Читаем без скачивания Семь пятниц - Дмитрий Ребров

– Нет, но уж перелом от вывиха как-нибудь отличу, не беспокойся! Давай, давай… – он расстегнул манжету и осторожно потянул за рукав.

Поврежденную руку совместными усилиями освободили от куртки. При этом несчастный банкир то стонал, то кряхтел, то закусывал губу, то закатывал глаза – словом, страдал по полной программе. Бакаев бережно закатал рукав его тельняшки и открыл локтевой сустав.

Сергею Николаевичу хватило одного взгляда на травмированный локоть, чтобы сразу понять – никаким переломом тут и не пахнет. Типичный вывих, причем не из самых тяжких. Бакаеву, игравшему в студенческие годы в институтской волейбольной команде, доводилось частенько сталкиваться с такого рода травмами – и у себя самого, и у своих партнеров.

Он осторожно прошелся пальцами по предплечью вниз, якобы прощупывая кость, а дойдя до запястья, крепко схватил его и резко рванул руку банкира вниз.

– А-а-а!!! – взревел тот, заглушая хруст вправляемого сустава. – Ты что, гад, озверел?!!

– Все уже, все, все… – успокаивал его Сергей Николаевич, отскочив на всякий случай на безопасное расстояние. – Это же обычный вывих, чудак!..

– Что?.. – Среда, все еще держась за локоть, потихоньку согнул руку – раз, другой… И – расплылся в счастливой улыбке: – Смотри-ка… Действительно – не болит…

– То-то же! – кивнул чрезвычайно довольный Бакаев. – А ты меня матом…

– Ну извини, землячок…

– «Извини»… – усмехнулся Бакаев. – Одних извинений мало – подсказку давай!

Улыбка медленно сползла с лица банкира. Он тяжко вздохнул, потер, поморщившись, локоть, опять вздохнул…

– Ну?.. – поторопил его Сергей Николаевич.

– Э-хе-хе… – Среда вздохнул в третий раз и сердито взглянул на соперника. – Если б не рука моя – шлепнул бы я тебя, землячок, за милую душу!

– Ну вот – давай теперь после драки кулаками махать! – неодобрительно хмыкнул Бакаев.

– Хлопнул бы как муху! Гадом буду – хлопнул бы!.. Э, да что там… – Среда с досадой махнул выправленной рукой и полез в карман. – Черт с тобой, держи, халявщик! – и он протянул Бакаеву желтую пластиковую карточку с подсказкой.

Последние слова банкира всерьез задели Сергея Николаевича за живое, но выказывать своего недовольства он не стал. С непроницаемым видом Бакаев неторопливо спрятал подсказку в карман, молча поправил на себе шлем, кобуру с пистолетом, куртку и только тогда позволил себе ответить.

Язвительно прищурившись, он легонько похлопал «пейнтбольщика» по плечу.

– Береги руку, Сеня! – небрежно бросил Сергей Николаевич и, не дожидаясь ответа, быстро зашагал прочь.

Дебри низинной части острова не понравились Андрею сразу, как только он в них углубился. Во-первых, двигаться без шума по такому густому лесу было весьма проблематично. Во-вторых, плотный подлесок и частые кусты резко ограничивали обзор, и, в-третьих, обильная листва скрадывала, искажала звуки, полагаться на слух здесь тоже было очень сложно.

Усольцев колебался – стоит ли продолжать поиски здесь или плюнуть на эту чащобу и отправиться восточнее. С одной стороны, в этом месте скрывалось как минимум двое его конкурентов, а с другой – как их тут искать? Да и захотели ли они остаться в этой глухомани, не ушли ли на восток?..

Последний вопрос вскоре отпал – Андрей наткнулся на свежие следы.

Однако особой радости эта находка ему не принесла, поскольку было не очень понятно, как ею воспользоваться. Идти по следу за противником? Но подобраться к нему скрытно едва ли удастся, наоборот – в этом случае запросто можно самому нарваться на засаду. Поджидать его здесь? Но человек – не кабан, он вряд ли станет возвращаться назад той же тропой.

Пораскинув мозгами, Усольцев решил все же пойти по следу, но – в обратную сторону.

План его был таков: первым делом разыскать место ночевки соперника и выяснить – оставил ли он там свои пожитки. Если обнаружится рюкзак с провизией, то есть смысл устроить возле него засаду. Долго по такому дикому лесу не полазаешь, рассуждал Андрей, хозяин рюкзака наверняка вскоре выдохнется, ему захочется отдохнуть, подкрепиться… Он должен будет вернуться к своему бивуаку, а там его будет поджидать сюрприз в лице коллеги по игре с пистолетом наготове.

У этого замысла был один существенный недостаток – фактор времени. Усольцев не мог знать, сколько ему придется караулить свою жертву.

