– Я с радостью соглашусь. – Джеймс улыбнулся. – Где находится ближайшая винная лавка? Я куплю вина.
– Не нужно. У меня есть пара бутылок. – Она помолчала, потом спросила: – Ты приехал на велосипеде?
– Нет, на машине. Поэтому я выпью как-нибудь в следующий раз. – Он одарил ее озорной мальчишеской улыбкой. – Ты не хочешь посмотреть мой автомобиль?
– Автомобиль Джеймса Бонда? – В ее глазах заплясали огоньки. – Ты шутишь? Должно быть, он превратился в ржавую жестянку.
– Иди и посмотри.
Вскоре Шарлотта убедилась, что это действительно роскошный серебристый «астон-мартин».
– Джеймс Бонд. – Она прикусила губу. – Ты уверен, что хочешь оставить его здесь?
– Вряд ли тут разгуливают угонщики, и это всего лишь машина – коробка на четырех колесах.
Э нет. Это был солидный, дорогой спортивный автомобиль, купить который можно только по предварительному заказу.
Джемс покосился на Шарлотту:
– У меня есть предложение.
– Какое?
– На готовку лосося и молодого картофеля уйдет около тридцати минут, да?
– Да.
– Как далеко отсюда ближайший магазин горячей пищи?
– Около пяти минут.
– Отлично. Итак, нам потребуется двадцать минут на то, чтобы проехать на побережье, зайти в магазин горячей пищи, пять минут постоим в очереди, а затем вернемся к тебе домой. Что скажешь?
Шарлотта с тоской смотрела на машину. Предложение Джеймса было очень заманчивым.
– Джеймс, тебя не волнует, что в салоне будет пахнуть рыбой и жареной картошкой?
– Мы же не будем ужинать в машине, – заметил он, – и я открою окна. Поэтому и не волнуюсь. Я приглашаю тебя развлечься вместе со мной, Шарлотта.
На этот раз она не раздумывала слишком долго и не проверяла, нет ли вокруг папарацци. Она просто сдалась, поддавшись импульсу.
– Я закрою дверь, – быстро произнесла она.
Поездка в «астоне-мартине» была просто сказочной. Шарлотта почувствовала себя кинозвездой и уже не удивлялась, почему Джеймс так сильно любит свой автомобиль.
– В следующий раз, когда к нам придет пациент-подросток, ты можешь ему рассказать, как каталась на машине Джеймса Бонда, – произнес Джеймс.
– Будет еще лучше, если я скажу ему, что сидела за рулем такой машины, – возразила она.
– Он тебе не поверит, потому что Джеймс Бонд не позволит женщине управлять своим автомобилем.
Она рассмеялась:
– Так ты еще и женофоб!
– Ты хочешь сесть за руль? – Джеймс остановил автомобиль, вынул ключи из зажигания и отдал ей.
– Джеймс! Я… Нет. А если я куда-нибудь врежусь?
– Не врежешься.
– Поцарапаю машину? Сделаю вмятину? Или…
– Шарлотта, это всего лишь автомобиль, – перебил он ее.
– Шикарный автомобиль. Должно быть, ты его полируешь каждый день.
– Ну да, – признался он.
Она покачала головой:
– Я не могу этого сделать.
– Ты считала, что не умеешь танцевать, – заметил он. – Но ты танцевала со мной сегодня вечером.
«И я тебя поцеловала», – подумала она.
– Это не одно и то же.
Он улыбнулся:
– Нет большой разницы. Все зависит от доверия. – Джеймс взглянул на часы. – На самом деле нам лучше отправляться в путь, иначе мы опоздаем в магазин.
Как Джеймс и обещал, они вернулись в дом Шарлотты через полчаса.
– Спасибо, – тихо произнесла она, когда после ужина он поднялся и собрался уходить.
– За что?
– За то, что был со мной терпеливым. Я этого не ожидала.
– Должен признать, что не отличаюсь терпеливостью, – произнес Джеймс. – Но я готов стараться.
– Я тоже готова постараться, – сказала Шарлотта.
– Спасибо, – ответил Джеймс.
Когда он поцеловал ее на прощание в прихожей, Шарлотта ощущала спокойствие и уверенность и с радостью ответила на его поцелуй. Он был неподражаем.
Глава 9
Через три недели после удаления опухоли Кейт назначили первый сеанс лучевой терапии. Она уже встретилась с командой радиологов, которые рассказали ей, как будет проводиться лечение, и посоветовали не пользоваться ароматизированным гелем для душа, дезодорантом или тальком, потому что после их применения могут возникнуть болевые ощущения. Позволялось использовать обычное мыло и крем на водной основе.
– Ты должна быть в больнице к одиннадцати, – сказал Роб. – Но если мы выедем в десять, у нас будет достаточно времени. Если приедем рано, то сходим в кафе.
Кейт его обняла:
– Я так тебе благодарна, Роб.
– Я знаю. И также знаю, что ты сделала бы для меня то же самое, поэтому перестань суетиться. – Он ее обнял. – Ты не должна беспокоиться о Джеме, любимая. Мы побудем с тобой, пока тебя не вызовут, а затем мы пойдем на прогулку, или мальчики поиграют в компьютерные игры. Дальше решим по ситуации: если ты устанешь, то поедем домой, и я сделаю тебе бутерброд. Ты посидишь и отдохнешь, а я отведу детей в бассейн.
«Мы как одна семьи», – подумала Кейт. При мысли об этом у нее потеплело на душе.
– Я уже говорила, что ты замечательный? – спросила она.
– Да, – произнес Роб с улыбкой, – но я не против того, чтобы ты это повторила.
В среду вечером Джеймс не пришел к Шарлотте в назначенное время, чтобы позаниматься танцами. Шарлотта позвонила на его мобильный телефон, но услышала голос автоответчика. Она не стала оставлять сообщение, решив, что, возможно, он сейчас за рулем и просто не хочет отвлекаться.
Когда прошел еще один час, она набрала его номер. Снова включилась голосовая почта.
– Джеймс, это Шарлотта, – сказала она. – Я полагаю, что сегодня вечером ты приехать не сможешь.
Оборвав связь, она приготовила кофе. После того как через полчаса от Джеймса не последовало никаких известий, Шарлотта уже собралась перестать ждать и пойти в ванную, но тут в дверь позвонили.
Открыв дверь, она увидела измученного Джеймса.
– Ты ужасно выглядишь, – удивленно заметила она.
– Догадываюсь, – признался он. – Я весь день провел в операционной.
– Проходи и присаживайся. Что случилось?
Он опустился на диван:
– Мне позвонили из кардиореанимации. Ночью туда доставили ребенка со стенозом аортального клапана. Мальчика зовут Том. Он не был готов к операции, поэтому его держали в отделении интенсивной терапии. Он был синюшный; не помогли ни кислородотерапия, ни стимуляция простагландином. Поэтому вызвали меня, ибо я был его последним шансом на спасение. Скажем так, работа с ним была немного сложной. – Он вздохнул. – Я пытался тебе дозвониться, но телефон был занят.
– Мне очень жаль. – Шарлотта села рядом и взяла его за руку. – Давай пропустим сегодняшнее занятие. Ты выглядишь опустошенным, и я уверена, что ничего не ел.
– Ну да, не ел, – признался он. – Я был слишком занят. Мне было не до размышлений о голоде.
