Читаем без скачивания Голый король шоу-бизнеса - Марина Серова

Несмотря на кучу нестыковок этой версии, никак, ну никак не просматривалась у меня другая реальная кандидатура на роль убийцы Карпинского, кроме Портнова и Боброва. И это несмотря на то, что столько людей имели основания ненавидеть Карпинского! Ненавидеть – еще не значит пойти и убить, да еще таким способом.

В конце концов я поняла, что мне нужно остаться одной – во-первых, отдохнуть и выспаться после всех московских приключений, во-вторых, обдумать все самым тщательнейшим образом. Да и с Морозовым не мешало бы связаться и собщить о своем приезде.

– Что ж, у меня больше нет к вам вопросов, – сказала я Гольдбергу и Марине и поднялась.

– Вы собираетесь сдать меня Папе Мите? – посмотрел на меня Гольдберг.

– А что мне остается делать? – пожала я плечами. – Я не хочу, чтобы он потом заставил меня отрабатывать свой гонорар каким-то другим способом.

Марина и Гольдберг помолчали.

– Я все-таки прошу вас немного подождать, – неуверенно попросил Анатолий. – Пусть все немного утрясется.

– Каким образом? – усмехнулась я. – Само собой?

Гольдберг молчал.

– Ничего не утрясется, пока не будет найден убийца Вячеслава, а также ваши деньги.

– Но я не могу сейчас показываться! – горячо гнул свою линию Гольдберг. – Милиция меня сразу же подхватит и обвинит в Славкином убийстве! – воскликнул он. – У них же, как я понял, нет больше никого на роль козла отпущения. А мне эту роль совсем не хочется играть.

– Я понимаю, – кивнула я. – Именно поэтому и нужно поскорее выяснить, кто настоящий главный злодей. Я полагаю, что мотивом для убийства послужили деньги. В связи с этим скажите, каким капиталом вы располагали? Только прошу вас, отвечайте честно, это вам же на руку.

По словам Гольдберга, выходило, что весь денежный капитал продюсерского дуэта составлял примерно четыреста тысяч долларов. Но куда конкретно мог вложить их Карпинский, Анатолий не знал.

– Я же говорил вам, я не финансист...

– А творческий человек, – перебила я его. – Это я уже слышала. Значит, так, дорогие мальчики-девочки, слушайте меня внимательно. Сидите пока оба тихо и не высовывайтесь. И не вздумайте никому, абсолютно никому рассказывать о нашей с вами беседе. Дайте мне слово, что все будет именно так.

Карпинская и Гольдберг переглянулись, потом дружно кивнули и пообещали быть паиньками.

– Вот и славно, – улыбнулась я. – Потому что, если вы нарушите данное слово, я тут же набираю номер Папы Мити, а вы, кажется, уже успели уяснить, что обманывать этого человека небезопасно. Так что желаю вам всего хорошего и до встречи.

С этими словами я направилась к двери. Марина и Гольдберг остались в домике.

По дороге в Тарасов я размышляла. Размышляла над тем, кто присвоил деньги Карпинского и Гольдберга и кому была выгодна смерть первого. В конце концов у меня выстроилась довольно стройная версия, но для ее подтверждения мне нужна была помощь милого и доброго Гарика Папазяна. Визит в родной дом, душ, сон и отдых пришлось все-таки отложить на потом. Тем более что время для визита в РОВД было самое подходящее: совсем недавно начался рабочий день и Гарик должен был быть на месте.

Я решила не звонить ему, а нагрянуть прямо в РОВД как снег на голову. Если сразу огорошить Гарика, не дать ему опомниться, да еще и наобещать с три короба, то он, скорее всего, сделает все, о чем я его попрошу. Я надеялась на свою интуицию и женское обаяние, перед которым таял Папазян.

Но сначала я позвонила Морозову.

– Господи, Татьяна! Ну наконец-то вы появились! Я уже просто не знал, что и думать, я звонил вам не пересчитать, сколько раз, но ваш телефон молчал, как мертвый! Куда вы пропали? – засыпал меня вопросами руководитель фольклорного ансамбля.

– Слава богу, что вообще живая вернулась, – сказала я. – А то бы мой телефон так и остался навсегда мертвым.

Андрей резко замолчал, видимо, пораженный таким моим откровением.

– Кошмар какой! – наконец произнес он. – Но что могло с вами случиться?

– Вы даже не представляете, сколько всего «такого» может случиться с частным детективом, – невесело усмехнулась я. – Но расслабьтесь, сейчас бояться нечего. Более того, могу вам сказать, что расследование мое будет закончено не сегодня завтра. И думаю, вы сможете получить свои деньги. Так что, если мой телефон не отвечает, не пугайтесь и не думайте, что я про вас забыла. Просто я работаю. Когда все станет ясно окончательно, я сама вам позвоню. Договорились?

