Озорная улыбка тотчас же поникла на лице Никиты. Он так надеялся хоть чем-то удивить свою маму и может быть рассмешить ее. Она в последнее время была очень занятой и часто недовольной разными проделками сына. Никита любил свою маму и знал, что она его тоже любит, поэтому мальчик не хотел ее огорчать и расстраивать, но отпустить сокровище-жука тоже был не в силах. Они взяли свои походные рюкзаки и поспешили на поляну к отцу, который начал уже разбивать лагерь в одиночку.
– Я назову тебя Андрюшка, – тихонько прошептал мальчуган своему жуку. – Ты так похож на моего соседа дядю Андрея из второго подъезда, просто умора. Такие же смешные рыжие усы и лысина на голове. Я посажу тебя в коробочку и буду ухаживать за тобой. Не бойся меня, Андрюшка, теперь мы настоящие друзья!
Они молча дошли до залитой солнечным светом поляны и стали помогать папе раскладывать и устанавливать палатку. Вскоре вся работа была успешно проделана и семья смогла полюбоваться на свой временный ночлег в этом прекрасном лесу.
Никита был очень рад, что он в первый раз с семьей вот так запросто остается с ночевкой в лесу. Раньше его родители с собой не брали, считали его маленьким, но сейчас ему уже исполнилось восемь лет и он достаточно взрослый, чтобы разжигать костер, запекать картошку на углях и спать в палатке.
Понемногу приближался вечер и лес наполнялся разными чудными звуками и запахами. Мальчику все было ужасно интересно попробовать, послушать и проверить. Каждый звук природы наполнял Никиту каким-то необыкновенным трепетом, а все остальное дорисовывало живое воображение мальчугана. Сам того не замечая, он уходил все дальше от лагеря и удалялся в глубь ночного леса.
– Никита, все готово, иди кушать, – позвала Ирина сына. – Быстрее иди сюда.
В ответ никто не отозвался, и Ира решила, что это еще одна очередная глупая выходка Никиты.
– Ну, сколько можно ждать тебя? – прокричала она. – Останешься голодным до утра.
С чувством раздражения, которое стало привычным для нее, как только заходила речь о ее сыне, Ирина поднялась и заглянула в палатку. Там тоже никого не оказалось.
«Как мне надоело одно и то же, – с грустью подумала она. – Я так хочу спокойно отдохнуть, чтобы никто не мешал, а здесь повторяется, похоже, та же история, что и дома».
Ирина все чаще в последнее время была недовольна своим не в меру увлекающимся ребенком.
«Почему все дети как дети, – размышляла дальше она, – одному моему на месте не сидится. Соседи жалуются, что он сильно шумит, когда играет, и мешает им, в школе жалуются, что он постоянно витает в облаках и не слушает на уроках. Вот и сейчас, где этот мальчишка спрятался? Куда запропастился?»
Но сколько ни звала Никиту мать, сколько ни кричала, мальчик так и не появился.
Не на шутку испугавшись за ребенка, Ирина побежала к реке. Может, ее сын пошел к воде? Отец Никиты ушел на ночную рыбалку, и Ирина с колотящимся от страха сердцем одна искала Никиту. Она понимала, что лес ночью может быть очень опасен, тем более для мальчика восьми лет.
Запыхавшаяся и растрепанная от быстрого бега, она вернулась на поляну. К своему удивлению и огромному облегчению, Ирина увидела ребенка, мирно сидевшего возле костра. Мальчик опустил конец деревянной палки в огонь и ждал, пока она разгорится.
– Ты, ты меня до обморока доведешь! – резко сказала мама Никите. – Как ты мог уйти без спросу, сам в лес? Ты постоянно что-то вытворяешь и разочаровываешь меня! Я уже устала от твоих выходок. Живо иди спать.
Ирина подошла к сыну и отвела его в палатку.
Никита вздохнул и полез в спальный мешок. Почему его мама не понимает? Что он делает не так? Любит ли она его вообще? С этими невеселыми мыслями мальчик так и заснул.
Немного придя в себя от пережитого страха за сына, Ирина присела к костру и засмотрелась на его яркое и танцующее пламя. Многим из нас известно, что на горящее пламя огня и бушующие волны глаза человека могут смотреть не уставая. Вот и Ира смотрела на этот живой красный цветок и думала о своем.
Почувствовав чье-то приближение, Ира подняла глаза от огня и негромко спросила: «Кто здесь?»
– Не пугайтесь, – ответил приятный женский голос. – Разрешите посидеть немного с вами и отдохнуть у костра? Мои дети уже заснули, а мне не спится, вот я и решила прогуляться и, о чудо, набрела на вас.
