- Я присмотрю за домом, пока тебя не будет. Так что не беспокойся о своих книгах.
Она скользнула взглядом по ровному ряду вымытых тарелок, посмотрела Сензи в глаза. Голос ее дрожал, когда она прошептала:
- Мне жаль, Зен. Так жаль...
И выбежала из комнаты. Сензи рванулся за ней... но заставил себя остановиться. Что он собирался сказать? Где надеялся отыскать волшебные слова, которые изменили бы все к лучшему? Разве посмел бы он утверждать, что Аллеша не права, что он не обманул ее ожиданий, что, когда он вернется, все будет в порядке?
Он тяжело опустился на стул. Поддел пальцем колечко с его именем внутри... И заплакал.
13
- Ваше Святейшество!
Патриарх закрыл тяжелый том, лежавший перед ним, и указал на кресло напротив.
- Проходите, преподобный Райс, присаживайтесь.
Дэмьен попробовал заставить себя сесть, но не смог. Нервы были напряжены до предела, и ему казалось, если он попытается наклониться или расслабит мышцы, в нем что-то сломается.
- Святой Отец, я... я с просьбой.
"Скорее всего, это неверный шаг и все закончится ничем".
Патриарх внимательно оглядел всклокоченные волосы гостя, покрасневшие глаза, простую одежду, в которой Дэмьен явился на аудиенцию. И медленно кивнул.
- Слушаю вас.
- Мне нужно... видите ли, случилось нечто... - Он почувствовал, как дрожит голос, глубоко вздохнул, попытался овладеть собой. "Ты боишься не только того, что он откажет. Ты боишься Фэа, которое реализует его отказ". Наконец он заговорил, но Патриарх остановил его.
- Присядьте, преподобный Райс, - сказал тихо, но повелительно. Фэа сгущалось вокруг первосвященника, питая исходившую от него силу. - Это приказ.
Дэмьен заставил себя сесть. Снова начал говорить, и снова Патриарх прервал его. Он подал Дэмьену красный стеклянный бокал с вином. Дэмьен выпил - сладкое красное вино, недавно охлажденное. С усилием взял себя в руки, расслабился. Выпил еще. И через какое-то время его сердце стало биться почти нормально.
- А теперь, - распорядился Патриарх, когда он поставил бокал на стол, рассказывайте.
И Дэмьен открылся. Но поведал не тщательно подготовленную смесь правды и полуправды, предназначавшуюся, чтобы склонить Патриарха к желаемому разрешению ситуации. Что-то подсказало Дэмьену, что правильнее будет поступить иначе. Может быть, Фэа, связывавшее их на едва различимых уровнях. Или человеческий инстинкт, говоривший, что сейчас Патриарх готов услышать правду.
Он рассказал все. Патриарх перебивал его раз или два, уточняя детали, но более никакой реакции на доклад не наблюдалось. На лице Патриарха не отражалось ни сочувствия, ни враждебности, ни даже осторожности. Ничего из тех чувств, которые ожидал увидеть Дэмьен.
- Теперь все дело в том, - подвел итог Дэмьен, сделав глубокий вдох, стараясь успокоиться, - что я должен просить позволения освободить меня от исполнения обязанностей в Ордене в связи с отъездом на восток. Мне нужно разрешение на отъезд, Ваше Святейшество. Я уверен, что иного выхода нет.
Некоторое время Патриарх пристально разглядывал посетителя. Казалось, его проницательные синие глаза проникают в душу священника. Наконец он спросил:
- А если я откажу?
У Дэмьена перехватило дыхание.
- Но это дело касается не меня одного! Если эти демоны способны покидать земли ракхов...
- Вы не ответили на мой вопрос.
Их глаза встретились. Взгляд Патриарха был холодным и тяжелым. Ответ мог быть только один, но он рвал душу Дэмьена на части.
- Я приносил вам присягу, Ваше Святейшество. Я клялся чтить видение Пророка превыше собственной жизни и служить тем образцам, которые он назвал необходимыми... включая иерархию своей Церкви. Если вы хотите спросить, понимаю ли я свой долг, - это и есть мой ответ. Но если вы хотите воспользоваться случаем и испытать меня... - Дэмьен поймал себя на том, что его пальцы с силой впились в подлокотники кресла, и заставил себя разжать руки и прислушаться к внутреннему голосу: "Это его право. В некотором смысле, это его обязанность". - Пожалуйста, не надо этого делать. Молю вас - как человек и как ваш слуга.
Патриарх долго молчал. Дэмьен смотрел ему в глаза, насколько хватило сил, но в конце концов отвернулся. Он чувствовал, что беспомощен, что не может использовать Фэа в своих целях. И вдвойне беспомощен оттого, что Патриарх это делал - уже одним своим присутствием.
- Прошу вас, - промолвил наконец Патриарх и встал. - Я хочу вам кое-что показать.
Он молча провел Дэмьена через западное крыло здания по длинным сводчатым коридорам. Единственным звуком, который их сопровождал, был шорох подола одеяния Патриарха, скользящего по мозаичному полу. Вскоре они остановились перед тяжелой, лишенной какой-либо отделки дверью. На стальном замке была вырезана строка из Книги Закона. С потолка свисала толстая плотная лента. Патриарх потянул за нее. Некоторое время они ждали. Потом послышались торопливые шаги и звяканье металла о металл. К ним подбежал священник. На шее у него болталась на золотой цепи связка ключей. Он почтительно поклонился Патриарху, ухитрившись одновременно извлечь из связки нужный ключ. Дэмьен повернулся к Патриарху и увидел, что тот держит в руке еще один ключ. Головка ключа была украшена золотой филигранью и инкрустирована гелиотропами, выложенными по контуру спирали.
Одновременно повернув свои ключи, священник и Патриарх открыли тяжелую дверь. Патриарх кивком головы приказал Дэмьену войти, потом взял висевшую у порога лампу и последовал за ним. Священник тут же захлопнул за ними дверь и запер ее.
- Сюда, - показал Патриарх.
Они долго спускались по лестнице - ниже подвалов, ниже фундамента - в самые глубины земли, до тех пор, пока не оказались так глубоко под поверхностью Эрны, что Фэа земли стало совсем тонким и слабым. Дэмьен осторожно воспользовался Видением, но едва сумел рассмотреть окружающие их каменные стены. Здесь не было ни следа темного Фэа. Это показалось странным - или даже зловещим. Что должно было находиться в подобном месте, так далеко от молитв, охраняющих собственность Церкви? Не было ли это неким Хранилищем? Или чем-то еще?
Наконец они подошли к следующей двери. В ней была только одна замочная скважина. На потемневшее от времени дерево был нанесен знак, при виде которого у Дэмьена промелькнула мысль: "Неужели все-таки опека?" Пол у них под ногами заскрипел, и Дэмьен уловил за стеной скрежет приводимого в движение механизма - видимо, это была своего рода сигнализация. Он представил себе вора, пойманного в этом месте, - картинка была не из приятных.
Патриарх прикоснулся к выгравированному знаку, почтительно поклонился, потом осторожно отпер замок и открыл дверь - для этого ему пришлось налечь на нее всем телом...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
