сѣверу проливомъ Пиля или каналомъ Макъ-Клинтока, и тогда…
– Капитанъ,– сказалъ подошедшій въ эту минуту Джемсъ Уэлль,– мы подвергаемся опасности лишиться руля отъ столкновеній со льдинами.
– Что-жъ, пожертвуемъ рулемъ,– отвѣтилъ Гаттерасъ,– но снять его я не дозволю. Каждую минуту, ночью и днемъ, мы должны быть въ полной готовности. Позаботьтесь, Уэлль, чтобы по возможности отталкивать льдины. Но руль долженъ остаться на своемъ мѣстѣ; слышите?
– Однакожъ,– началъ было Уэлль…
– Въ замѣчаніяхъ вашихъ я не нуждаюсь,– строго сказалъ Гаттерасъ. Можете идти!
Уэлль возвратился на свое мѣсто.
– Я отдалъ бы пять лѣтъ жизни, лишь бы только подвинуться ближе къ сѣверу! – съ гнѣвомъ сказалъ Гаттерась. Болѣе опаснаго прохода я не знаю. И въ добавокъ ко всѣмъ невзгодамъ мы въ недальнемъ разстояніи отъ магнитнаго полюса, компасъ не дѣйствуетъ, стрѣлка рыскаетъ и безпрестанно перемѣняетъ свое направленіе, на ея указанія теперь уже полагаться нельзя.
– Дѣйствительно, капитанъ, плаваніе опасное,– сказалъ докторъ. Но предпринявшіе его знали напередъ сопряженныя съ нимъ невзгоды, и потому ничто не должно смущать ихъ.
– Мой экипажъ, докторъ, значительно перемѣнился; вы сами видѣли, что офицеры уже начинаютъ возражать мнѣ. Поступили они на бригъ только въ виду выгодности предложенныхъ имъ условій. Но это имѣетъ свои дурныя стороны, по тому что самая выгода дѣла заставляетъ ихъ съ тѣмъ большимъ нетерпѣніемъ желать возврата! Предпріятіе мое не встрѣчаетъ сочувствія, докторъ, и если мнѣ не суждено имѣть успѣха, то не по винѣ матросовъ, съ которыми можно всегда совладать, а по недостатку доброй воли со стороны офицеровъ… Но они дорого заплатятъ за это!
– Вы преувеличиваете, капитанъ.
– Ничего я не преувеличиваю! Не думаете-ли вы, что экипажъ недоволенъ препятствіями, которыя я встрѣчаю на моемъ пути? Напротивъ! Онъ надѣется, что это заставитъ меня отказаться отъ моихъ намѣреній. Онъ не ропщетъ и не будетъ роптать до тѣхъ поръ, пока Forward направляется на югъ. Безумцы! Они полагаютъ, что приближаются къ Англіи! Пусть только мнѣ удастся подняться къ сѣверу, и вы увидите, что дѣло перемѣнится. Но клянусь вамъ, что ни одно живое существо не заставитъ меня уклониться отъ разъ принятаго намѣренія! Дайте мнѣ малѣйшій проходъ, даже щель, въ которую могъ-бы протиснуться бригъ, хотя-бы при этомъ онъ и лишился своей мѣдной обшивки – и я все преодолѣю!
Желаніе капитана до нѣкоторой степени исполнилось. Согласно предсказаніямъ доктора, вечеромъ наступила внезапная перемѣна; подъ вліяніемъ вѣтра, теченій и температуры, ледяныя поляны разошлись, и Forward смѣло помчался впередъ, разсѣкая своимъ стальнымъ форштевенемъ плавающія льдины. Шелъ онъ всю ночь и къ шести часамъ выбрался изъ пролива.
Но каково-же было тайное бѣшенство Гаттераса, когда онъ увидѣлъ, что дорога на сѣверъ была преграждена? Однакожъ, у него хватило настолько силы воли, чтобы ничѣмъ не выказать овладѣвшаго имъ отчаянія и, какъ-бы предпочитая единственный открывшійся путь другимъ путямъ, онъ спустился въ проливъ Франклина. Не въ состояніи будучи подняться проливомъ Пиля, Гаттерасъ рѣшился обогнуть Землю Принца Уэльскаго и затѣмъ войти въ каналъ Макъ-Клинтока. Но онъ зналъ очень хорошо, что нельзя обмануть Уэлля и Шандона, такъ какъ имъ хорошо было извѣстно, что слѣдуетъ думать о несбывшихся надеждахъ капитана.
6-то іюня, не произошло ничего особеннаго; небо заволакивали снѣговыя тучи и казалось, что предвѣщанія солнечныхъ колецъ начинали сбываться.