А если, отправляясь на охоту, конкурент предусмотрительно запасся харчами? Если он собирается возвратиться в свой лагерь только на ночлег? Если, в конце концов, его вообще подстрелит кто-нибудь другой, и он вовсе туда не вернется, а отправится сразу в «морг»?..

Сомнения, конечно, оставались, но Андрей все-таки решил поступить так, как задумал. Как-никак это был самый безопасный вариант, а время… Что ж, времени еще было навалом – почти целая неделя!

И Усольцев отправился по следам. Они вели с севера на юг, значит, сделал вывод Андрей, ему предстояло разыскать место ночевки Четверга. Он попытался вспомнить его – довольно высокий, ладно скроенный, но, кажется, щупловат, особой силы, во всяком случае, в нем не чувствовалось. Еще запомнился его подчеркнуто интеллигентный вид и чрезмерная серьезность и сосредоточенность – вот, пожалуй, и все.

Придерживаться маршрута Четверга Андрею не составляло никакого труда – этот хлипкий интеллигент умудрился проложить в лесных зарослях самую настоящую дорогу. Похоже, ему и в голову не приходило, что препятствия можно не только героически преодолевать штурмом, но и просто-напросто обходить. Кроме того, Усольцев заметил, что Четверг двигался строго по прямой – так, словно шел точно по компасу.

И то и другое вполне устраивало Андрея – ведь, продираясь по непролазным дебрям таким глупым и нерациональным образом, его соперник наверняка вскоре выдохнется. А если еще принять во внимание его не самую мощную комплекцию, то Андрей мог смело рассчитывать на то, что поджидать Четверга в засаде ему вряд ли придется слишком долго.

Место ночевки своего конкурента Усольцев заметил сразу – по четкому прямоугольнику смятой травы, оставленному расстеленным спальником. Оставалось только найти, куда Четверг убрал свои пожитки. Обшарив близлежащие кусты, Андрей обнаружил и их – аккуратно свернутый спальный мешок и рюкзак, замаскированные листьями папоротника, были спрятаны под густыми и колючими ветками дикой ежевики, сплошной стеной окружившей вековую сосну.

Усольцев выволок рюкзак из укрытия и только собрался в него заглянуть, как откуда-то с юга послышалось уже знакомое ему резкое и противное кваканье нашлемной сирены.

«Тэ-э-экс… Ну вот и еще кто-то кого-то грохнул… И кто же кого, интересно знать?.. – задумался Андрей. – Повстречались-то, скорей всего, Среда с Четвергом, а вот кто из них кого уконтрапупил – это, как говорится, вопрос…»

Усольцев снова засомневался – стоит ли тратить время на засаду. Ведь если это голосил шлем Четверга, вся его затея теряла смысл. Можно было просидеть здесь неизвестно сколько, но, даже дождавшись хозяина рюкзака, в итоге так и не получить заветной подсказки. Не лучше ли было срочно отправиться туда, откуда все еще доносились надоедливые звуки сирены?

А если «интеллигент» все же оказался проворней «пейнтбольщика»?.. Если у него теперь не одна, а целых две подсказки?..

Андрей заглянул в рюкзак Четверга – почти все продукты были на месте. Это означало, – что на охоту «интеллигент» отправился налегке, без запаса съестного, и обедать, видимо, собирался здесь, в своем лагере.

«Ладно, нечего дергаться, – решил Усольцев. – До обеда подожду, а там видно будет…»

С местом для засады никаких вопросов не возникло – с ним Андрей определился сразу, как только нашел имущество Четверга. Первое, что тогда пришло ему в голову, – это забраться в ежевичник, под которым «интеллигент» спрятал свои вещички, и когда хозяин полезет за ними, спокойно расстрелять его в упор.

Позаимствовав из рюкзака своей будущей жертвы топорик, Андрей принялся за оборудование своего укрытия. Он обошел кусты с обратной стороны и, ловко орудуя ножом и топором, стал прокладывать себе лаз в самую гущу зарослей.

Четверг был еще очень далеко, поэтому Усольцев действовал быстро, без излишних предосторожностей и без оглядки на шум и треск, которые сопровождали его работу. В какой-то момент он настолько увлекся, что даже начал по привычке негромко напевать под нос свою любимую «Дубинушку»!

Все срубленные ветки, чтоб на них ненароком не наткнулся Четверг, он рассовал тут же, в ежевичнике, оставил только несколько штук – заложить на всякий случай вход в приготовленный проход. Оставалось всего ничего: положить спальник и рюкзак «интеллигента» на прежнее место, прикрыть их листьями папоротника и занять свое место в кустах.

Вскоре Усольцев уже вполне комфортно сидел в засаде, привалившись спиной к шершавому сосновому стволу. Вещички Четверга были совсем близко, при желании Андрей даже мог дотянуться до них рукой.