– Как интересно, – перебила необычный рассказ старичка Ирина. – Как может дерево иметь имя, как у человека? Жора – это Георгий?
– Это все так, конечно, – хмыкнул Уух и поставил свою корзинку с ягодами рядом с деревом. – Жора его называют не потому, что он Георгий, а потому, что покушать любит. Жора-обжора! Так я его прозвал за отменный аппетит!
Достав из корзинки немного рыжиков и спелых ягод, старичок положил угощение в большое дупло и, расправив свое шикарное правое ухо, приложил его к стволу могучего дерева. На самом деле уши можно было вовсе и не прикладывать, потому что громкое чавканье тут же донеслось откуда-то из дупла. Игорь никак не ожидал, что дубы могут поглощать столько еды, а уж тем более причмокивать от удовольствия. Как только корзинка Ууха опустела, старичок погладил огромный дуб своей маленькой рукой и произнес:
– Здравствуй, здравствуй, мудрый Жора. Как тебе понравилось мое угощенье?
Вековые ветви дуба медленно наклонились к старичку и нежно провели по его макушке, словно благодаря за вкусную еду.
– Ну, полно, полно тебе щекотаться! – засмеялся Дядюшка Уух. – Вот познакомься – мои новые друзья.
С трепетом и восхищением Глеб пожал крепкие ветви – ладони старого мудрого дуба, чувствуя себя как в сказке, настолько необычно было ему знакомиться с вековым деревом. Ирина же, напротив, развеселилась такому повороту событий и, шутливо представившись дереву, провела по его стволу рукой. Мудрый Жора от восторга осыпал женщину с ног до головы золотой листвой, так выражая ей свое расположение.
– Вы ему очень понравились, – заключил Уух. – Теперь каждый раз, приходя к нему в гости, вам придется запастись чем-нибудь вкусненьким, чтоб порадовать старичка Жору. Ну, прошу вас к следующему чуду.
Гуляя по тропинкам и полянам, Дядюшка Уух знакомил Глеба и Ирину с разными обитателями, населявшими этот сказочный лес.
– А вот и самая многодетная семья, которая проживает у меня в лесу. У этой зайчихи двадцать пять детей и пятнадцать внучат – прелестных зайчат.
– Бедная женщина, – вздохнула Ирина, явно посочувствовав многодетной матери. – Ей, наверно, несладко приходится. Иметь столько детей и внуков – это очень непросто.
– Не просто, а запросто! – выглянула из своей норки мама зайчиха и начала помогать выбираться на свет Божий остальному семейству. – Я принимаю детей с любовью и терпением, и поэтому все сложности уже не кажутся такими непреодолимыми. Я стараюсь видеть в каждом своем зайчонке лучик света и радости.
– Как же вы не устаете совсем? И вам не хочется отдохнуть? – спросила удивленная Ирина многодетную маму.
– Конечно, если честно, мне всегда хочется отдохнуть! – хихикнула зайчиха и погладила своей пушистой лапкой самого маленького белого зайчишку. – У меня тоже возникают сложности и трудности в семье, как и у всех, но ведь работа мамы идет не по написанному графику, она идет через сердце. Каждый ребенок – это маленькое чудо. Нужно полностью принять этого человечка, одинаково стараться любить в нем и достоинства, и недостатки.
– Спасибо за приятную беседу, – сказал Дядюшка Уух милой зайчихе и помахал ей на прощанье рукой. – Видите, не все так страшно и сложно, как может показаться.
– Видимо, так и есть, – опустила взгляд на опавшую листву Ирина.
– Тогда чего мы загрустили? Чего нос повесили? – понимающе улыбнулся хитрый дедуля.
Он подвел Ирину с Глебом к поросшему мягким мхом пеньку и предложил гостям расположиться возле него и присесть.
– Когда у меня появился Глеб, – начала осторожно свой рассказ Ирина, – я совершенно не думала, что настанет такое время и у меня с ним могут возникнуть напряженные отношения. Я сильно устаю от наших ссор и размолвок. Очень часто я силой настаиваю на каком-то своем решении, он, конечно, подчиняется, делает, что я ему говорю, но потом я чувствую свою вину за это. Я не хочу на него давить, подавлять, но по-другому не получается.
– Дети быстро растут, не так ли? – повернулся к Глебу Дядюшка Уух. – А ты что думаешь?
– Я? – растерялся сначала юноша, но, сразу успокоившись, быстро заговорил. – Мама меня не хочет слышать. Все заставляет ходить на эту музыку, а то, что я по-настоящему хочу, считает глупостями.