Въ теченіе тридцати шести часовъ Forward шелъ вдоль извилистыхъ береговъ Боотіи, не въ состояніи будучи приблизиться къ землѣ Принца Уэльскаго. Гаттерасъ усиливалъ пары и безпощадно жегъ уголь, надѣясь пополнить запасъ топлива на островѣ Бичи. Въ четвергъ прибыли въ оконечности залива Франклина и опять увидѣли, что дорога на сѣверъ преграждена.
Отчаяніе овладѣло капитаномъ. Онъ не могъ вернуться назадъ, льды заставляли его идти впередъ, а между тѣмъ дорога за нимъ безпрестанно закрывалась, точно свободнаго моря ни когда не существовало тамъ, гдѣ часъ тому назадъ прошелъ бригъ.
Такимъ образомъ Forward не только не могъ подняться къ сѣверу, но и не смѣлъ остановиться ни на одну минуту, изъ опасенія быть затертымъ льдами. Онъ бѣжалъ предъ льдами, какъ корабль бѣжитъ предъ бурею.
Въ пятницу, 8-го іюня, бригъ находился у береговъ Боотіи, при входѣ въ проливъ Джемса Росса, котораго во чтобы то ни стало слѣдовало избѣгать, такъ какъ онъ прямо ведетъ къ американскому материку.
Произведенная въ полдень обсервація дала 70°5′17' широты и 96°46′45* долготы. Узнавъ эти числовыя данныя, докторъ перенесъ ихъ на карту, убѣдившись при этомъ, что бригъ находился, наконецъ, у магнитнаго полюса, въ томъ именно пунктѣ, гдѣ, по опредѣленію Джемса Росса, племянника Джона Росса, лежитъ эта замѣчательная точка земнаго шара.
Берега были низменны и только въ разстояніи одной мили отъ моря почва приподнималась футовъ на шестьдесятъ.
Такъ какъ котелъ Forward'а нуждался въ прочисткѣ, то капитанъ бросилъ якорь на ледяную поляну и позволилъ доктору отправиться на беретъ въ сопровожденіи Джонсона. Что касается его лично, то, равнодушный ко всему, что не имѣло непосредственнаго отношенія къ его предположеніямъ, Гаттерасъ заперся въ своей каютѣ и холодно уставился глазами на карту полярныхъ странъ.
Докторъ и его спутникъ легко вышли на материкъ. Клоубонни несъ компасъ для производства опытовъ. Желая провѣрить изысканія Джемса Росса, докторъ безъ труда нашелъ сложенное изъ камней возвышеніе, которое Россъ возвелъ въ этомъ мѣстѣ. Онъ поспѣшно подбѣжалъ въ возвышенію и чрезъ продѣланное въ немъ отверстіе увидѣлъ жестяной ящикъ, заключавшій въ себѣ протоколъ сдѣланнаго Джемсомъ Россомъ открытія. Казалось, тридцать лѣтъ уже ни одно живое существо не побывало на этихъ печальныхъ берегахъ.
Въ этомъ мѣстѣ магнитная стрѣлка, очень осторожно подвѣшенная, подъ дѣйствіемъ магнитнаго тока, тотчасъ-же приняла почти вертикальное положеніе. Слѣдовательно, центръ притяженія находился или невдалекѣ отъ этого пункта, или непосредственно подъ стрѣлкою.
Докторъ тщательно произвелъ опытъ.
Если Джемсъ Россъ, вслѣдствіе несовершенства своихъ инструментовъ, опредѣлилъ отклоненіе стрѣлки на 89°59′, то потому только, что истинный магнитный полюсъ находился въ разстояніи одной минуты отъ этого мѣста. Докторъ былъ счастливѣе Росса и не въ дальнемъ разстояніи, въ своему крайнему удовольствію, нашелъ, что стрѣлка отклоняется ровно на 90°.
– Итакъ, въ этомъ мѣстѣ находится магнитный полюсъ міра! – вскричалъ онъ, ударяя ногою о землю.
– Здѣсь именно? – спросилъ Джонсонъ.
– Да, здѣсь, другъ мой!
– Въ такомъ случаѣ,– продолжалъ Джонсонъ,– предположеніе о магнитной горѣ или магнитныхъ массахъ…
– Все это,– улыбаясь отвѣтилъ докторъ,– гипотезы людей легковѣрныхъ. Какъ видите, тутъ нѣтъ никакой горы, притягивающей къ себѣ корабли, вырывающей у нихъ всѣ желѣзныя подѣлки, якорь за якоремъ, гвоздь за гвоздемъ и т. д. Ваши башмаки пользуются здѣсь такою-же безопасностью, какъ и во всякомъ другомъ мѣстѣ земнаго шара…
– Какимъ-же образомъ объяснить тогда тотъ фактъ, что…
– Его и не объясняютъ: для этого мы