– Но мне бы все-таки хотелось узнать подробности, – не успокаивался Морозов. – Вы сказали такие ужасные вещи, что я беспокоюсь, и...

– Не беспокойтесь, – остановила я его. – Все будет нормально. До свидания.

На этом я отключила связь и отправилась в РОВД. Дорога заняла совсем немного времени, однако я успела продумать тактику беседы с Папазяном.

В кабинет я вошла без стука. Гарик сидел за своим столом и рассеянно крутил в руках авторучку. При моем появлении в его глазах появилось удивление и в то же время явная радость.

– Привет хранителям покоя российских граждан, – приветствовала я его, проходя в кабинет и усаживаясь напротив. – Трудимся в поте лица?

– Ты откуда? – спросил Папазян.

– Можно сказать, прямо из столицы нашей Родины, – сообщила я.

– Что, ездила в Москву? А зачем? И как успехи?

– Успехи определенно есть, – уверенно сказала я. – Скоро я точно буду знать, кто убил Карпинского. Только... – я чуть помолчала. – Мне нужна от тебя информация.

И я скромным и ласковым взглядом заглянула прямо в карие очи Гарика.

– Ка... Какая еще информация? Какой убийца?! – взорвался Папазян. – Я тебе уже предоставил всю информацию, что ты все никак не успокоишься, что ты все лезешь и лезешь? Никакого убийства не было, понимаешь? Это было са-мо-у-бий-ство! – по слогам проорал он. – Понимаешь? Это дело уже практически закрыто, чего тебе неймется?

– Я точно знаю, что это убийство, – твердо сказала я. – Ты просто себе представить не можешь, как далеко я продвинулась в расследовании...

– Я тебе больше скажу, – перебил меня Папазян, – я даже знать этого не хочу! Не имею ни малейшего желания выяснить, что ты там нарасследовала! Ты и так мне лапши навешала, использовала, как мальчика, да просто развела, как ребенка, а потом в кусты! И теперь хочешь того же самого! Хватит с меня! И с тебя! Хватит! – И он яростно швырнул ручку. Ручка пролетела над моей головой и ударилась о противоположную стену.

– Какой у тебя бурный темперамент, Гарик, – ничуть не смущаясь, проговорила я. – Очень ценю это в мужчинах.

– Оно и видно, – огрызнулся Папазян, однако я видела, что он уже остывает.

– Гарик, выслушай меня, пожалуйста, спокойно, – мягко сказала я. – Мне действительно осталось совсем немного, чтобы завершить это дело. И мне нужна просто информация, ну совсем крошечная. Тебе ее добыть – раз плюнуть! Всем же известны твои связи и умение разговаривать с людьми, – льстила я Папазяну.

Тот сидел нахохлившись, с обиженным видом, но все же спросил:

– Что за информация?

– По учредителям «Каскада».

– Какого еще «Каскада»? – поморщился Гарик.

– Ночного клуба «Каскад», – пояснила я. – Он находится на улице Вольской, двадцать четыре. Тебе нужно просто связаться с людьми из налоговой, они посмотрят в своей базе – и все!

– И все! – тонким голосом передразнил меня Папазян. – А вот ни фига не все! Допустим – я говорю: допустим, – подчеркнул он, – что я действительно это сделаю. Что мне взамен за это? – И он вопросительно уставился на меня.

– Значит, объясняю, – с расстановкой заговорила я. – Во-первых, убийца. А следовательно, раскрытое дело. Во-вторых, повышение по службе, почести, премии, погоны и другие приятные моменты. Ну и в-третьих... – я хитро прищурилась. – Я готова пойти с тобой в сауну попить пивка.

Последнее мое замечание показало, что оно интересует Папазяна гораздо больше всего того, что я перечислила вначале.

– В сауну, говоришь? – прищурился опер. – А не обманешь?

– Гарик! – с укором посмотрела я на него. – Ну когда я тебя обманывала?

– Да уж! – возмущенно подпрыгнул на стуле Папазян, после чего откинулся на спинку стула, барабаня пальцами по столу.

Я терпеливо ждала.

– Мне нужны гарантии, – наконец выдал опер.

– Гарик, ну какие тебе нужны гарантии, кроме моего слова? – развела я руками. – Что мне, расписку тебе написать?

– Да толку-то от твоей расписки! – отмахнулся Папазян.

– Тем более, – подхватила я. – Тебе нужно лишь положиться на мое слово. Я, Гарик, в Москве в такую передрягу попала, что мне самой до смерти хочется все закончить и расслабиться. Так что сауна – очень даже подходящий вариант.

Папазян на некоторое время задумался.

– Ну хорошо, допустим, – уже серьезнее сказал он. – А ты уверена, что это все не окажется мышиной возней? Это я к тому, что вдруг это все-таки самоубийство?