- Я же сказала тебе - не нужно извиняться. - По ее щекам невольно заструились жаркие слезы, отчего она испытала ни с чем не сравнимое унижение. - Я все понимаю, Ред.
Не в силах выдержать сочувствующий взгляд, которым, как ей казалось, он на нее смотрел, она отвернулась и уставилась невидящими глазами на дождь за окном, пытаясь собраться с мыслями и совладать с ноющей болью в сердце.
- Черт побери… - Он не знал, что сказать.
- Мы с тобой просто забылись. Иногда такое случается. - У нее вырвался еще один глубокий, судорожный вздох. - Ты же не причинил мне никакого вреда или зла. К тому же…
- Я люблю тебя. - Он осторожно коснулся ее руки.
- Дело ведь не только в тебе. Знаешь, есть такая поговорка: танцевать танго…
- Я люблю тебя…
- …нужно вдвоем. По правде сказать, я хотела тебя так же сильно, как и ты" меня.
Его слова, спокойно повторенные еще раз, наконец дошли до нее. Надежда, словно крошечный колибри… нет, словно огромный золотой орел, забилась в ее сердце. - Ты хочешь сказать…
- Я хочу сказать то, что должен был сказать тебе давным-давно. Я люблю тебя, Джоанна Лейк.
Обвив его руками за шею, она страстно и жадно поцеловала его.
- Я тоже люблю тебя, Редклифф Морино.
- Я знаю.
- Неужели по мне это было так заметно?
- Нет, не очень.
- Вообще-то я чуть с ума не сошла, стараясь догадаться, как ты ко мне относишься на самом деле. Это продолжалось до недавнего времени, когда ты наконец дал знать о своих чувствах.
Сама она знала, что любит его по-настоящему. Она уже больше не думала ни о том, является ли ее любовь проявлением мудрости или безумия, ни о том, допустима ли она с точки зрения морали, если учесть, что он женат. Она устала скрывать свои чувства всякий раз, когда они оказывались наедине.
- И все же я должен извиниться за то, что обошелся с тобой довольно бесцеремонно. К тому же все произошло так быстро.
- По правде сказать, - Джоанна лукаво улыбнулась, - это мне как раз больше всего и понравилось. - Действительно, их близость доставила ей огромное наслаждение. Но дело было не только в этом. Как ни странно это звучит, но она словно прозрела.
Сидя на заднем сиденье в машине Редклиффа и глядя на капли дождя, стекавшие по запотевшему изнутри ветровому стеклу, Джоанна подумала, что ее отношения с Бертье носили сугубо плотский характер. Они тоже доставляли ей наслаждение. Но по какой-то необъяснимой причине она всегда держалась несколько странно, словно наблюдая со стороны за тем, как она ублажает его. Даже в момент оргазма она не испытывала к нему никаких душевных порывов, неизменно взирая на себя как бы глазами самого Бертье.
Однако близость с Редклиффом позволила ей испытать совершенно другие чувства. Она поняла, что любовь не всегда связана с лаской и нежностью. Любовь может быть грубой и даже немного пугающей… в определенных обстоятельствах. Но после искрометного соединения, которое только что произошло у них с Редклиффом, она стала хотеть его еще больше, чем прежде.
Ласково обнимая ее за плечи, Редклифф нежно, хотя и довольно неуклюже, гладил ее по волосам, стараясь пальцами расчесать спутавшиеся пряди.
- Нам надо поговорить.
Она открыла было рот, чтобы возразить, убедить его, что это ни к чему, но передумала: обманов и недомолвок в их отношениях и без того накопилось предостаточно.
- Хорошо.
Они перебрались на переднее сиденье. Редклифф прямо из салона позвонил встревоженной Милдред и заверил ее, что Джоанна цела и невредима, но им придется немного подождать, пока не приедет техпомощь. Это была истинная правда. Однако он не сказал своей хозяйке и другу, что не имеет ни малейшего желания дожидаться прибытия техпомощи. Тем более сейчас, когда у него есть дела поважнее.
- Не знаю, как ты, а я умираю от голода, - сказал он, положив трубку. - И хотя я захватил с собой кое-что из съестного, мне кажется, я просто обязан пригласить тебя куда-нибудь поужинать.
Редклифф улыбнулся ей той нежной, радостной улыбкой, которую она не видела на его лице со времени свадьбы его матери.
- Я не одета для ужина. - Джоанна провела рукой по своей мокрой трикотажной рубашке и мятым, тоже промокшим насквозь джинсам.
- Мы с тобой поужинаем в одном из укромных ресторанчиков на пристани, так что это не имеет значения.
Ей не хотелось, чтобы предстоящий разговор по душам, необходимость в котором давно назрела, состоялся на людях. К тому же она была совсем не готова делить Редклиффа с кем-то еще. Во всяком случае не сейчас.
- Можно попросить, чтобы нам принесли еду в машину, - предложила она. - Здесь и поговорим.
- Отлично. - Наклонившись к ней со своего сиденья, он поцеловал ее. От мимолетного, еле ощутимого прикосновения его губ ее бросило в жар. - Так и сделаем.
Поставив машину на пустынной стоянке, откуда открывался вид на бушующий океан, они заказали жареный картофель, по одному бифштексу и пирожку с вишней. К ужину у Редклиффа была припасена бутылка шампанского, купленная в винном магазинчике по дороге.
- С самого начала я дал себе клятву, что мы с тобой выпьем шампанского в тот день, когда в первый раз займемся любовью. - Он ловко откупорил бутылку, из чего Джоанна заключила, что он проделывал это уже не раз, и налил шипучее золотистое вино в два бумажных стаканчика. - И послушаем музыку. - Приемник в машине был настроен на волну радиостанции, передававшей блюзовые композиции. - Жаль, в винном магазине не оказалось свечей.
Джоанна сделала глоток шампанского и почувствовала, как вино приятно щекочет язык.
- Как вкусно! - искренне сказала она.
- Неужели тебе всегда так просто угодить?
- Да, я недорого стою. - Она рассмеялась. - Один бифштекс - и я твоя.
Усмехнувшись, он подлил вина ей в стаканчик.
- Надеюсь, в следующий раз у нас все будет лучше.
В следующий раз . При этих словах исстрадавшаяся Джоанна воспрянула духом.
Они еще долго мирно сидели в теплом салоне автомобиля, потягивая шампанское и глядя на волны, то и дело накатывавшие на берег. Небо напоминало дымчатый серый занавес. Из приемника лилась песня о любви и разбитом сердце, исполняемая приятным тенором.
- И давно? - тихо спросила она.
- Давно ли я люблю тебя?
Джоанна кивнула.
- Не знаю, - признался он. - Со временем это чувство становилось во мне сильнее и сильнее. Меня потянуло к тебе в первый же вечер, хотя, если говорить уж совсем откровенно, то этим я, пожалуй, обязан своим гормонам.
- Слава Богу, что твои гормоны оказались такими отзывчивыми, - еле слышно отозвалась она. Она была благодарна ему за то, что он не отверг ее предложение посидеть и выпить в машине.