К Ире приблизилась маленькая старушка с доброй улыбкой на лице. На голове у бабульки был венок из пахучих лесных цветов, а в руках она держала пучок каких-то диких трав. Может, этот странно-нарядный вид бабушки или ее добрая и располагающая к себе улыбка подействовали, но Ирине захотелось, чтобы она осталась.
– Позвольте мне расположиться здесь, рядом с вами, – произнесла необычная старушка. – Я, знаете ли, нечасто вот так, без приглашения, заглядываю на огонек.
– Оставайтесь, конечно, – негромко ответила Ира. – Я все равно здесь одна сижу, а вместе оно как-то веселее будет.
Старушка проворно присела к костру и блаженно улыбнулась. Внимательно рассмотрев свою собеседницу, бабушка взяла неподалеку лежащие ветки и подбросила в огонь.
– Нельзя дать ему догореть, – задумчиво произнесла она. – Еще не пришло его время угаснуть. А вот что-то очень важное может угаснуть прямо на моих глазах.
– О чем вы толкуете? – не поняла Ирина. – Что может угаснуть?
– Ох, дитя мое, слишком долго я живу на этом свете и знаю то, что другим не дано знать. Вот мы с тобой только что познакомились, но твоя печаль мне видна даже при свете от огня.
Бабулька бросила в костер букет своей лесной травы, и пламя в костре запылало ярче. Ирина, к своему изумлению, заметила, что вовсе не так и стара была эта странная бабушка. Да и вовсе это была не бабушка, а приятная женщина лет сорока.
– А вы сначала мне показались значительно старше, – честно призналась незнакомке Ирина. – Я только сейчас вас смогла хорошо рассмотреть.
– Многие видят то, что им хочется видеть, – с пониманием ответила женщина. – Истинный свет нелегко увидеть, имея только глаза. Смотреть нужно через сердце и душу.
Случайная собеседница неожиданно повернулась и долгим, проницательным взглядом посмотрела на Ирину. От этого взгляда Ира почувствовала какой-то легкий трепет в своей душе, тепло и нежность стали заполнять все уголки ее существа.
– Ну, хорошая моя, поделишься своими печалями со мной? – спросила собеседница. – Ты знаешь, что, когда человек говорит о своих горестях с другими, их становится гораздо меньше, потому что он ими делится.
– Я даже не знаю, что вам сказать, – тихо ответила Ира. – Столько всего, что словами и не передашь.
– А словами и не нужно ничего говорить, дитя мое. Рассказать можно все и без слов.
Она протянула свою руку девушке и посмотрела на нее ласковым взглядом. Ирина, словно по волшебству, протянула ей свою. Как только их ладони соприкоснулись, произошло то, что многие называют в старинных сказках «диво дивное». Вся жизнь Ирины пронеслась перед ее глазами, все то, что она когда-либо переживала и о чем мечтала, отразилось в ее глазах. Ира смогла рассмотреть и моменты радости и минуты печали, о которых она просто забыла в суете своих дней. Одни события ее жизни сменяли другие, и все эти картинки, как в книге, перелистывались в ее памяти. Ирине вдруг удалось в мельчайших деталях увидеть то, что тяжким грузом лежало на ее сердце, – своего сына. Она его любила, но почему не могла его принять? Слезы отчаяния капали из глаз матери. Что с ней не так? Почему ее долгожданный ребенок вызывает в ней столько разочарования и печали.
– Еще не пришло время угасать нашему костру, помнишь, – услышала знакомый голос Ира. – Твое сердце заковано в стальные обручи сомнений и страхов. Оно несвободно в своем выборе, поэтому и болит. Вспомни себя совсем маленькой, такой, какой сейчас твой сын. Что ты видишь?
Ирина вдруг увидела картинку из своего детства, где ее мама ругает за то, что она не слушает ее, потому что засмотрелась на радугу после дождя. А вот увидела девушка и осуждающий взгляд ее отца, потому что вместо нудных уроков по математике Ира сбегала в городской парк и рисовала там свои первые интересные работы. Воспоминания показали ей частые упреки своих родителей и недовольство ею, потому что она была не похожа на других детей, потому что она была особенная, легкая, неповторимая.
– Видишь, хорошая моя, все это ты, – с добротой сказала милая собеседница. – Для того чтобы не разочаровывать своих родителей и быть такой же, как остальные, ты сковала свое сердце стальными и холодными обручами. Заморозив свое творческое начало, ты пыталась стать такой же, как все, и в своем сыне ты видишь часть самой себя. Я нечасто прихожу без приглашения, но, когда моим детям нужна помощь, я могу прийти просто так.
– Кто же ты? И почему же я чувствую, что знаю тебя? – произнесла Ира. – Этого ведь не может быть, правда?
Женщина засмеялась приятным, мелодичным смехом и, сняв венок из лесных цветов со своей головы, надела его на Ирину.
