– Только не думайте, что я вам жалуюсь, – смущенно заметила она, встретившись в зеркале с его глазами.
– Я и не думаю, – ответил он, задумчиво глядя на нее. – Я рад, что вы помните свою матушку. Сара вряд ли помнит свою. Ей не было еще трех лет, когда мы потеряли Кэтрин.
– Не расстраивайтесь, – ласково произнесла Натали и, повернувшись к нему, принялась натягивать перчатки. – Многие дети помнят, что с ними происходило, когда им было еще меньше лет, чем Саре. У меня, например, многое осталось в памяти, когда я была примерно в таком же возрасте.
– Надеюсь, что вы правы. – Он улыбнулся ей несколько напряженной улыбкой. – Могу я спросить вас, сколько вам было лет, когда вы лишились матери?
– Пять. А Дереку около четырех, но мне кажется, он тоже ее помнит. – Надев наконец перчатки, она улыбнулась лорду Малкому. – Готова, – радостно возвестила она и с облегчением отметила, что голос ее прозвучал спокойно.
Лорд Малком открыл входную дверь, пропустил Натали вперед, вышел следом за ней на улицу – вечер оказался просто очаровательный – и искоса бросил на нее взгляд, значения которого она не поняла.
– Я очень сочувствую вашей утрате, – тихо произнес он.
Несколько секунд Натали никак не могла сообразить, что он имеет в виду, и наконец до нее дошло: они ведь только что говорили о ее маме. Кивнув, она сказала:
– Благодарю вас. С тех пор прошло уже много лет.
– Да, – согласился лорд Малком. Они зашагали по дорожке, покрытой гравием, поскрипывающим под их ногами, – Она долго болела?
– Нет, она ничем не болела. Она погибла в результате несчастного случая: карета, в которой она ехала, перевернулась. Мама прожила всего несколько дней после этого. – Голос Натали дрогнул, но она все же закончила свою мысль: – Нам не разрешили ее увидеть. Ее выбросило из двуколки, и она получила множественные ушибы и раны. Наверное, зрелище было не из приятных, потому-то нас, как мне кажется, к ней и не пускали.
– Рад, что нашлись люди, которые проявили такую заботу о детях.
Натали невесело улыбнулась.
– К сожалению, результатом этой заботы стало то, что мы с Дереком долгое время считали, что наша мама скоро к нам вернется. Отец очень быстро женился снова. Мне кажется, наше враждебное отношение к его второй жене, Люсиль, в основном основывалось на том, что мы не знали о маминой смерти. Мы никак не могли понять, что же с ней случилось.
Лорд Малком нахмурился.
– Жаль, что так произошло, но в подобной ситуации, когда дети еще малы, трудно представить себе, как они будут реагировать на происходящее.
– Наверное, вы правы.
И внезапно Натали пришло в голову, что и ему наверняка пришлось принимать подобное решение, когда умерла его жена. Интересно, что послужило причиной смерти Кэтрин, и разрешили ли Саре попрощаться с матерью? Но спросить она не осмелилась: похоже, лорд Малком все еще испытывал боль, говоря на эту тему. Стараясь, чтобы голос ее звучал непринужденно, Натали произнесла:
– Я не уверена, что нам с братом не рассказали о смерти мамы только ради того, чтобы защитить нас от суровой действительности. Видите ли, это очень не похоже на моего отца, он никогда не отличался добрым сердцем.
Как она и надеялась, он перестал хмуриться и с легкой улыбкой спросил:
– Он был жестоким или эгоистичным?
– Он был страшным эгоистом.
– Вот как? Должно быть, он гордился Гектором, ведь они, наверное, похожи.
Натали хмыкнула.
– Сходство есть, – согласилась она, – но вы не должны судить их слишком строго. В каждой семье есть хорошие люди и не слишком.
– В вашей семье к хорошим людям можно отнести, я думаю, вас и вашего брата Дерека. Натали рассмеялась:
– Уверяю вас, я придерживаюсь того же мнения, а вот Гектор вряд ли со мной согласится.
– Искренне надеюсь, что его мнения я никогда не услышу. Меня этот человек не интересует. Не припомню случая, когда бы я проникся к человеку настолько сильным отвращением, хотя знаю о нем лишь с ваших слов. Антипатия, которую я к нему испытываю, сродни антипатии к некоему известному человеку, усиленно пытающемуся в настоящее время завоевать весь мир.
– Вы имеете в виду Наполеона? – высказала предположение Натали.
Сделав вид, что раздумывает, лорд Малком наконец заявил:
– Разве можно их сравнивать? Мотивы Наполеона по крайней мере понятны. А вот злодейство Гектора неподвластно моему разумению.
Натали нерешительно взглянула на него:
– Надеюсь, вы шутите. Если то, что я вам рассказала, так настроило вас против моего брата, это может плохо отразиться на мне.
– Чепуха, – решительно заявил лорд Малком, однако Натали заметила в его глазах насмешку. В этот момент они спускались по травянистому склону к ручью. – Возьмите меня под руку, мисс Уиттакер, – приказал лорд Малком. – Здесь полно ям.
У Натали перехватило дыхание. Странно. Она хотела сказать лорду Малкому, что сбегала с этих холмов и забиралась на них всю свою жизнь, но не стала об этом говорить, решив, что это будет невежливо. В конце концов, он ведь не виноват в том, что возможность взять его под руку так на нее действует. Придав лицу самое безмятежное выражение, она выполнила его просьбу.
– Благодарю вас.
Он пошел медленнее. В сердце Натали закралась тревога. «Он специально это делает», – подумала она и тут же выругала себя за подобные мысли. Наверняка лорд Малком замедлил шаг из простой любезности, чтобы она могла за ним поспеть. Любой джентльмен на его месте сделал бы то же самое. И с чего это ей пришла в голову такая дурацкая мысль?
Пока она так размышляла, лорд Малком задал ей неожиданный вопрос:
– Расскажите мне еще о вашей семье. В Гекторе есть хоть что-то хорошее?
Застигнутая врасплох, Натали рассмеялась:
– О Господи! Дайте подумать… Он неплохо стреляет и, как я слышала, очень хорошо охотится с собаками.
– Ага! Значит, он спортивный малый.
– Думаю, что да. Кроме того, он может произвести приятное впечатление, если пожелает, во всяком случае, мне так говорили. На меня, естественно, он не растрачивает свое очарование. – Хмыкнув, она покачала головой. – Думаю, он нравится женщинам. Ведь сумел же он завоевать свою жену.
Лорд Малком насмешливо вскинул брови.
– Судя по вашим словам, вы не слишком высокого мнения о его жене.
– Вы не должны судить о ней лишь по моим словам. Скорее всего я просто отношусь к ней с предубеждением. Моя неприязнь к Мейбл вовсе не означает, что она для Гектора не слишком подходящая пара. Мейбл принесла ему огромное приданое, так что, несмотря на все ее недостатки, она для него весьма выгодная партия. – Только сейчас до Натали дошел истинный смысл ее слов, и она тихонько ахнула: – Прошу вас, не смейтесь! Мне не следовало такое говорить.
