За его спиной повыше и чуть левее на крыше их гаража стоял какой-то человек с ружьем.
«Как они могли подойти так близко? Там ведь должны были быть полицейские. Так это и есть полицейский».
Он был обращен лицом в сторону холма, ружье было вскинуто к плечу, глаз припал к огромному оптическому прицелу.
Третья пуля горячим прутом хлестнула Джоуди по голове, задев верхний кончик уха.
Потом все вокруг закрыло тело отца. Дико рыча, он схватил ее в охапку, оторвал от земли и дернул в сторону. Затем послышалось странное хрюканье, и Джоуди провалилась в разлетающуюся вдребезги дверь.
Не задерживаясь ни секунды на кухне, он понес Джоуди через столовую в коридор, словно поставив себе целью доставить ее в самый центр дома, где между ней и окружающим миром будет максимальное количество стен.
Там он отнял ее от груди и поднял впереди на вытянутых руках. Осматривает спину? Затем опустился с ней на пол, осторожно положил ее на спину и склонился над ней.
Оба судорожно глотали воздух и хрипели.
Джоуди никак не могла отдышаться.
«А что, если я умираю?»
Она знала, что в нее попали по крайней мере один раз. Высоко в ногу. Боль была жгучая. Но, может, у нее были и другие раны, гораздо серьезнее, а она о них просто не догадывалась, потому что они были настолько плохие, что уже не чувствовались. Настолько опасные, что она от них умрет.
Упершись локтем в ковер, Джоуди приподняла голову. Как раз в этот момент папа сдернул с нее шорты.
На передней части блузки крови не было.
Но правая нога, которую теперь не прикрывали шорты, в нескольких дюймах пониже ластовицы трусиков превратилась в кровавое месиво.
— Боже мой! — ужаснулась она.
— Ничего страшного, — пробормотал отец. Свернув шорты в подушечку, он прижал их к тыльной стороне бедра. Через несколько секунд он убрал их и, нагнувшись ниже, тихо присвистнул.
— Что, так плохо?
Он покачал головой.
— Еще бы чуть-чуть в сторону, и ни одной царапины.
— Но ведь она попала в меня, папа! Взгляни на всю эту кровь.
Откуда-то вне пределов видимости Джоуди, где-то за ее головой послышались быстрые тяжелые шаги. Отшвырнув в сторону шорты, отец выхватил из кобуры «браунинг» и навел его на коридор.
— Сержант Фарго? — донесся женский голос, волевой, но спокойный. — Я офицер Майлз. Она ранена?
— Задело рикошетом.
— А вы?
— Ни царапины.
— На холм посланы подразделения на поиск стрелка.
Присев рядом на корточки, Майлз положила руку Джоуди на плечо и слегка сдавила его.
— Как себя чувствуешь, чемпионка?
— Неважнецки. — Майлз оказалась моложе, чем подумала Джоуди, услышав голос, и симпатичнее.
— Для барышни, которую только что подстрелили, ты выглядишь совсем неплохо.
Папа принялся вытирать рану, и Джоуди поморщилась от боли.
— Это всего лишь царапина, и только, — произнес отец.
Майлз посмотрела и кивнула. Затем перевела взгляд на лицо девочки.
— Болит где-нибудь еще?
— Почти везде.
Майлз скривила рот, и это напомнило Джоуди обычную ухмылку ее отца.
— Меня больше интересует сегодняшняя порция.
Привстав на локтях, Джоуди стала себя рассматривать. Кровь из раны на бедре сочилась по боковой поверхности ноги, оставляя красные полосы на повязках и пластырях и затекая на носки. Другая нога выглядела нормально, если не считать большого количества разнообразных ссадин, синяков, царапин и бинтов.
Над поясом трусиков блузка распахнулась почти до груди. Наверное, пуговицы расстегнулись, когда отец схватил ее и втащил в дом. Но обнажилось больше бинтов, чем тела.
На мгновение взгляд задержался на марлевой повязке между пупком и трусиками. Там, где прошлой ночью кольнуло копье. Но сначала оно прошло сквозь Ивлин.
Лицо Джоуди перекосилось от боли.
«Это не кончилось. Еще не кончилось. Может, не кончится, пока они меня не убьют. Меня и Энди. Пока мы не пойдем вслед за Ивлин».
— Что такое? — забеспокоился отец.
— Нет, ничего. Просто вспомнилась Ивлин.
Он покачал головой.
— Да, — пробормотал он, — суровое испытание.
— Всего одно ранение? — вмешалась Майлз и добавила: — За весь день?
— Увы, но это так.
Майлз слегка вскинула голову. Ее светло-каштановые волосы были даже короче, чем у Джоуди, вероятно, короче, чем у половины мужского личного состава полицейского управления. Чуть ниже подбородка был небольшой припухший шрам.
— Что скажете, сержант? Будем вызывать «скорую»?
