специалисты по связям с общественностью из больницы, – попросила Шарлотта. – И пусть о бале напишут только местные газеты, ладно?
– Не беспокойся. Я все устрою. Увидимся позже.
Он поцеловал ее и вышел из кабинета.
В течение следующих нескольких дней в больнице все только и говорили о предстоящем благотворительном бале. В четверг среди медработников воцарилась нервозная атмосфера. Джеймс и Шарлотта пообещали пациентам детского отделения прийти к ним до начала бала, чтобы показать платье Шарлотты.
