Вендель потянулся. Неподалеку белел замок Ахальм, всегда напоминавший жителям Ройтлингена о том, что прямо за городскими воротами простираются вражеские земли. Замок принадлежал Вюртембергу, как и носившая его имя гора. Низ склона покрывали виноградники. Некоторые из них принадлежали семье Венделя. У них были звучные названия: Зоммерхальде, Лихтенберг, Зюдлаген. Виноград был сладким, даже когда лето выдавалось холодным и дождливым. Один из лучших виноградников отец Венделя, Эрхард Фюгер, купил только в прошлом году: старик Амманн продал принадлежавший его семье виноградник под названием Аммандль из-за долгов. Когда-то семья Амманна была очень влиятельной, но он любил кутить и промотал все деньги. К тому же у него было семь дочерей и за всех нужно было давать приданое. Эрхард Фюгер предложил старику достойную цену, и тот, стиснув зубы, согласился: Амманн был дворянином и ему претило продавать свою землю простому купцу, пусть цена и была хороша. Фюгер состоял в гильдии виноторговцев, в которую входили трактирщики и люди, занимавшиеся перевозками вина. У него был свой маленький трактир, но основную прибыль Фюгер имел от продажи вина. Вино он получал с собственных виноградников, где работали нанятые им виноградари, и покупал в других городах. Семья Фюгера была очень зажиточной, их винный погреб никогда не пустовал, и они даже обзавелись собственным виноградным прессом, установленным рядом с их домом у Верхних ворот.
Вендель был единственным наследником своего отца и гордился тем, что не только стал удачливым торговцем, но и разделял страсть к виноделию, как его отец. Он не раз доказывал свое мастерство, искусно управляясь с неуступчивыми покупателями. Несомненно, особенно удачной представлялась его сделка с тремя эсслингенскими трактирами, в которых в ближайшие годы будут подавать только вино Фюгера, — за такую привилегию он немного снизил для них цены. Да, прибыль будет не такой высокой, как от продажи вина в собственном трактире, но он займет достойное место среди виноторговцев. За такое отец Венделя вообще отказался бы от прибыли: очень уж ему хотелось обвести вокруг пальца эсслингенских виноделов. Вендель этого не понимал. Какой смысл ссориться с кем-то? При первой же возможности обиженный тобой человек тебе отомстит. И круговорот мести никогда не завершится. Вендель тряхнул гривой каштановых волос, поприветствовал своих работников, поднимавшихся по узкой тропинке к винограднику Зоммерхальде, вскочил на коня и направился в город. Там его уже ждал караван. Он несколько недель предвкушал эту поездку — вначале в Адлербург, затем в Эсслинген. Оттмар де Брюс заказал у него десять бочек белого вина из винограда траминер, трактирщики Эсслингена — столько же. Двадцать бочек, пять повозок, десять опытных наемников для охраны каравана.
Вендель не любил носить оружие, но, учитывая трудности пути, выбора у него не было. Он подумал об Оттмаре де Брюсе — поговаривали, будто этот граф оружия как раз не гнушается и славится умением обращаться с мечом. Ходили слухи, что в Адлербурге творятся всякие бесчинства, но де Брюса это не заботит, он не особенно старается, дабы в его землях царили мир и покой. Однако Вендель не слушал злые языки. Оттмар де Брюс был хорошим покупателем: он много заказывал и всегда вовремя платил. А главное, де Брюс, как и Вендель, любил песни и игры. Граф наслаждался жизнью и обожал праздники. Да, он был грубоват и его шуточки не стоило слушать монахам, детям и молодым девицам. Но именно это и нравилось Венделю — хоть ненадолго свернуть с пути добродетели. Ровно настолько, чтобы не прогневить Господа.
— Но! — воскликнул Вендель, подгоняя коня.
Стражники у ворот помахали ему рукой, и Вендель замедлил ход, чтобы ненароком кого-нибудь не задеть. Он проехал по улице Лавочников, здороваясь с горожанами, свернул налево и, остановившись перед своим домом, спешился.
Навстречу ему вышел отец.
— Вино в этом году будет отличным, папа! — воскликнул юноша.
— Если не будет ранних заморозков. — Эдхард Фюгер всмотрелся в голубое небо, будто мог увидеть там знак, подсказывающий, какой будет погода этой осенью.
— Ах, отец, зачем говорить о заморозках таким чудесным летним деньком!
Эдхард улыбнулся, но его лицо тут же вновь приняло серьезное выражение. Он взял сына под руку и повел к прессу. Под навесом было тихо, тяжелые балки источали кисловатый запах виноградного сока, пропитавшего дерево.
— Сынок, прежде чем ты отправишься в путь, я хочу с тобой поговорить, — начал Эдхард. — Я очень горжусь тобой. Любой отец гордился бы тобой.
Вендель покраснел, но тут ему в голову пришла мысль о том, что отец, похоже, собрался обсудить с ним что-то неприятное.
— Тебе уже двадцать три года. Я в твоем возрасте…
Все, Вендель уже догадался, о чем пойдет речь. Ну конечно. Дети.
— …давно был женат, а твоя супруга уже родила тебе пятерых детей, — продолжил за отца Вендель.
— Из которых выжил только один, — вздохнул Эдхард. — Господь послал мне суровое испытание, но и вознаградил честь по чести.
Вендель мысленно застонал. Кажется, на этот раз отец действительно говорил серьезно. В отличие от отцов его друзей, Эдхард Фюгер не скупился на теплые слова, хотя и любил поворчать. Но так много похвалы за один раз?
— Не стану ходить вокруг да около. Я нашел тебе невесту! Ей шестнадцать, она хорошенькая, скромная, а главное — за нее в приданое дают виноградник Вагенрит, что на юго-западном склоне холма Эхенценберг. Отличный выбор.
Вендель сразу понял, о ком идет речь. Девушку звали Ангелина, и ее имя полностью соответствовало ее сущности. Конечно, она стала бы для него хорошей супругой. Но Вендель не хотел жениться на винограднике. Не хотел жениться на ангеле. Ему не нужна была покорная и скромная жена. Он мечтал о браке по любви, как в стихах, которые он иногда читал. Ему вспомнились строки из одной книги: «Соловей, спой моей возлюбленной, благородной моей королеве! Сердце мое сгорает от любви к ней, сладострастное тело ее манит меня».
Да, Вендель мечтал о вечной любви. Он знал, что стоит только влюбиться — и ты больше не сможешь думать ни о ком другом. Но девушек, способных разжечь любовь в его сердце, Вендель еще не встречал.
— Отец, я знаю, что мне пора жениться. И Ангелина — чудесная девушка. Но я не думаю, что мы с ней будем счастливы. Я не люблю ее.
Глаза Эрхарда потемнели.
— Время вышло, сын. Вот уже четыре года ты отвергаешь одну невесту за другой. Довольно! Я уже договорился с ее отцом. Когда мы соберем урожай и вино будет разлито по бочкам, сыграем свадьбу. И ты не пожалеешь. В конце концов, ты женишься на самой красивой девушке в Ройтлингене.