– Так-так-так, – остановил жестом обоих Дядюшка. – Так далеко мы не уедем и проблему не решим. Я понял сейчас одно: вы действительно не умеете слышать друг друга! Это истинный дар и счастье – слышать дорогих тебе людей. Каждый из вас пытается доказать свою правоту и глух к тому, что хочет другой. Это, конечно, все печально, но не так страшно! Я попробую вам помочь.
Старичок немного порылся у себя в корзинке и достал оттуда две пары больших мягких ушек на резиночке. Он протянул каждому из гостей по паре и предложил их примерить.
– Наденьте их, не бойтесь. Они действительно чудесные. Эти ушки помогут вам обоим услышать то, что остается недосказанным, помогут вам научиться прислушиваться друг к другу.
Первой к необычному подарку протянула руку Ирина. Она смело примерила на себя волшебные ушки и засмеялась оттого, что они сразу начали щекотать ее. Затем примеру матери последовал и Глеб. Некоторое время родные люди смеялись, показывая друг на друга пальцем, до того они нелепо выглядели, шевеля в разные стороны своими новыми ушами.
– Ну, полно баловаться, дорогие мои, – прервал их веселье Дядюшка Уух и, вытерев рукавом, проступившие слезы от смеха продолжил: – Давайте вы сейчас попробуйте снова начать разговор.
Ирина сразу стала серьезной и, взяв в свою ладонь руку сына, сказала:
– Я очень тебя прошу не бросать музыкальную школу. Мы с тобой так часто ссоримся по этому поводу, что мне самой от этого очень тяжело. Ты столько лет посвятил музыке, что мне очень будет жаль всех тех усилий, которые мы приложили.
К своему изумлению, Глеб вдруг услышал не только те слова матери, которые она ему сейчас говорила, но и совсем другие.
– Я очень волнуюсь за тебя. Я переживаю о твоем будущем. Я тревожусь о тебе, – говорили тихонько негромкие слова матери.
Все это и хотела донести ему Ирина, но раньше эти простые истины просто не были ему так очевидны. Глеб почувствовал всю глубину материнской любви и заботы именно сейчас, в этом странном лесу, сидя на покрытом мхом пеньке. Он вдруг отчетливо осознал, почему его мама так настаивала на продолжении его занятий.
– Мам, не расстраивайся так сильно! Если это действительно так важно для тебя и папы, я, конечно, постараюсь и не брошу музыку, – он перевел дыханье и продолжил: – Я и сам все понимаю, просто мне так хотелось принимать уже самостоятельные решения и самому выбирать то, чем я хочу заниматься.
Смотря на своего сына и слушая его, Ирина четко ощутила то, о чем всегда говорили поступки ее ребенка. Почему он бунтовал и срывался на нее, перечил и обижался. Мать слышала своими новыми чудесными ушами то, что давно должна была уже принять в Глебе.
– Я вырос. Теперь я становлюсь самостоятельным и хочу принимать в своей жизни самое главное участие. Я хочу заниматься тем, что мне нравится, и это не потому, что я вас не люблю и не слушаю, а потому, что пришло время мне доверять. Я взрослею мама!
– Боже мой! – провела она рукой по волосам Глеба. – Почему я раньше воспринимала твои протесты как капризы, а ты просто стал уже взрослее и самостоятельнее? Мне и папе нужно будет многое пересмотреть, милый мой. Научиться заново строить взаимоотношения со своим подрастающим сыном.
Мать и сын еще очень долго сидели на пеньке, негромко рассказывая о чем-то своем друг другу. Они в первый раз общались между собой совершенно свободно и без каких-то недоговоренностей. С деревьев падали осенние листья, осыпая их золотым дождем. Дядюшка Уух не смел мешать этим дорогим минутам настоящей душевной близости. Он тихонько стоял в сторонке и одобрительно улыбался, глядя на своих гостей.
– Вам уже пора, – подошел через некоторое время он к Ирине и Глебу. – У вас еще будет много времени, чтобы научиться понимать друг друга. Я очень рад был с вами познакомиться. Гости в моем лесу всегда желанны.
– Не знаю, как благодарить вас за помощь! – обняла Ирина маленького дедушку. – Вы совершил настоящее волшебство для моей семьи. Теперь мы все будем стараться слышать друг друга и понимать, что у всех вещей есть разные стороны.
– А можно уши взять себе на память? – спросил Глеб Ууха.
– А они вам больше не понадобятся! – усмехнулся старичок. – Для того чтобы жить в согласии, нужно научиться слушать не ушами, а сердцем.
Стоя возле огромного дуба Жоры, мать и сын тепло попрощались со всеми, с кем успели познакомиться в этом лесу.
– До свиданья! – прокричали на прощанье Глебу и Ирине Дядюшка Уух, все зайчата и их заботливая мама. В ту же секунду мудрое дерево склонило свои вековые ветви над головами путешественников, они закружились в теплом осеннем ветерке и очутились у себя дома.
