еще видит во мне благородную леди, которой не подобает подобное поведение.
Люций смеется, когда волны нагоняют нас, и желает сам прикоснуться к ним, но я все же не решаюсь опустить его на песок, из-за чего он начинает капризничать.
— Ладно, но только осторожно, — сдаюсь я и наклоняюсь к воде, моча подол своего наряда.
Ребенок начинает визжать от радости, когда ему все же удается коснуться морской воды, и в этот момент не имеет значения ни мокрый подол, ни недовольство Эффи, ничего, кроме его счастья.
— Сетти? — Внезапно слышу за спиной до боли знакомый голос, из-за чего едва удерживаю ребенка на руках.
Медленно поднимаюсь на ноги, невольно поправляя волосы и подол платья. Люций прекращает смеяться, чувствуя мое волнение.
Я так ждала этой встречи, но теперь отчего-то обернуться стало страшно.
— Сетти, это же ты? — повторяет он.
Прижимаю сына к себе, а по щеке катится слеза.
Я нерешительно оборачиваюсь, встречаясь с ярко-зелеными глазами, озорной улыбкой и такими же, как и шесть лет назад, непослушными волосами, но теперь его плечи стали шире, да и сам он стал чуть выше. Он выглядит куда взрослее и мужественнее, чем я запомнила.
— Элдон, — на выдохе шепчу я, улыбаясь сквозь слезы, и все еще не могу поверить, что это все наяву.
Он тоже широко улыбается, увидев мое лицо.
— Да, сестренка, это я. — Элдон расставляет руки, приглашая в его объятия, и я не отказываю ему в этом.
Глава 31
Волны достигают моих ног, но я не замечаю этого, лишь тепло родного тела и крепкие объятия. Даже ощущая их, я не верю, что это не сон.
Сколько проходит времени, не знаю, может, пару минут, а может, и больше. Только когда Люций начинает ерзать между нами, я прихожу в себя.
Отстранившись, мы еще некоторое время изучаем друг друга взглядом. Прошло слишком много времени с того момента, как мы виделись в последний раз. И за это время произошло слишком много.
— Ты стала такой взрослой, Сетти, — с улыбкой произносит брат.
— Мне было пятнадцать, когда мы виделись в последний раз.
Он виновато вздыхает.
— А это кто? — Будто только сейчас замечает Люция.
Мои щеки покрываются легким румянцем.
— Его зовут Люций, он мой сын.
— Твой сын? — Зеленые глаза Элдона округляются.
Примерно такой реакции я и ожидала.
— Но… Как? Я слышал, что граф Флойс разорвал ваш брак как раз таки по причине того, что ты не способна родить ему сына, — добавляет брат, как всегда, не задумываясь о словах.
— Как видишь, он ошибся, — грубо отзываюсь я.
Он понимает, что сказал не подумав.
— Лучше даже не начинай спрашивать о том, кто его отец, — увидев его вопрос во взгляде, предупреждаю я. — Я была верна своему мужу, в отличие от него.
Рот Элдона закрывается, но через мгновение вновь готов изречь свое любопытство:
— Граф не знает о сыне?
— Нет, и, надеюсь, никогда не узнает.
— Мне жаль, Сетти, что все так вышло. — Он мягко кладет руку мне на плечо.
Мой внезапный гнев отступает.
— Пойдем в дом, — тихо говорю я, и брат соглашается.
Идем мы молча, но я спиной чувствую, что Элдон сдерживается, чтобы вновь не ляпнуть лишнего.
— Госпожа, вы вернулись, я… — На пороге нас встречает Эффи, но тут же замолкает, когда видит брата за спиной. — Молодой господин, как вы тут оказались?
— Эффи, возьми Люция, нам с братом нужно поговорить, — строго говорю я, вручая ей сына.
Она бросает на меня вопросительные взгляды, но покорно подчиняется, забирая ребенка.
— Принести вам чаю? — уточняет она.
— Будь любезна, — натягиваю улыбку, а она продолжает глазеть на Элдона.
— Идем сюда, — приглашаю его в кабинет, чтобы поскорее скрыться от посторонних глаз.
Брат с интересом осматривается, прежде чем занять предложенное ему кресло.
— Что привело тебя сюда? — холодно спрашиваю я, когда он, наконец, перестает маячить по небольшой комнатке.
— Ты же сама в письме написала, что желаешь видеть меня. — Озорная улыбка вновь освещает его лицо.
— Элдон, прошел почти год с того момента, как я отправила письмо.
Улыбка исчезает с его лица.
— Прости, ты права, мне стоило раньше приехать, или хотя бы написать тебе, — вздыхает он, — но я всего пару месяцев назад вернулся из очередной поездки, и ты же знаешь отца. Если бы я не надавил, он бы так и не отдал твое письмо, и я бы не узнал, где ты.
— Удивительно, что он его не сжег, — фыркаю себе под нос.
— Ты все еще зла на него?
— Нет, — резко отвечаю я. — Мне не за что на него злиться. Он желал благополучия мне, точнее, нашей семье. Это я не смогла оправдать возложенных на меня ожиданий.
— Не говори так.
— Это же правда, — усмехаюсь я. — Тебя не было на моей свадьбе. И за два года ты ни разу не навестил меня в поместье Флойс.
— Прости, я ужасный брат, — виновато улыбается Элдон.
— Чего уж, — отмахиваюсь я, — лучше скажи, зачем ты приехал? Зная тебя, не поверю, что совесть замучила, и ты решил навестить свою сестренку в такой глуши.
— Сетти, — с обидой произносит он, — слишком уж хорошо ты меня знаешь.
— Так, что тебя привело сюда?
— Понимаешь… — Он встает с кресла, подходит к окну, глядя за горизонт. Он совсем не спешит рассказывать мне все. — …в нашей семье и ты, и Аннет вышли замуж, она, кстати, тоже недавно родила дочь. Да и Элизабет, оказывается, давно замужем.
— Что? — Эта новость удивляет меня.
— Да-да, там длинная история, — смеется Элдон. — Наша старшая сестренка вышла замуж за ректора академии, куда и устроилась работать, не сказав об этом никому. Отец был зол, но в итоге смирился с ее выбором, ведь ее избранник из очень влиятельного рода.
— Никогда бы не подумала, что Элизабет, такая правильная и невозмутимая, решится на нечто подобное.
— Вот и я так подумал.
— Но мы отошли от темы. Как это все связано с твоим приездом сюда? — Хмуро смотрю на брата.
Он одаривает меня
