– Ну что ж, милорд, я до сих пор не могу понять, зачем вы мне все это рассказали сейчас? Может быть, вы надеялись, что мы с вами вместе весело посмеемся, когда вы закончите свою историю? Разрешите мне огорчить вас, милорд. Я ненавижу вас!
Его словно ужалило. Он бросился на нее, повалил ее на спину и схватил за руки.
Элиза пыталась освободиться, но он прижал ее ноги своей ногой.
– Лежи тихо! – приказал он ужасным голосом.
Она уже хотела закричать и позвать на помощь, но тут же вспомнила, где находится. После такой компрометирующей сцены в спальне можно ждать только того, что отец немедленно пошлел в Лондон слугу с объявлением о ее помолвке для всех газет. Но именно этой развязки Элиза хотела избежать любой ценой. Нет, ни за что она не станет женой этого монстра!
– Я никогда не выйду за тебя замуж! – воскликнула она, глядя ему прямо в глаза. И какие бы гневные молнии они ни метали, она не собиралась сейчас молчать. – Ты хитрый, жестокий и наглый, и я скорее умру!
– Не говори глупости. Я совершенно не такой, и ты совсем другая, чем я представлял тебя. И ты будешь моей женой.
Он наклонился и поцеловал ее. Это был не тот сердитый и требовательный поцелуй, которого она ждала. Наоборот. Нежный, трепетный и полный любви Элиза не могла устоять против него, поэтому она делала вид, что ей совершенно безразлично. А между тем ей хотелось плакать.
Когда он поднял наконец голову, Элиза упорно хранила молчание.
Он тоже ничего не говорил. Отпустив ее, он сел на постель и откинул свои волосы за плечи. Они не были больше завязаны аккуратно в хвостик. Ленточка свисала свободно у его лица.
Наконец он сказал:
– Я надеялся, что до этого не дойдет, но теперь вижу, что уже ничего нельзя поделать. Хочешь ты или нет, но ты должна стать моей женой, Элиза. – Он говорил спокойно и даже немного грустно. Она почувствовала волнение в его голосе. – Ты знаешь, я так мечтал, что ты придешь ко мне сама, потому что ты любишь меня, – продолжал он. – Но по собственному желанию, или нет, ты выйдешь все-таки за меня замуж. Пойми, я не могу допустить, чтобы наш ребенок, и, возможно, мой наследник, был внебрачным.
Перестав дышать, Элиза в ужасе уставилась на него.
– Джейн Пелхэм работала у меня давно. Я послал ее сюда, чтобы она могла позаботиться о тебе, а также держала меня в курсе событий. Она сообщила, что, вне всякого сомнения, ты беременна.
Элиза не слушала его. Она стала считать. Она закрыла глаза, чтобы не видеть его, не видеть эти проницательные серые глаза.
Она вспомнила, как плохо чувствовала себя все последнее время, как быстро уставала и часто раздражалась до слез. И у нее не было месячных, а она даже и не подумала об этом. Он прав. Так оно и есть, она беременна. Странно, почему она ни разу не подумала об этом, когда они с Дрейком занимались любовью в Йоркшире. Элиза была замужем за Джеймсом Чалмерсом больше года и все-таки не забеременела.
– Поверь, я ни за что не использовал бы такую радостную весть, чтобы убедить тебя стать моей женой, но ты не даешь мне ни одного шанса, – сказал он немного грубовато. – И, Элиза, ты должна понять, что будущее нашего ребенка важнее всего. Мы не имеем права на иное решение. И я знаю, знаю, что все будет хорошо, в конце концов не имеет значения, что ты сейчас думаешь обо мне или чувствуешь. Потому что я люблю тебя, потому что ты любишь меня. Она попыталась сесть. Когда он захотел помочь ей, она отбросила его руку и по-прежнему не смотрела на него.
Встав кое-как с постели, она ухватилась за край, чтобы не упасть. Голова кружилась. Элиза чувствовала слабость – слабость и тошноту.
Как слепая она двинулась к двери. Он загородил ей дорогу, наклонившись слегка и глядя вопросительно.
– Элиза, – промолвил он. – Что ты думаешь? Скажи мне.
– Оставь меня в покое, – смогла лишь выговорить она. – Я не могу… я не могу…
– Хочешь, я отведу тебя в твою комнату?
У него был такой теплый и нежный голос, что Элизе захотелось плакать. Но нет, нельзя больше верить ему, его голосу! Она решительно прошла мимо.
14
Элиза могла только удивляться, как она очутилась в своей комнате, потому что не помнила, как шла. Зато она помнила, что сразу выпроводила из спальни свою служанку, посмотрев на нее обвиняющим взглядом. Мисс Пелхэм имела совесть хоть немного смутиться.
Элиза легла на кровать и укрылась легким одеялом. Она с трудом верила, – даже и теперь, зная, что она беременна, – что в ней действительно живет ребенок графа, сын или дочь. Это было очень странно, но Элиза не испытывала никаких чувств.
Нет, все случившееся она не могла еще осознать. Не сейчас, не в этот момент. Пока она не могла об этом даже думать. Она закрыла глаза и задремала.
Когда раздался стук в дверь, Элиза проснулась и растерянно посмотрела вокруг себя. Потому что она никогда не спала днем. Так почему?..
И тут она все вспомнила, и ей так захотелось крикнуть, чтобы в комнату не входили. Но потом она, конечно, взяла себя в руки. Он не осмелится прийти сюда, в ее спальню.
Маргарет подошла к постели и посмотрела внимательно на Элизу.
– С тобой все в порядке? – спросила мачеха. – Уж не заболела ли ты, Элиза? Может, ты хочешь, чтобы я послала за доктором?
– Я здорова, – сказала Элиза. – И доктор мне понадобится только, э-э, дай-ка я сосчитаю… почти через восемь месяцев.
– Господи! – воскликнула Маргарет, так резко опустившись на постель, что чуть не придавила Элизе ногу. – Ты беременна! И ты уверена в этом?
– О да, я совершенно уверена.
– Дрейк? Отец ребенка лорд Дрейк? – спросила Маргарет. – Вы были любовниками?
Она казалась шокированной, что вполне может быть, подумала Элиза, и кивнула, не желая обсуждать свое приключение в Йоркшире. Элиза даже не хотела об этом вспоминать. Тогда она была совсем другой. И она сомневалась, сможет ли быть прежней Элизой.
– Но что ты намерена делать? – допытывалась мачеха.
– А что мне еще делать? Я должна выйти замуж за графа Даррина, и чем скорее, тем лучше. У меня нет выбора. Вообще никакого. Фактически, Маргарет, я оказалась почти в такой же ситуации, как и вы когда-то. Ведь вас заставили выйти замуж за моего отца.
– Но… но ты, наверное, испытываешь к графу какое-то чувство… Я имею в виду, что… в конце концов вы с ним… поэтому мне кажется, что ты должна быть счастлива… Разве не так?
Элиза усмехнулась про себя.
– Если вы хотите услышать от меня ответ, Маргарет, то да. И в то же время нет. Маловероятно, что я могу быть счастливой. Просто я иду по тому пути, который мне достался. Не больше и не меньше.
Они обе помолчали.
– Пожалуйста, мэм, не будете ли вы так любезны сделать для меня одну вещь? – спросила Элиза.
