Читаем без скачивания Время Химеры Геном Пандоры - Юлия Зонис

- Лежать как пес у ног красавицы нагой и равнодушной... Кажется, так.

Саманта вскинула голову. Вечерский смотрел на нее, прямо и пристально.

- Я хочу, чтобы Гморк был с тобой.

- Что?!

- У тебя же есть сад? Пусть бегает ночами по саду. И в джип твой он поместится.

- Стоп. Не хочу я никакого Гморка.

- Пожалуйста, не возражай мне. Он должен быть с тобой, - повторил Вечерский с непонятной настойчивостью.

- Но зачем он мне?!

- Будет охранять от... От всего, от чего надо охранять. Погладь его.

Вечерский заговорил тем же тоном, каким только что приказывал волку - и рука Саманты невольно дрогнула, пальцы на мгновение коснулись жесткой шерсти...

- Что за черт!

Она выпрямилась, отдернула руку и отступила на шаг.

- Чего ты не договариваешь? От чего меня должен охранять твой монстр?

Волк и человек молчали, и Саманте вновь бросилась в глаза их сходство. И еще этот чужой здесь запах - пахло от них обоих, слабее от человека, и все же... Сапозин. Сэмми вспомнила, что так пахнет концентрированный сапозин.

- «Вельд»? Ты ширяешься «Вельдом»? Ты что - с ума сошел? Мы же еще не проводили проверку на людях...

Вечерский рассеянно улыбнулся и ответил:

- Все мы проводим эксперименты на себе, Сэмми. Ты - свои, я - свои.

- Но зачем...

Только тут до Морган дошло, что на самом деле сказал Алекс, и она прижала ладони ко рту. В наступившей тишине было слышно, как где-то капает из протекающих труб вода, и звучало неспокойное дыхание зверя. Спустя некоторое время Вечерский наклонился к женщине и чуть ощутимо прикоснулся губами к тыльной стороне ее руки.

- Саманта, я хочу сказать тебе кое-что, - проговорил он. - Великий ученый, как и великий творец, никогда не соперничает с другими людьми. Только с тем, кто выше.

- Если ты донесешь Амершаму, - прошипела Саманта, сузив глаза и отступая на шаг, - никакой Гморк тебе не поможет. Я лично прострелю тебе башку.

Волк глухо зарычал, а человек улыбнулся.

- И опять ты меня не поняла.

Но в голосе мужчины скрипнула жалкая, неуверенная нотка, и Саманта подумала, что поняла его даже слишком хорошо.

Когда лифт наконец-то дополз до пятого этажа и выпустил свою пленницу в коридор, Саманта бросилась в туалет, где ее стошнило. Промыв у раковины рот, женщина угрюмо оглядела свое отражение в зеркале и пробормотала:

- Ничего, подруга. Это просто от той вонючей берлоги и от страха...

Однако смотревшая из зеркала Сэмми, мудрая, все повидавшая Сэмми из Шанти-Тауна, знала - неприятности только начинаются.

Через четыре недели Саманта стояла в женском туалете медицинского центра, и ее снова тошнило - но уже не от вони и дурных предчувствий, а от откровенного ужаса. В руке у нее был наладонник со снимком, который любезно перекинул туда врач-гинеколог. Последовавший за УЗИ-сканированием разговор до сих пор звенел у Саманты в ушах.

- Развитие плода совершенно нормальное. Срок около двенадцати недель...

- Этого не может быть. У меня задержка всего две недели.

Врач улыбнулся, вежливо приподняв краешки губ.

- Мисс Морган, такое случается. Насколько внимательно вы следите за своим циклом? В вашем файле я не смог обнаружить записей о гинекологическом обследовании. Когда вы в последний раз посещали гинеколога?

Саманта не помнила. Давно. Но в сроках она была совершенно уверена.

- Послушайте, доктор. Три месяца назад я могла залететь разве что от святого духа.

- Это ваше дело. Мое - установить, что в развитии ребенка нет отклонений. Кстати, вам интересно узнать пол?

Морган пожала плечами. Какая разница, хоть гермафродит... Этого просто не может быть.

- У вас будет мальчик. Поздравляю.

У нее еще хватило сил поблагодарить врача, выползти из кабинета и добраться до туалета - но здесь ноги под Самантой подкосились. Она стояла, вцепившись в раковину, и бессмысленно пялилась в зеркало.

Мальчик. Срок три месяца. По крайней мере, выглядит как трехмесячный зародыш, хотя с той бурной ночки в гостинице прошел всего месяц. Это значит... Значит...

Алекс настаивал, чтобы подопытные кадавры были стерильны, но Саманте хотелось понаблюдать за эмбриональным развитием траснгенов. И развитие шло на ура, просто замечательное развитие - только почему-то в три раза ускоренное по сравнению с предковыми видами. Вот, значит, как. Вот она, цена, плата за волшебное излечение. У нее родится монстр.

