— Если архив не представляет никакой ценности, зачем вы до сих пор здесь? — прервал Салтыкова Клод.
— У меня высочайшее указание, — ответил граф.
— Ну, вот видите, ваша императрица — мудрый политик. Если она послала вас, значит, архив имеет для нее огромную ценность. Я не смею спорить с мнением величайшего из европейских монархов, — Сен-Мартен склонил голову. — А теперь оставьте меня одного. Для молитвы.
— Надеюсь, что Бог найдет средство вас остановить!
Салтыков начал спускаться по лестнице, чувствуя огромное напряжение во всем теле. Если для магистра действительно так важно получить архив де Грийе, то Сен-Мартен не остановится ни перед чем. Тем более что великий мистик располагает огромными возможностями, на его стороне не только пистолет или нож, но и «ученое чародейство», так называют этот странный способ масонов устранять своих врагов. Не раздумывая ни секунды, Салтыков направился к Мари. Сен-Мартен постоял еще некоторое время на башне, а затем пошел следом. Вчера между ним и баронессой состоялся важный разговор. Точнее, говорила Мари, а Клод слушал. Так много слов о том, что им, возможно, следовало остаться вместе… Несколько лет назад Сен-Мартен был бы счастлив это услышать. После того как Мари уехала, не стала отвечать на длинные письма, которые он ей писал, забыла о нем — Клод безумно страдал. Именно тогда, разочаровавшись в любви к женщине, он начал искать истину. Так Сен-Мартен стал масоном. Знание оказалось более благодарным, чем женщина. Через год, после того как Мари вышла замуж за Рихарда фон Штерна, Клод стал магистром ордена. Вчера он испытал что-то вроде злорадства, слушая признания отчаявшейся, запутавшейся женщины, узнавшей о предательстве мужа, потерявшей родителей, женщины, которая некогда заставила Клода страдать. Она жалела о своей ошибке, но теперь уже поздно. Сердце Тристана больше не принадлежит ей. Нельзя сказать, чтобы Сен-Мартен возненавидел Мари… Нет. Он пережил любовь, отчаянье, ненависть, а теперь у него осталось только равнодушие. Узнав, что отец Мари владеет самым полным архивом, содержащим результаты расследований виконтом самых страшных, грязных и отвратительных преступлений разврата, совершенных русскими, английскими и французскими дворянами в начале XVIII века, Клод подумал только о том, что в жизни нет ничего случайного. Провидение вновь сталкивает его с Мари, которая была воплощением его самых романтических, нежных грез, но на этот раз совсем иначе. Теперь она — ключ к самым низменным свидетельствам человеческого порока.
Пару месяцев назад верховный магистр масонского ордена в Париже получил секретное донесение от одного русского члена общества. Тайная канцелярия получила письмо от некого нотариуса Батистена, в котором рассказывалось о том, что виконт де Грийе, в молодости отличался болезненной страстью исследования самых темных порывов человеческой души. Виконт расследовал более трехсот случаев жестокого насилия, убийств, похищения и подлогов детей, совершенных аристократами. Собранные им свидетельства могли привести на эшафот некоторых представителей самых знатных европейских фамилий. Нотариус Батистен предложил русской императрице купить «опись» этого архива, которую выкрала у своего хозяина некто Гертруда Риппельштайн. Слепой случай вновь столкнул Клода с Мари, имя которой он запретил себе даже вспоминать. Великий мистик почти физически ощущал присутствие судьбы, ее прикосновение.
— Баронесса, я намерен говорить с вами, и, черт побери, вам придется меня выслушать! — Александр распахнул дверь в покои Мари и увернулся от полетевшей в него щетки для волос.
— Вы еще до сих пор здесь? Господи, да такого наглеца как вы, не видывал свет! Уже почти неделю вы пользуетесь нашим кровом, ведете себя, словно находитесь дома! Это неслыханно! Убирайтесь, или я позову слуг, и вас вышвырнут!
— Все слуги в данный момент на кухне. Фрида приготовила свиное жаркое со сливочной подливкой, так что не надейтесь, что на ваш крик хоть кто-нибудь придет.
Салтыков запер за собой дверь. Мари молча отступила к окну.
— Что вы делаете? — она схватилась рукой за грудь. — Я буду кричать… Я позову на помощь… Клод! Клод!!
— Ваш друг юности, масон, сейчас молится на башне, чтобы его затея прошла удачно. Не надрывайте горло, — Александр сел в кресло и положил ногу на ногу. — Вы можете сесть? — он показал Мари на кресло против себя. — Я должен рассказать вам нечто очень и очень важное.
— Я не собираюсь слушать вас!
— Это зря, потому что Клод Сен-Мартен — масонский магистр, прибыл сюда отнюдь не ради ваших прекрасных глаз. Понимаю, правда может быть для вас горька, но тем не менее, лучше ее узнать.
— Масонский магистр? — Мари удивленно посмотрела на Салтыкова. Затем покачала головой. — Я вам не верю.
— Это ваше дело. Расскажу вам коротко суть дела…
— Немедленно оставьте меня!
— Черт возьми! Да выслушайте же вы! — Александр вскочил со своего места, подошел к баронессе и, преодолевая ее сопротивление, схватил за плечи.
— Помогите! Кто-нибудь! Клод!!
— Мари! — снаружи раздался крик. — Это я! Я слышал твой голос! Открой!
— Клод! Пожалуйста, помоги мне! Этот негодяй запер дверь изнутри!
В следующее мгновение прогремел выстрел, и дверь в покои баронессы распахнулась. Мари вскрикнула.
— Мне кажется, вам нужно уйти, — процедил сквозь зубы Сен-Мартен, вытаскивая из-за пояса второй пистолет и наводя его на Александра.
— Клод, не надо! — воскликнула баронесса.
— Он не выстрелит, — насмешливо сказал граф. — Не волнуйтесь. Но я бы на вашем месте, опасался его больше чем меня.
Салтыков спускался по лестнице, сжимая кулаки и с трудом удерживая ярость. Впервые в жизни он столкнулся с невозможностью защитить женщину от нее самой! Ослепленная своим несчастьем, она совершает безумство, словно напуганная пожаром лань, которая мчится в самое пекло, вместо того, чтобы броситься в реку! Самоубийство!
— Клод! Как я благодарна тебе! Должно быть, сама судьба послала тебя ко мне в этот миг! — Мари прижалась к груди Клода и внезапно ее охватило чувство неземного покоя. — Ты пришел… Ты сдержал свою клятву! Помнишь? Защищать меня до конца своих дней. О, Клод! Сама судьба привела тебя ко мне, сама судьба!
Сен-Мартен взял Мари за плечи и внимательно посмотрел ей в глаза. Баронесса испугалась, подумав, что Клод захочет поцеловать ее. Но это невозможно! Это лишит ее всякой опоры! Ей сейчас нужен друг, человек, которому она может довериться, а вовсе не любовник. Однако Сен-Мартен даже не попытался приблизить свое лицо к ней. Он отошел на шаг и вытащил из кармана небольшой серебряный медальон на цепочке. Держа его на уровне глаз Мари, Клод еще раз внимательно взглянул на нее, и тихо сказал:
