Читаем без скачивания Логово чужих - Сергей Зверев

26

Посетителей в открытом кафе «Аквариум» было не очень много. Среди сведущих туристов оно особой привлекательностью не слыло. Для большинства же местных жителей посещение кафе представлялось непозволительной роскошью. Преимущественно сюда заглядывали моряки, а поблизости вились в поисках клиентуры портовые проститутки.

За одним из столиков «Аквариума» Сергей Павлов сидел вместе со смотрителем маяка. Последний беззаботно уплетал бифштекс, изредка поглядывая на «болгарина». Полундра успел к тому моменту утолить голод, и его мысли были заняты совсем другими проблемами. Андре поторапливал его с выплатой условленной суммы денег. Кроме того, смотритель обещал раздобыть для «болгарского специалиста» сотовый телефон. На это требовалась еще кое-какая копеечка.

Расплатиться с Андре Полундра мог, только сняв деньги с кредитной карточки своего погибшего друга. Посещение именно кафе «Аквариум» было предпринято не без умысла: неподалеку от него находилось здание банка, в стене которого имелся банкомат.

Сергей внимательно присматривался к людям, которые, так или иначе, оказывались у банкомата. Он пытался определить, нет ли среди них особенно подозрительных. Вспоминалась предельная осторожность покойного Герники. Излишний риск в данной ситуации представлялся абсолютно необоснованным. По сути, он мог принести серьезный вред и поставить под вопрос саму возможность дальнейшего выполнения задания на Гаити.

Полундра все никак не мог понять, в чем он и его погибший напарник допустили ошибку, прокололись. Для него оставалась совершенно неясной причина, по которой тонтон-макуты совершили нападение на устричную ферму. Старлей пытался восстановить в голове хронику событий последних дней. Но, как он ни старался, сколько хронологических построений ни создавал, отметить каких-либо моментов, когда его и Аливароса могли засечь люди колдуна, не получалось. Мысли все время возвращались лишь к моменту, когда Павлов согласился пойти вместо напарника к банкомату и снимал деньги под прицелом нескольких пар глаз чернокожих молодых людей бандитского экстерьера. Именно этот эпизод вызывал в Сергее наибольшие подозрения. Однако данная подозрительность, должным образом необъясненная, опиралась исключительно на интуицию. Полундра не имел никаких доказательств тому, что именно со времени снятия им денег у морского вокзала, за ним и Герникой была установлена слежка. Найти же данные доказательства без дополнительных розысков он не мог. Ни времени, ни средств для этого у него не было. Зато было зависшее задание и животрепещущая потребность — получить через банкомат наличные и не накликать на свою голову новых злоключений.

Из высокого бокала Сергей медленно цедил минеральную воду и поглядывал в сторону банка. Бармен, решив несколько подольститься к немногочисленным гостям, включил телевизор. Звук музыкальной заставки к новостному выпуску СNN не привлек никакого внимания Полундры. Однако, когда телеведущая упомянула в анонсе очередной новости Москву, старлей встрепенулся. «Наверняка что-то важное у нас на Родине произошло, раз западный канал об этом сообщает», — подумал он и сосредоточил внимание на сюжете телевизионных новостей.

Пробираясь сквозь дебри английского языка, Сергей Павлов все же смог уяснить смысл происходящего в Москве. Сюжет СNN начинался с заявления представителя одного из высших российских ведомств. Трудно было сказать, насколько адекватно телекомпания перевела слова высокопоставленного российского чиновника. Но даже такая информация становилась для Полундры весьма важной.

«В связи с чрезвычайно резким ухудшением здоровья бывшего бизнесмена Андриана Евсеевича Власова, отбывавшего до недавнего времени тюремное заключение в одной из колоний Мордовской Республики, нашей администрацией было принято особое решение. Господин Власов был помилован и вышел вчера на свободу с формулировкой „по окончании срока“. Администрация надеется, что граждане России и широкая международная общественность отнесутся к данному решению с пониманием. Оно продиктовано ничем иным, как соображениями гуманизма», — говорил российский чиновник.

Вслед за ним на экране показался Андриан Власов, запечатленный телевизионщиками на фоне Манежной площади Москвы. Выглядел он достаточно изможденным. Отсутствие его былой улыбки бросалось в глаза. Однако кончики губ освобожденного периодически вздрагивали, будто хотели улыбнуться. Полундру данное обстоятельство слегка обескураживало. «Я благодарен российским властям за акт милосердия по отношению ко мне, — заявлял бывший олигарх, изображая полную покорность судьбе. — Зная о моей стремительно прогрессирующей болезни, представители высших эшелонов власти сделали этот гуманный по отношению ко мне шаг, чтобы я получил реальную возможность пройти курс лечения. Лечиться я буду за рубежом. Конкретного государства я называть не стану. Оговорюсь только, что мой отъезд можно считать также моим уходом из политики и бизнеса. Поэтому хотел бы попросить особо ретивых политиканов не искать меня и не вмешиваться в мою приватную жизнь. Остаток дней своих я хочу пожить для себя, находясь в полнейшем спокойствии». Сергей даже присвистнул: «Лихо завернули!»

