Читаем без скачивания Время Химеры Геном Пандоры - Юлия Зонис

- А ты думаешь, что я этого кого-то знаю?

- Этому кому-то ты перебежала дорожку, подруга. Возможно, вы встречались. Я покажу тебе снимки и список имен, но учти - если дело раскрутится, тебя могут привлечь к процессу как свидетеля. Мы обеспечим защиту, но работать в то время, пока будут идти слушания, тебе удастся вряд ли. И, вероятно, придется поменять адрес. Не хочу силком тебя тащить...

- Ди, ты говоришь со мной, супер-умной Сэмми Морган. В этот раз твой манипулятор промазал, но он ведь не остановится. Думаешь, я не понимаю? Вытащить эту сволочь на свет - единственный мой шанс.

- Боюсь, что так...

Ди замолчала. Подул ветер, и паутинку сорвало с навеса. Сэмми потянулась, пытаясь схватить ускользающую нить - но ту уже утащило в темноту.

- Одно мне непонятно, - пробормотала Ди.

- Что?

- Почему твой ковбой все-таки не довел дело до конца? Раньше их никогда не использовали для запугивания.

- Все когда-нибудь случается в первый раз, - сказала Саманта, пытаясь придать голосу максимальную беззаботность. - Что-то у него в чипе переклинило. Или мне просто повезло. А ты бы хотела, чтобы он меня прирезал?

- Не болтай глупости! - зло рявкнула Диана. - И не вздумай одна шариться по темным переулкам. Я бы выделила тебе кого-то из своих ребят для охраны, но не хочу до срока привлекать внимание гада. А вот в частное агентство стоило бы обратиться - тебе и по статусу положен телохранитель...

- Спасибо, уже предлагали, - невесело хмыкнула Саманта.

- Кто? - немедленно насторожилась ее подруга.

- Так. Один поклонник. Чепуха.

Вглядевшись в толстое, сердитое лицо Ди, она добавила:

- Вы все же попробуйте найти эту жертву вивисекции. Мне кажется, он совсем не рад тому, что его заставляют делать.

- На стоянке должны быть установлены стрит-камы. Я проверю записи. Если твой ковбой не догадался отключить камеры, мы его довольно быстро найдем.

Следующие два дня Саманта ждала звонка от Ди, тщательно избегала темных переулков, наконец-то включила в доме охранную сигнализацию и одновременно размышляла над своим гардеробом. Уже сейчас, глядя по утрам в зеркало, она замечала небольшую округлость. Допустим, еще несколько недель это можно будет списывать на увеличившийся аппетит и скрывать толстыми свитерами, а что потом? Если плод будет развиваться с той же скоростью, что и у подопытных животных, через месяц ее разнесет, как корову. И, что самое ужасное, Алекс заметит - а, заметив, все поймет.

С того разговора в подвале Морган и Вечерский, как могли, избегали друг друга. Встречались только на собраниях, общих для двух лабораторий, но и там обсуждали лишь текущие рабочие моменты. Саманта украдкой приглядывалась, а, точнее, принюхивалась, пытаясь уловить сапозиновый душок. Но Алекс то ли воздерживался, то ли тщательней очищал препарат. Глаза у Вечерского были не наркотически блестящие, а тусклые и совершенно больные - в остальном же он казался таким, как всегда, и вел себя подчеркнуто ровно. Это и настораживало. После знакомства с Гморком Саманта ожидала других диких выходок, или хотя бы объяснения - но Вечерский молчал. Месяц назад ковбой-убийца вышел на тропу войны. Месяц назад Вечерский предлагал своего волка для охраны. Месяц назад они с Алексом поссорились... Три совпавших результата в науке - уже не случайность. А в жизни? Под вечер второго дня, устав от бесплодных раздумий, она поймала Вечерского в коридоре.

- Нам надо поговорить.

Тот смотрел настороженно, но бежать не пытался.

- Да, - после минутного молчания согласился он. - Надо, но не здесь. Давай в парке, часа через два.

Парк, несомненно, был не лучше темных переулков. На фургоне туда не заедешь, а вот перемахнуть через изгородь при некоторой ловкости вполне можно. И все же волков бояться - в лес не ходить...

- Хорошо, - сказала Саманта. - Заодно можешь и Гморка прихватить. Ему полезно подышать свежим воздухом.

Вечерский освободил рукав свитера, за который, оказывается, все еще держалась Саманта, и, ничего не ответив, скрылся за дверями своей лаборатории.

Спустя два часа, когда Морган уже спускалась по центральной лестнице в обширный институтский холл, в сумочке загудел коммуникатор.

