Думаете, слишком стараюсь? — усмехнувшись, спрашивает герцог, проводя рукой по свои отросшим черным волосам.
Я на мгновение зависаю, но быстро отгоняю нелепые мысли.
— Не знаю, — тихо говорю я, стараясь не смотреть в его сторону.
Кларенс тяжело вздыхает, садится на бортик фонтана и поднимает голову вверх, глядя на чистое утреннее небо.
— Я уже говорил, что эта роль была уготована моему брату. Меня никогда не учили, как быть герцогом. В нашей семье все переходит старшему сыну, остальные лишаются всего, даже фамилии.
Скрыть своего удивления мне не удается. Звучит жестоко.
— Не смотрите на меня так, — усмехается он. — Я уехал из дома, когда мне исполнилось шестнадцать, думая, что никогда туда не вернусь, но все сложилось иначе. Мой брат погиб, отец не выдержал его утраты и ушел вслед за ним, и бремя, уготованное другому, вдруг перепало на меня.
Возможно, другой на его месте был бы рад сложившейся ситуации, но по его выражению лица, мне кажется, он действительно не желал этой участи. Он был доволен тем, что имел. Свободу.
— Мой прадед был единственным, кто нарушил эту традицию и даровал своему младшему сыну и фамилию, и титул, — продолжает он. — Тот был талантливым воином и заслужил это, в отличие от его потомков, — с нескрываемым ехидством чуть тише добавляет Кларенс.
Не могу не согласиться с этим. Морис не лучший кандидат на роль графа, особенно с такой громкой древней фамилией.
— Ваш предок даровал ему титул, значит, вы можете отнять его? — не подумав, высказываюсь я.
Кларенс удивленно выгибает бровь, я уже хочу придумать нелепое оправдание, но его смех заставляет меня передумать.
— А вы злопамятны, Сетти.
Нечасто он называет меня просто по имени.
— Я не то имела в виду, — бормочу я, краснея от собственной глупости.
— Не переживайте, этот разговор останется только между нами, — заверяет он меня с широкой улыбкой, — но я подумаю над этим. Может, и подвернется случай лишить графа титула, — вполне серьезно говорит герцог.
— Он без вашего ведома отдал усадьбу мне, — в шутку напоминаю я.
— Верно, и я еще не успел отчитать его за это, — ухмыляется Кларенс, — но, не поступи он так, мы бы с вами не встретились.
Снова. Снова он играется со мной, заставляет мое сердце трепетать от его слов.
Отбоя от девушек у него точно нет, а учитывая его титул и величину владений, его порог точно отбивают все благородные незамужние красавицы империи. Даже любопытно, кому так повезёт стать его избранницей.
От этих мыслей в груди неприятно щемит, но не думать об этом я уже не могу.
Моя рука невольно касается запястья, на котором красуется уродливый шрам, словно клеймо напоминающей о прошлом. Мне-то точно уже никогда не стать чьей-либо женой, особенно его.
Глава 36
Почему я вообще подумала о браке с герцогом? Какая глупость!
— Ничего бы не изменилось, — невозмутимо отвечаю я. — Вы бы просто нашли кого-нибудь, кто смог бы присмотреть за усадьбой.
Кларенс бросает на меня мрачный, недовольный взгляд.
Продолжать этот разговор у меня нет желания, поэтому, пока герцог не успел высказаться, я пытаюсь найти новую нить для разговора, и мысль приходит довольно внезапно, когда мой взгляд останавливается на статуе фонтана.
— Лорд Флойс, позволите спросить кое-что?
— Спрашивайте, — сухо отвечает он.
— Помните, в библиотеке мы разговаривали о символах, которые вы не видите?
Он кивает.
— Признаться честно, тогда я решила, что вы смеетесь надо мной, но позже убедилась, что действительно никто не видит их, кроме меня. Однако, я считаю, что это вовсе не потому, что дом признал меня своей хозяйкой.
— У вас есть какие-то мысли по этому поводу? — Хитро смотрит на меня он.
— На самом деле на дне фонтана тоже есть похожие символы, вы их тоже не видите? — спрашиваю я.
Герцог удивляется моему заявлению, но оборачивается, пытаясь разглядеть через водную гладь хоть что-то.
— Ничего нет, — задумчиво говорит он. — Что вы видите?
— А вы, правда, верите, что я что-то вижу? — с недоверием смотрю на него.
— Верю, — тихим, но серьезным тоном заверяет он меня.
Не увидев в его глазах намека на насмешку, я тоже сажусь на бортик фонтана, чуть поодаль от него, и поднимаю голову к небу. Мне давно хотелось поговорить с ним об этом, но теперь я не знаю, как начать.
— Не так давно, я нарисовала на одном из горшков символ, очень похожий на те, что вижу. На самом деле я просто вспомнила его. Такие были на горшках в нашем доме, кажется, их рисовала моя мать, — все также глядя в небо, говорю я.
Посмотреть на Кларенса я не решаюсь, но знаю, сейчас его лицо изображает изумление. Продолжать разговор я тоже не спешу, надеясь, услышать его реакцию.
— Вы знаете, что значит этот символ? — спустя несколько минут спрашивает он.
— Нет, — тихо отвечаю я. — Это просто мое воспоминание.
— А ваша мать…
— Она умерла, я ее не знала, — спешу ответить на его незаданный вопрос.
— К чему вы рассказали об этом?
— Моя мать точно не была связана с родом Флойс, поэтому я думаю, что эти символы видны мне не потому, что я хозяйка дома, это нечто другое. — Пытливо смотрю на Кларенса.
По его лицу сложно сказать, о чем он думает, но он не отводит от меня глаз.
— Кажется, вы хотите что-то услышать от меня? — хмурится герцог.
— Не уверена, что именно хочу услышать от вас, но, мне кажется, что вы знаете об этом куда больше, чем говорите. — Продолжаю прожигать его взглядом, при этом сама едва не растворяясь в его аметистовых глазах.
Его черная бровь едва заметно дергается после моих слов, но у него отлично получается скрывать эмоции за маской.
— Почему вы так решили? — усмехается он.
— Просто… интуиция.
— Интуиция, значит? — Хитро смотрит он на меня, и я увожу взгляд. — А мне кажется, есть что-то еще?
Его проницательность немного пугает.
— Когда мы заговорили о символах впервые, вы попросили написать их на бумаге. Сначала я подумала, что вы желаете увидеть их, но теперь думаю, что вы что-то проверяли.
—