Телеведущая, комментируя заявления Андриана Власова, отметила: «Если судить по высказываниям бывшего „русского узника № 1“, то он, скорее всего, смертельно болен. Мистер Власов конкретизировать свое заболевание не стал и дал понять, что больше встреч с журналистами не последует».

На экране начался новый новостной сюжет, и Полундра сразу утратил интерес к телевизору. Его удивление основывалось на понимании истинного положения вещей. Он ясно отдавал себе отчет, что болезнь бывшего олигарха вымышлена. Она — всего лишь благовидный предлог, позволяющий спровадить Власова за границу, не акцентируя внимания общественности на проблеме шантажа России Пьером Бокором. Между освобождением экс-олигарха и требованиями колдуна, по мнению Сергея, существовала непосредственная связь. В то, что российские спецслужбы позволили Андриану Власову уехать из России и решили оставить его без контроля, Полундра не верил. Нужно было срочно связываться с командованием.

Смотритель маяка заказал себе бокал безалкогольного пива и вопрошающе посмотрел на «болгарского специалиста». В его взгляде читалось только одно: «Когда я получу свои деньги?» Сергей, в который уж раз, обратил свой взор на банкомат. «Кажется, безлюдно. Надо поторапливаться», — подумал он и сразу же поднялся со своего места. Быстрой, но не суетливой походкой Полундра направился к банкомату. Поблизости не было видно ни человека.

Подойдя вплотную к банкомату, старлей вставил заранее подготовленную карточку, набрал код и выбрал необходимую для снятия сумму. Аппарат погремел своими внутренностями и через пару секунд послушно выплюнул деньги. Сергей сразу же переместил их себе в карман, извлек карточку и поспешил вернуться в кафе. Едва он сделал десяток шагов, как из-за угла с визжащими тормозами вылетел размалеванный пестрыми причудливыми узорами «Мерседес». Из него резво выскочили двое чернокожих верзил в темных каплевидных очках.

То, что перед ним появились именно тонтон-макуты, Полундра не сомневался. Не возникало сомнений и в том, что его вычислили через кредитку покойного Герники. Сергей в этом был совершенно прав, хотя никаких нюансов знать не мог. На самом деле дело обстояло весьма просто, если учитывать масштабы распространения коррупции на Гаити.

Коррумпированный чиновник, регистрировавший эквадорца Педриньо Гуттиероса как владельца устричной фермы, был связан с тонтон-макутами. Именно он сдал бандитам всю имеющуюся об иностранном инвесторе информацию. Унгана интересовала не столько личность иностранного капиталиста, сколько наличность, которую можно было с него при случае содрать. Через связи с верными людьми в банковской сфере лучшие люди Бокора отслеживали передвижение денег на счете Гуттиероса, ожидая, когда будет снята достаточно крупная сумма. Тогда можно было искать какой-либо предлог, чтобы требовать с бизнесмена очередную взятку. Откровенно бандитских «наездов» на иностранных инвесторов тонтон-макуты, как правило, не предпринимали: боялись распугать всех «дойных коров».

В тот самый день, когда Полундра снимал деньги с банкомата у морского вокзала, сумма оказалась в пределах «плановой». Это было вполне оперативно зафиксировано подручными унгана. Тонтон-макуты готовились к скорой отправке на устричную ферму «пожарного инспектора», чтобы тот нашел там множество поводов для придирок и оставил ее, в конце концов, с приличной для одного раза суммой наличности на руках. Когда же Пьер Бокор сообразил, что устричная ферма Гуттиероса находится недалеко от виллы «Мирабелла», его стали терзать смутные сомнения. Он приказал своим людям проверить ферму. Несколько чернокожих детин, обнаружив владельца устричного питомника с прибором ночного видения, переусердствовали в своей ретивости. Так Педриньо Гуттиерос, он же Хосе Аливарос, он же Герника был убит. Кредитной карточки тонтон-макуты отыскать не сумели. После ночной передряги на ферме и в ее окрестностях с участием неизвестного белого мужчины Пьер Бокор дал своим людям наказ держать банковский счет Гуттиероса под самым пристальным контролем и немедленно реагировать даже в том случае, если кто-то попытается обналичить хотя бы один гурд. Вычислить Полундру по карточке после этого становилось проще пареной репы.