— Меня что, снова отвезут в «неотложку», да? — скривилась Джоуди.
Ответ она прочла на лице отца.
— Я не хочу ехать. Ну пожалуйста. Рана не настолько опасна. Ты же сам сказал, что это только царапина. Не хочу я никуда ехать. Хочу остаться здесь.
— Я уверен, что у нее, по крайней мере, легкий шок. Как, черт побери, и у меня, хотя стреляли не в меня, — обратился отец к Майлз.
— Это же просто царапина, помнишь? Не отправляй меня в больницу, пожалуйста.
Отец вопросительно посмотрел на Майлз.
— Как скажете, — пожала плечами та.
— Папа, пожалуйста.
Казалось, он никак не мог решиться.
— Кроме того, — настаивала Джоуди, — здесь для меня безопаснее. Что, если на улице еще один снайпер? Может, и перед домом тоже.
— Если бы он был, наверняка попробовал бы подстрелить Энди, — покачал головой отец.
— Быть может. Только он мог оказаться не готовым. В любом случае я здесь в большей безопасности, чем где бы то ни было: в карете «Скорой помощи» или в больничной палате. Ты так не считаешь?
— Возможно, — согласился он. — О'кей, ты победила.
Майлз ободряюще стиснула ее плечо.
— Если вы хотите проверить ситуацию снаружи, сержант, я могу позаботиться о Джоуди... перевязать ее.
— Ты не будешь возражать, золотце?
— Нет, все в порядке.
— Держи там, куда я приложил, — приказал он.
Он отвел руку, и Джоуди сама прижала свернутые в подушечку шорты к ране.
Затем отец и Майлз перенесли ее в ванную комнату и посадили на край ванны. Ее ноги при этом касались пола.
— Я скоро вернусь, — сказал он и вышел.
— Ну-ка, посмотрим. — Майлз наклонилась над Джоуди и подняла тампон.
Обе уставились на рану.
Казалось, кровотечение почти прекратилось Теперь, когда Джоуди могла хорошо рассмотреть повреждение, оно действительно показалось ей незначительным. Словно по внутренней поверхности бедра резанули кончиком ножа — тупой кончик оставил широкую, но неглубокую борозду.
— По-моему, тебе повезло, — заметила Майлз.
— Угу.
— Посмотрим, можно ли их еще спасти. — Она поднесла шорты к раковине, развернула, смыла кровь, выжала и встряхнула. Потом протяжно свистнула.
— Что?
Повернувшись, Майлз подняла перед собой шорты, чтобы Джоуди могла видеть.
Дыра от пули зияла в дюйме ниже «молнии». На вид она была крупнее той, которую Джоуди успела разглядеть в раме двери. И края были рваные, да и само отверстие было далеко не круглое.
— А здесь вышла, — пояснила Майлз, повернув к ней шорты задней стороной. Дыра там находилась выше, чем спереди. — Чертовское везение.
— Везение? Ничего себе. Да в меня попали.
— Могло быть гораздо хуже. — Майлз повернулась к раковине, бросила в нее шорты и повернула кран. — Пусть покиснут, — произнесла она, когда вода стала их заливать, — по крайней мере, ты могла бы сохранить их как сувенир.
— Хвала Господу, на свете есть мазилы, — промолвила Джоуди.
— Стрелок он как раз первоклассный, иначе бы не стал и пробовать. Просто стрельба по мишени, находящейся внизу, дело крайне сложное. Где у тебя аптечка?
— Вон за ним, — Джоуди кивнула головой в сторону большего из двух зеркал, того, которое висело справа от раковины.
Майлз подошла к нему.
— Тебя, похоже, спас отец.
— Да, в дом он внес меля довольно быстро, это точно.
— Даже не стал утруждать себя открыванием двери, — заметила Майлз, заглядывая за зеркальную дверцу. — Впечатление такое, словно он въехал в нее на танке.
— Так оно и было.
— Да, отец у тебя что надо.
— Ага, я знаю.
Майлз стояла к ней спиной. Гремя склянками, она выбирала на загроможденных полках аптечки необходимое.
Сзади она выглядела довольно крупной и тяжелой, но не толстой. У нее были широкие плечи и спина, синие джинсы «Ранглер» плотно обтягивали пышные бедра и аккуратный зад. Эти джинсы, клетчатая рубашка и ковбойские ботинки — не иначе заскочила на пару слов по пути на родео.
Когда Майлз обернулась, в ее руках еле умещались тюбик антисептической мази, лейкопластырь и марля. На розовом пальчике болтались маникюрные ножницы.
— Через секунду будешь как новенькая, — заверила она, опускаясь перед Джоуди на колени.
— Ты была раньше знакома с папой?
— Не-а. Слышала о нем, но мы никогда не встречались, — добавила она, расставляя медикаменты на полу возле своего колена.
— Он служит в 77-м участке.
