при пониженной гравитации было очень неудобно. Конечно, здесь, внутри, работала установка искусственной гравитации, но всё равно слишком мало. Парня то и дело заносило, пару раз он споткнулся и едва смог сохранить равновесие.
— Чёрт, как я драться-то буду, если что⁈ Давай, привыкай, зараза! — сам себе скомандовал Лежнев.
Скафандр показал, что навстречу спешит сразу десяток объектов. С очень приличной скоростью, даже завидно стало. Герман выскочил навстречу из-за угла, и, не останавливаясь, принялся раздавать удары. Мечом, но плашмя — всё ещё стеснялся всерьёз воевать. Правда, очень быстро повернул лезвие — это оказались явно не простые рабочие, а солдаты. Стреляли они чем-то довольно мощным, снаряды здорово напоминали такие же, как у бластеров из звёздных войн. Герман, который привык к практически полной неуязвимости скафандра, был изрядно удивлён, когда краем глаза увидел тревожные надписи о перегреве в точках попадания. Скафандр ещё отводил тепло, но отчаянно сигнализировал, что долго так не протянет, и пользователю очень желательно убраться подальше от опасного места.
Меньше, чем через минуту, всё было кончено. Герман стоял с мечом в руке среди разрубленных тушек, и тяжело отпыхивался. Скафандр свой локальный нагрев распределил по всей площади, и теперь парень чувствовал себя, как в печке. Жить можно, но недолго, а уж двигаться и действовать вовсе мучительно. Впрочем, снаружи ещё хуже.
— Не… надо малость подождать, пока остынет. Блин, надо было ту дырку за собой заткнуть чем-нибудь, щас бы хоть забрало откинул.
Анализатор показал следы атмосферы, вполне пригодной для дыхания. Если недолго. Впрочем, это и так предполагалось, иначе пришельцы не подметали бы кислородные планеты.
Дождаться, когда скафандр остынет, не вышло — датчик просигнализировал о появлении нового противника. Герман рванул было назад, но и сзади к нему кто-то стремительно приближался.
— Обложили, суки! Ну всё, сами меня разозлили.
Меч отправился на перевязь, тем более коридор дальше ещё немного сужался, а из-за спины Лежнев достал споромёт.
— Посмотрим, как вам понравится киннарский дробовичок, — злобно прошипел парень, и добавил: — Дробовичок идёт на поиски друзей!
Бежать в раскалённом скафандре было очень паршиво, но необходимо. Дожидаться, когда его начнут обстреливать с двух сторон, было бы глупо. В этот раз парень не стал играть в благородство — выстрелил первым. Сноп взрывающихся семян разметал по коридору несколько кальмаров, стены украсились ошмётками скафандров, тел, и синеватой крови — нескольким противникам сильно не повезло. Но не всем. Лежнев резко прижался к стене. Сине-зелёные пучки плазмы густо расчертили пространство. Герман выстрелил ещё раз и ещё. Противники отступили, но не прекратили стрелять, хотя кого-то он явно задел — стрелков явно осталось меньше. Вот только и в Германа пару раз попали — скафандр, ещё не остывший от прошлых попаданий снова нагрелся до невозможности.
— Как курица в фольге! — прошипел Лежнев, чувствуя, что скафандр не успевает отводить пот. Сунулся было в какую-то нишу, потом, чертыхнувшись, выскочил, и рванул навстречу стрелкам — та компания, что подбиралась сзади, была уже совсем близко. Чёртовы кальмары и не думали принимать бой, медленно отступали, и засыпали его сгустками плазмы. Лежнев тоже не жалел боезапас, благо додумался взять с собой сменные кассеты для дробовика. В запасе пятнадцать тысяч выстрелов — пока можно не экономить. Он переключил режим оружия с дробовика на автомат, зажал спуск и рванул изо всех сил, не обращая внимания на попадания.
Это помогло. Такой прыти от него не ожидали — оставшиеся кальмары среагировать не успели. Спереди больше никто не стрелял, вот только в спину прилетело ещё два попадания.
— Да чтоб вас!
Лежнев развернулся и выстрелил несколько раз, отгоняя преследователей. На ходу, естественно — стало окончательно понятно, что останавливаться нельзя. Зажмут и запекут.
Метров через пятьдесят уткнулся в развилку. Сенсор показал, что из правого рукава к нему спешит совсем уже толпа. На ходу сорвал с пояса пару мин, швырнул как можно дальше. Мины самодельные, киннары столь негуманное оружие не производят — это Герман сам в свободное время озадачился и переделал под такое использование запасы с несчастной Ювы. Теперь вот пригодилось — Лежнев надеялся, что паучьи изделия хотя бы ненадолго задержат ту толпу. Справиться с такой кучей народа в одиночку парень даже не надеялся — там не десяток был, а намного больше. Точки, обозначающие противника, слишком густо наползали друг на друга, на бегу определить количество не представлялось возможным. Подумав секунду, за спину Лежнев тоже отправил пару мин. Жаль было тратить ценные устройства на небольшое количество противника, но Герману требовалась хоть какая-то передышка, а тут как раз обнаружилось ответвление тоннеля, в котором противников не наблюдалось. Нужен отдых. В скафандре уже не жарко, в скафандре конкретно печёт. Ожог первой степени всего тела как-то не располагает к экономии.
— Это пока — первой, — скрипя зубами от боли, прошипел Лежнев. — Герой хренов. Надо ж было как-то лучше подготовиться. Хотя бы пару десантников с собой брать. Не захотел рисковать чужими жизнями ради собственных целей, чистоплюй хренов. Ну, радуйся теперь! Как будто им это всё не надо!
Оторваться всё-таки удалось. Как сработали мины, парень не видел даже на экране скафандра — слишком далеко убежал, но, судя по тому, что его до сих пор никто не догнал, ловушки оказались эффективны. Видно, теперь эти восьминогие уже не решаются дуром переть.
Боль поутихла под действием впрыснутых аптечкой обезболивающих, да и сам скафандр потихоньку остывал. Очень хотелось хоть на пару минут остановиться и передохнуть, но такой поблажки Герман себе позволить не мог. Того и гляди догонят — будет совсем не хорошо. Хуже всего, что скафандр малость повредился — накрылась система маскировки.
— Нет, я, конечно, рад, что это не система воздухоснабжения, — пробормотал Лежнев, — но всё равно обидно. Оказывается, не такая уж неубиваемая техника у киннаров.
Несколько минут спокойствия ему было обеспечено. Конкретного плана, куда именно двигаться, у Германа не было, только общее направление. Чтобы навести кипишь — нужно куда-то в центр, потому что на обшивке они с Кусто и так покуролесили знатно. Ну, отчасти, а частично сами кальмары постарались со своей глючной системой телепортации. «Всё-таки почему на Кусто телепорт не срабатывает?» — мелькнула несвоевременная мысль, от которой Лежнев с негодованием отмахнулся. Вот лезут же в голову посторонние мысли в такой момент!
Ещё через несколько минут парень упёрся в очередное перекрытие. Вскрыть его оказалось несложно. Герман переждал порыв ветра изнутри, уцепившись за края отверстия, пролез в очередной тоннель, и в этот раз потратил немного времени, чтобы запенить за собой отверстие. Хотелось иметь возможность поднять забрало. Здесь тоже