Сэмми всхлипнула, и, чтобы не заорать в голос, сильно укусила себя за руку. Надо сосредоточиться. Аборт... Поздновато для аборта, но еще возможно, можно найти врача... Что-то внутри ее взвыло от первобытного ужаса. Нет. Она же всегда была противницей абортов. Она отговаривала Ди - тогда, когда им обеим было по пятнадцать, и Ди решила, что ребенка от Микки Стейнза рожать не будет. Ди решила и настояла на своем, и ничего, живет, призрак убиенного младенчика ей вроде по ночам не является. Но страшно, господи, как страшно... А почему она, собственно, убеждена, что младенец непременно будет монстром? Хорошо, убыстренное в три раза развитие, но больше никаких особенных отклонений у лабораторных крысят и мартышек не наблюдалось. У парня замечательные гены, просто чудные, такой отец, такая мать... Родится красавцем и гением. Саманта попробовала улыбнуться своему отражению, но вышла какая-то бледная кривая гримаса. Да. Мамочка, превратившая себя в генетического монстра, и папаша, ширяющийся «Вельдом» - отличная комбинация. Скорее всего, мальчик родится деформированным. Но, с другой стороны... С другой стороны, это ее ребенок, часть ее самой, крохотный, но уже с руками, ногами и бьющимся сердцем человечек. Она не даст вырвать из себя этот комочек жизни. Нет. Ни за что не даст.

Приняв решение, Саманта положила руку на живот - и ее вдруг окатила волна чудесного, восхитительного спокойствия. Все будет хорошо. Ничего плохого с ними не случиться. С ней и с ним... надо придумать малышу имя. Сэмми кивнула перепуганному отражению, пробормотала: «Не дрейфь, подруга», - и салфеткой принялась смывать с лица размазавшуюся тушь.

Уже давно смеркалось. Стоянка за медицинским центром была пуста, тускло светил одинокий фонарь. Кажется, все врачи и пациенты успели разъехаться, пока Сэмми предавалась самобичеванию. На опустевшей площадке лиш  «Ваша технология изменит мир. Некоторые уже сейчас называют ее „рукой Бога“. Каково это - чувствовать себя Творцом?» 

Очнулась Саманта в полной темноте. Она лежала лицом вниз на твердом. В горле першило, в легких еще стоял запах эфира. Саманта откашлялась и попробовала перевернуться на бок. Что-то мешало, и через секунду она поняла, что руки и ноги связаны, причем руки связаны за спиной. Морган резко дернулась. К горлу подкатил горячий едкий ком, и ее вырвало.

Когда желудок опорожнился, стало чуть легче. Сэмми откатилась в сторону и почти сразу уткнулась в стену. Стенку... фургона? Возможно, но в таком случае машина никуда не движется. Они еще на стоянке? Закричать? Крикнуть или не стоит?

Кроме рвоты и бензина, в фургоне пахло еще чем-то, что странно ассоциировалась с цирком. В следующую секунду Саманта поняла, что пахнет лошадьми. Конским потом, навозом... Фургон для перевозки скота? Кто мог схватить ее, усыпить и запихнуть в фургон для перевозки скота? Амершам? Неужели Амершам? Нет, не его методы... Генерал всегда такой отглаженный, сверкающий, а тут лошади и вонючий фургон. Те действуют не так. Тогда кто? Или ее схватили случайно?

Решив пока не кричать, Саманта попробовала освободиться. Она из всех сил дергалась и крутила запястьями, но тот, кто ее связал, знал толк в своем деле. Тогда Сэмми перевернулась на спину. Опираясь на плечи, она ухитрилась провести связанные руки под коленями и протащить ноги в дыру. Уфф. Так. Теперь, по крайней мере, можно перегрызть веревку зубами. Сэмми поднесла запястья ко рту. Резко пахнуло кожей. Не веревка, уздечка? Ее связали уздечкой? Что за черт, прямо Дикий Запад. Не отвлекаясь больше на размышления, женщина впилась зубами в жесткую, вонькую кожу и принялась грызть. Но завершить работу ей не дали.

Стукнула задвижка. Саманта, сжавшись в комок, втиснулась в стенку фургона. Одна створка двери медленно раскрылась, впуская узкий луч фонарика и отдаленный шум. Мерный, монотонный шум... Водопада? Световой луч скользнул по полу, метнулся влево и ослепил Саманту. Она невольно вскинула ладони к лицу.

Когда белые круги в глазах рассеялись, Морган увидела темный, четко очерченный силуэт - более темный, чем встающая за плечами мужчины облачная ночь. Ее похититель был высок и худощав, и на голове у него было что-то вроде кепи. Лица Саманта не разглядела. Незнакомец застыл в дверях, не делая попытки приблизиться. Изучал? Присматривался к жертве?

- Опустите фонарь, - хрипло сказала Саманта тем повелительным тоном, который заставлял отступить и чиновников из оборонного ведомства, и самых своевольных из ее сотрудников.