«Этот козел нашел предлог не встречаться», - зло пробормотала Саманта и полезла в сумку. Но звонил не Алекс. Звонил Том Дерринджер, лейтенант, работавший на одном участке с Дианой. Сэмми видела его пару раз на днях рожденья у Ди - Том всегда держался сзади, и все равно его белобрысая башка торчала над головами остальных гостей. Здоровенный, молчаливый, со скандинавскими, похоже, корнями парень. Единственный привлекательный мужчина из окружения Ди, за которым пылкая афро-американка не пыталась приударить.

Сэмми приняла звонок и ошеломленно уставилась на лицо Тома на экране. Обычно спокойное и даже вялое, сейчас оно пошло бурыми пятнами, а уголок рта нервически дергался. Глаза лейтенанта были красны и подозрительно блестели.

- Том? Что?...

- В Ди стреляли.

- Стреляли? Кто стрелял? Том, что происходит?

- Сэмми, ее убили.

Коммуникатор вывалился из ладони Саманты и грохнулся о мраморные ступеньки лестницы.

Когда Ди, офицера полиции Диану Виндсайд хоронили, шел дождь. Кладбищенская земля размокла, черные комья липли к ботинкам. Дождь превратил белые полосы на знамени в серые, а когда знамя убрали с крышки гроба, дождь еще яростней заколотил по полированному дереву. Было очень много людей, неожиданно много - полицейские, друзья по академии, просто знакомые. Огромная толпа. Впереди, у самого гроба, там, где должна была стоять семья покойной, стояли Том Дерринджер и Саманта. Накануне Том признался, что они с Ди собирались обвенчаться. Сюрприз. Ди готовила сюрприз для друзей, и для Саманты особенно. Оказывается, и у Ди, выбалтывавшей все, вплоть до оттенков белья своих многочисленных любовников, тоже были тайны. Потому что это было ей важно, думала Саманта. Все мы болтаем о незначительном, а главное храним в себе. И непонятно, насколько это правильно, но так уж оно повелось.

Когда прозвучал залп, Том рядом вздрогнул, и Саманта положила ладонь на рукав его плаща. Рукав был мокрый от дождя. Все было мокрым, серым, холодным, набухшее тучами небо и кресты, и деревья, уже почти расставшиеся с листвой, и куски дерна с бурыми травинками под ногами... Том подобрал один ком и бросил на крышку гроба. Саманта тоже взяла горсть земли, задержала в руке, медленно выпустила... Вот и все.

Люди начали расходиться. Том тронул ее за плечо.

- Сейчас, я еще минутку. Подожди в машине.

- Сэмми, послушай. Я знаю, что сейчас не время, и звучит это ужасно... Но тебя, возможно, будут допрашивать.

- Что?

- В связи со смертью Дианы. Понимаешь, она сама открыла дверь. Ты же помнишь ее лофт, туда так просто не пробраться...

Диана поселилась в самом центре, в бывшем здании фабрики, переделанном застройщиками под жилой дом. Квартира занимала весь этаж, а вход с лифтовой платформы был закрыт решеткой. Да и внизу стояла бронированная дверь с домофоном...

- Ее убили на кухне, где они до этого с убийцей мирно распивали чай. Кто-то зашел в квартиру, напился чаю, а после всадил Ди восемь пуль в грудь. Она даже не подумала взяться за оружие. Это был знакомый, Сэм. Меня уже допрашивали.

- Томми, ты же не думаешь...

- Ничего я не думаю. Я жду тебя в машине.

Он развернулся и зашагал по дорожке, огромный, грузный, с поникшими плечами и светлыми волосами, склеившимися от дождя в сосульки.

Он не мог убить Диану. Или мог? Ужаснувшись своим мыслям, Саманта попятилась от могилы. И в то же время кто-то холодный и рассудительный, кто-то, подозрительно напоминавший Сэмми из Шанти-Тауна, четко проговорил у нее в голове: «Зачем он меня предупредил? Это ведь раскрытие служебной тайны. По дружбе? Но он должен был знать, что Ди никого у себя не принимала, никогда, кроме общих посиделок. К ней в гости заходила только я. И, наверное, он. Но его не арестовали. Значит, я. Так зачем же он сказал?»

Саманту затрясло. Отчасти от страха, но в то же время и от стыда - о чем она думает над свежим земляным холмиком, в чем обвиняет жениха погибшей подруги? Может, он знал о расследовании Ди? Знал и не может сказать прямо, не будучи уверен, что Ди говори ла Саманте. Если знал, если убийство связано с расследованием, тогда он просто пытается предупредить... Саманта почувствовала, что запуталась окончательно. Дождь усиливался. Засунув руки в карманы плаща, она развернулась и уже хотела идти к машине, когда в правом кармане обнаружилось что-то лишнее. Бумага. Странно, сто лет не держала в карманах бумаги, и на носовой платок не похоже. Когда Сэмми извлекла бумажку на свет, по свернутому листку немедленно размазались две дождевые капли. Записка. Саманта развернула ее и, прикрывая от капель ладонью, прочла: