что им удастся когда-нибудь это забрать. Хорошо хоть камни в этот раз тащить не пришлось.
— Ну вот, а ты нервничал. — радостно заявил Малеммил Нику, когда отряд, построившись в колонну по два, покинул гостеприимную поляну и выдвинулся в сторону не угодившей капитану заставы. — Выполняем задание и, считай, дело в шляпе. Раз плюнуть.
Малем как всегда был уверен в себе и шел легким пружинистым шагом, едва не насвистывая на ходу. К сожалению, он оказался единственным, кто видел будущее в столь радужных тонах. На лицах же остальных отчетливо читалась плохо скрываемая тревожность вкупе с заметным напряжением. И это отнюдь не от нагрузки или палящего солнца, — вес рюкзаков получился даже меньше, чем во время утренних тренировок, а со щитами бойцы вообще уже породнились, — перспектива атаковать укрепленное защитное сооружение вызывала у едва прошедших боевое крещение воинов обоснованные опасения.
Пусть в прошлом бою им и удалось одолеть отнюдь не опустившихся бандитов, а полноценных, прошедших подготовку дезертиров, мало не показалось никому. Теперь же и вовсе им предстояло штурмовать чуть ли не крепость и сражаться против солдат регулярной армии. Воображение услужливо рисовало окруженный широким рвом каменный замок, десятки лучников на стенах и топот кавалерии, скачущей на подмогу. Горстка наемников в такой ситуации смотрелась если не глупо, то по крайней мере смешно.
— А тебе не кажется странным, что капитан отправил нас на такое задание? — спросил принц друга, бросив взгляд на Гилса. Похоже, юноша держался более или менее неплохо. По крайней мере, не хуже остальных. — Я так понял, что у них с Коупом была какая-то договоренность. Да и зачем тратить время и деньги на обучение новичков, а потом бросать их в столь сложный бой? Это же не логично.
— Ник, на войне о логике можешь смело забыть. Вернее не о логике, а о планах и их исполнении. Если бы все всегда шло по плану, то сражения походили бы на игру в шарантори, и побеждал бы всегда самый опытный полководец. А так — обычно получается, что к расставленным на доске фигурам боги бросают кости, и в итоге выигрывает тот, кто угадал число ближе к выпавшему.
Вдоль шеренги бойцов, порхая цветастыми крыльями, пролетела мохнатая бабочка. За ней, конечно же, уже радостно бежала Ванесса. Она была еще одним членом отряда, кого не заботила перспектива предстоящей схватки.
Впрочем, никто и не ожидал от кендера проявления подобных эмоций. Как и реальной боевой поддержки. Ее роль состояла в другом. Вечно смеющееся лицо полурослицы вместе с необычными выходками и веселыми фразами давали мужчинам почувствовать, что жизнь, вроде, не такая уж и плохая штука. И пусть порой тебе приходится хлебнуть полную чашу дерьма, хоронить товарищей и обрывать век незнакомых людей — всегда можно найти повод не скатываться в бездну отчаяния и прожить еще один день с надеждой на лучшее.
— Так что пошинкуем врагов, придем к капитану и ты лично у него спросишь что, куда, зачем и почему. — подытожил Малем. — Не гарантирую, правда, что он тебя не пошлет. — хмыкнул эльф. — Но попробовать можешь.
— М? Почему пошлет? — поинтересовался Ник, вытерев со лба пот и отпив воды из фляги.
— А как будто ты сам не… — Малеммил сбился и хохотнул. — Я так к тебе привык, что забыл, что ты не отсюда и можешь не знать самых простых вещей.
Никаниэль укоризненно посмотрел на друга.
— Прости, прости. — добродушно улыбнувшись, извинился Малем. — Ты у себя наемников не видел, да? — Нику вспомнились хакки, но все-таки не совсем то. — В общем, капитаном у этой братии так просто не стать. К тому же нужно уметь показать заказчикам, что ты не лопух и обманывать тебя будет себе дороже. Коуп, вон, в Стевике не справился, и что вышло? Да и держать в узде толпу отпетых головорезов тоже сможет далеко не каждый.
Принц представил громадного мускулистого мужика с ног до головы покрытого шрамами и татуировками. В руке огромная сабля, за спиной секира. Кулаки размером со свиной корок, а в глазах едва контролируемая жажда крови. А еще он почему-то зеленый…
— Нужен кто-то вроде Гашура, да?
— В точку! Отличный пример!
Да, с таким по душам не поболтаешь. Вряд ли глава тикийских наемников принимал какой-либо ответ кроме «будет сделано». Впрочем, до встречи с капитаном надо еще дожить. Как штурмовать заставу столь малым составом он себе представлял плохо. Даже имея на своей стороне Малема и Шазшаза. Нужно надеяться, что у сержанта есть подходящий для этого случая план.
Когда солнце покатилось к горизонту, забрызгав закатные облака красной кровью, Коуп скомандовал становиться на ночлег и готовить ужин. Отряд оказался на краю небольшого поля, заросшего сочной травой, которую, мекая и бекая, мерно пощипывало стадо пасущихся овец.
Однако стоило пастуху — молодому парню лет десяти с испещренным веснушками лицом — заметить группу вооруженных мужчин, как он тут же, грозно свистя и размахивая хворостиной, погнал животных в сторону видневшихся чуть в стороне крыш. Похоже там было какое-то селение. И судя, по количеству поднимающихся дымков, немалое.
— Сержант, Коуп. — обратился к Раффану Садо. — Может лучше там заночуем? — он рукой указал туда, куда стремились понукаемые пастухом овцы.
— Поближе к бухлу и девкам? — недовольно буркнул Коуп. — Перебьешься, люби тебя осел. — и зыркнул так, что любое желание спорить отпало и умерло, едва появившись на свет.
Палатки ставить не стали. Ночь обещала быть теплой, а приятный аромат луговых цветов приносимый едва заметным ветерком, успокаивал и настраивал на душевный лад. И без того редкие облака окончательно разбрелись по своим делам, открыв ослепительно бездонное небо, усыпанное бесконечностью светящихся огоньков.
Прямо как дома…
Когда сержант уже почти закончил распределять ночные дежурства, к отряду прибежал запыхавшийся сухонький мужичок с жидкой седой бородой. С собой он принес пару здоровенных караваев хлеба и запечатанный глиняный горшочек. Безошибочно определив главного, мужчина бросился в ноги Коупу, слезно умоляя обойти их стороной и не вредить жителям.
Оказалось, что наемников приняли за часть армии соседней страны, с которой, вроде как, вот-вот должна была начаться очередная война. Теперь приказ Мейсиса обрел хоть какой-то смысл.
Узнав, что ему ничего не угрожает, человек бросил взгляд на принесенные дары, явно сожалея, о скоропалительном решении. Он бы и рад забрать все с собой назад, вот только Вал уже наложил на хлеб свою волосатую лапу и даже успел откупорить горшок и макнуть в него палец.
—
