Доверчивая Ильза, услышав такие речи, поперхнулась, споткнулась, спросила дрожащим голосом:
— Ты что?!! Ты вправду бы стала есть людей?!! — Глаза девушки стали большими и мокрыми. Такого ужаса от лучшей подруги она не ждала.
Энка по-разбойничьи криво ухмыльнулась — розыгрыш явно удался!
— Не стала бы, не плачь! Помнишь, что орк говорил? Ну тот, который брат нашего Хельги? У людей мясо нечистое, его даже с голодухи есть зазорно… Хорошо, Бандарох, что ты у нас не человеком оказался, а сидом! — Она нашла новую жертву для своих упражнений в остроумии. — В случае крайней нужды, тебя под нож пустим… Да ладно, пошутила я, чего ты падаешь? Вот нашлись, право, два дурака, всему подряд верят!
— Сама дура! — не без оснований рассердилась Меридит. — Тему смени, каннибал ты наш несостоявшийся! Хватит народ пугать, и без тебя тошно.
Энка послушалась. Желаемого эффекта она уже достигла, какой смысл продолжать? Одна речь — не пословица, как утверждает мудрый народ.
…Несколько часов путники отвели для привала, благо обстановка располагала. Местность под горой была совершенно идиллической, будто списанной с пасторальных картин: залитая солнцем долина с островками ореховых рощ среди сочных зеленых лугов. Яркие краски, медовые ароматы, птичий щебет и прочая благодать. А самое приятное — заросли невысокого кустарника по обочинам тропы — есть где набрать хвороста для костра.
— Ох, осторожнее надо! — каркала сильфида. — Ох, под ноги смотрите! Чую, чую недоброе! Как бы опять в яму не свалиться! Ох, не перенести мне еще одного круга! С ума сойду от тоски!
Несмотря на дурные предчувствия отдельных членов коллектива, отдохнули друзья хорошо. Закусили, выспались. Рискнули набрать воды в ручье — никто не вынырнул, не схватил. И в козленочка, испив водицы, вопреки мрачным пророчествам все той же сильфиды, основанным на распространенном сюжете дамских романов, не превратились. Двинулись в путь — обошлось без нападений и иных бед. Проклятая тропа милостиво дарила своим пленникам день отдохновения, с тем чтобы назавтра увести их под землю, навстречу новому испытанию.
Путники пересекли долину поперек. С таким трудом покоренные скалы остались позади, а впереди уже вырастали, уходили в небо новые!
«Неужели предстоит подъем?» — втайне тосковал Эдуард. Наследник престола ольдонского высоты не любил. Боялся, если называть вещи своими именами. Он всеми силами старался скрывать недостойные воина чувства и особенно яростно клеймил бедного Августуса, обзывая его трусом, даже бывшего своего напарника переплюнул. Тем более что Бандарох выражал свои опасения в открытую.
Но страхи оказались напрасными. В какой-то мере. Совсем иная участь ждала наших друзей. Тропа не поднималась в гору, она уходила под нее. Пещера распахнула перед путниками свою голодную черную пасть.
Есть у гномов одно необычное природное свойство: они умеют чувствовать подземелье. Сосредоточившись, способны определить, далеко ли оно тянется, есть ли другие выходы, не грозит ли обвал или иная опасность.
Удается это не всегда. Встречаются подземелья «глухие» — сколь ни старайся, ничего уловить и предсказать невозможно. Здешнее таковым не было. Очень скоро, шагов через двести по просторному черному коридору, Орвуд выдал спутникам исчерпывающую и вполне обнадеживающую информацию. Подземная галерея хоть и длинная — путь по ней займет не менее пяти часов, — но устроена просто, без ответвлений и переплетений ходов. По сути дела, это обыкновенный тоннель, вероятно, рукотворный. Стены надежные, непроходимо узких, либо затопленных водой участков нет, скоплений дурных газов тоже. Вряд ли это новое испытание, скорее, простой переход… Правда, ближе к выходу ощущается что-то такое… непонятное, внушающее тревогу… Живое, что ли? Или нежить? Ну, боги дадут, пробьемся! Не впервой!
Идти было легко и привычно — не раз и не два приходилось им спускаться в разного рода подземелья. Гном не ошибся в своих прогнозах. Тоннель был проложен строго по прямой, имел высоту примерно в два человечьих роста, ширина колебалась от полутора до трех шагов. Никакой красоты, вроде сталактитов, сталагмитов и причудливых каменных столбов, свойственных природным пещерам, тут не имелось. Только гладкие мокрые стены, ровный пол и сводчатый потолок. Всю дорогу Орвуд беспокойно шарил по ним взглядом, подносил горящую лучину то к одной, то к другой стене.
— Чего ты мельтешишь? — спросила Энка, ей всегда и до всего было дело.
— Смотрю, что здесь за порода. Тропа тропой, а мы, как ни крути, в Даарн-Оле! Хотелось бы знать, кто это в наших, даан-азарских недрах без дозволения штольню пробил? Чего искали, грабители беззаконные?
— Скажите, какой блюститель закона выискался! — фыркнула дочь сенатора Валериания. — Сами-то вы, гномы, у кого разрешения спрашиваете, когда шарите по чужим недрам и заносите их в свои реестры?
— К тому же не факт, что это Даарн-Ол, — поддержал демон. — Судя по смене ландшафтов, тут задействован принцип разделенного пространства. Не удивлюсь, если мы сейчас в Арвеях или же вовсе в неведомом краю.
— Это утешает, — важно кивнул гном. — Тем более что признаков золота я здесь все равно не вижу. Только напрасно камень долбили!..
Не напрасно долбили, ох, не напрасно! В густом мраке рукотворного подземелья таилось оно — последнее испытание. Оно налетело внезапно, огромной стаей, с диким визгом и шумом перепончатых крыл. У него были мелкие острые зубки — много, много зубов! Оно атаковало неудержимо и беспощадно. Сколько было их здесь, злобных кусачих тварей? Не счесть! Накинулись, облепили со всех сторон и грызли, грызли одежду и волосы, рвали, терзали мелкими своими зубками живую плоть…
Защищаться от них пытались по-разному. Одни активно — крутили мечами в воздухе так, что свист стоял, и кровь из перерубленных тел волнами окатывала стены и пол штольни, и ошметки летели во все стороны. Другие, не надеясь на мастерство, просто попадали на пол, лицом вниз, в надежде спасти хотя бы глаза.
Оба способа оказались в равной степени неэффективны. Слишком велико было число нападавших. Они брали живой массой. Сторонний наблюдатель не смог бы различить даже контуров тел жертв под сплошной шевелящейся грудой мелких крылатых тварей. И не было от них спасения ни слабому, ни сильному. Так полчища бродячих муравьев — далеко, на другом, еще не получившем имени континенте, сжирают все на своем пути и в считаные минуты оставляют от целого человека добела обглоданный скелет… Подземные твари были размером несравнимо крупнее муравьев, а числом не уступали — по крайней мере, так казалось их съедаемым заживо жертвам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
