class="p1">СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ДИНАМИКА ИДЕОЛОГИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ
СЕНТЯБРЬ 2010
ПОДДЕРЖКА ЕВРОИНТЕГРАЦИИ
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ДИНАМИКА ИДЕОЛОГИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ
СЕНТЯБРЬ 2010
ПОДДЕРЖКА ПРОДЛЕНИЯ БАЗИРОВАНИЯ ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА РФ В СЕВАСТОПОЛЕ
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ДИНАМИКА ИДЕОЛОГИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ
СЕНТЯБРЬ 2010
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ДИНАМИКА ИДЕОЛОГИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ
СЕНТЯБРЬ 2010
Протестный потенциал общества
Не менее важным показателем является протестный потенциал общества. Особенно в случае с республикой, которая уже пережила один уличный госпереворот.
Нормализованное общество постУкраины разберем на материале исследования 2010 года «Протестные настроения граждан Украины по некоторым идеологическим маркерам».
Социологи «Рейтинга» предлагают интересный метод исследования протестного потенциала. Они определили отношение к пяти политизированным темам Украины с точки зрения их активной поддержки или неприятия:
• присвоить русскому языку статус государственного;
• разрешить местным советам самим выбирать языки образования и делопроизводства;
• отменить указ президента Ющенко о присвоении Степану Бандере звания «Герой Украины»;
• оставить Черноморский флот России после 2017 года;
• создать газовый консорциум России, Евросоюза и Украины.
Исследование показало, что в случае установления языкового равноправия 18 % граждан готовы протестовать. Причем радикально настроены лишь 5,7 %. Одновременно поддержать решение о статусе русского языка готовы около 15 %, из которых радикально настроены 2,2 %.
Если Бaндеру дегероизируют или продлят пребывание Черноморского флота РФ, то около 15 % готовы на протест. Из них чуть более 4 % — ядро.
Во всех случаях более 60 % аполитичны и не видят повода для протестов или поддержки.
Большинство (57 %) жителей Украины ожидали, что Виктор Янукович выполнит обязательства по статусу русского языка. Около 50 % предполагали, что местным органам власти разрешат определять языковой статус.
Интересно проявляется протестный потенциал по вопросу Степана Бандеры. На Западе, если его лишат звания героя, готовы протестовать всего 34 %, из которых 10 % — активно. Еще в 2010 году «бандеровцев» в Центре и на Севере было до 5 6 %, на Юге и Востоке — не более 3 %, а на Донбассе — менее погрешности.
Выводы и прогнозы
Общество нормализованной Украины было на 60 % далеко от политики. Граждане жили в своей, преимущественно региональной и семейной действительности. Общество, напуганное радикализацией «оранжевой» пятилетки, ожидало, что власть снимет основные политические противоречия. В то же время фиксируется протестное политизированное меньшинство — 15–20 % на каждом полюсе.
Факты: протестный потенциал
ОЖИДАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО В. ЯНУКОВИЧ ИСПОЛНИТ СВОЕ ОБЕЩАНИЕ О ПРИДАНИИ РУССКОМУ ЯЗЫКУ СТАТУСА ВТОРОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО, И ЕСЛИ ДА, ТО КОГДА?
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ПРОТЕСТНЫЕ НАСТРОЕНИЯ ГРАЖДАН УКРАИНЫ ПО ОТДЕЛЬНЫМ ИДЕОЛОГИЧЕСКИМ МАРКЕРАМ | МАРТ 2010
ВОПРОС СТАТУСА РУССКОГО ЯЗЫКА: ПОДДЕРЖКА И ПРОТЕСТЫ
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ПРОТЕСТНЫЕ НАСТРОЕНИЯ ГРАЖДАН УКРАИНЫ ПО ОТДЕЛЬНЫМ ИДЕОЛОГИЧЕСКИМ МАРКЕРАМ | МАРТ 2010
ВОПРОС ПРОДЛЕНИЯ БАЗИРОВАНИЯ ЧФ РФ В УКРАИНЕ: ПОДДЕРЖКА И ПРОТЕСТЫ
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА «РЕЙТИНГ» | ПРОТЕСТНЫЕ НАСТРОЕНИЯ ГРАЖДАН УКРАИНЫ ПО ОТДЕЛЬНЫМ ИДЕОЛОГИЧЕСКИМ МАРКЕРАМ | МАРТ 2010
Зеркало СНГ
Не менее важно анализировать общество в сравнении с другими осколками СССР. Оно меняется эволюционно, и расхождения проявляются в течение десятилетия. Советское общество начало меняться еще и потому, что жители национальных республик оказались на небольшом пространстве. В России это не так остро чувствовалось — страна уменьшилась, но большая часть осталась на месте. Жители остальных республик, кроме РФ, попали в противоположную ситуацию — отвалилась большая часть страны, и они остались в маленьком закутке.
В некоторых республиках наблюдался всплеск национализма — там освобождение от большой и единой страны утверждается как благо.
На Украине 1990-е годы прошли в обстановке идеологической шизофрении. Общество всеми силами пытались убедить, что «незалежность» не исторический крах великой страны, а истинное благо, ради которого 52 млн человек должны терпеть хаос в политике и беспредел в экономике. В «нулевые» наблюдался восстановительный экономический рост, что привело к общественному компромиссу вокруг «незалежности». Отрезвление принес Майдан-2004, в ходе которого общество раскололось, посмотрев на себя в зеркало: игнорировать разницу было невозможно.
Практически в каждой республике СНГ есть часть общества, ностальгирующая по СССР либо желающая увидеть СССР 2.0. Социологи выявляют такое меньшинство даже в Прибалтике, уже не говоря о Западной Украине. По своему профессиональному опыту могу сказать: чем больше эта группа, тем хуже обстоят дела с собственной государственностью. Идеализация ближайшего прошлого свойственна обществам с неустойчивым настоящим и пугающим будущим. В обществе нормализованной Украины это чувствовалось.
Разберем эту ситуацию на примере исследования «Интеграционные настроения жителей России, Белоруссии, Украины, Казахстана, Армении и Киргизии» от 2007 года, которое провел российский ВЦИОМ вместе с некоммерческим партнерством «Международное исследовательское агентство "Евразийский монитор"».
Гражданам задали вопрос: «В какой стране вы хотели бы жить?»
Показательно доминировало желание граждан Украины жить в «объединенном союзе России, Украины, Белоруссии и Казахстана» — 33 %. В самой России таковых всего 18 %, в Белоруссии -25 %, в Казахстане — 21 %. Желание жить в таком союзе играет ведущую роль у жителей Киргизии — 39 %, хотя название республики не фигурировало в вопросе. В двух последних республиках чуть менее популярны иные союзы. В СССР хотели бы попасть 23 % респондентов из Киргизии и 12 % — с Украины. За Европейский союз на Украине выступают 22 %, в Киргизии —11 %.
Что объединяло жителей Украины и Киргизии в 2007 году, раз они идеализировали такой гипотетический союз? Ответ кроется в анализе состояния общества, в котором находились тогда республики. Киев и Бишкек пережили свои Майданы — «оранжевый» (2004) и «тюльпановый» (2005) соответственно. За пару лет общество увидело, каких проходимцев, бездарей и откровенные ОПГ вынесла на поверхность волна госпереворо-та. В Киргизии все происходило намного круче, чем на Украине. Президент Бакиев начал строить криминально-клановую вертикаль, похожую на ту, что позднее построил на Украине Янукович. Но в Киргизии ситуацию дополняли восточный колорит и горные условия. Если сложить желающих присоединить свою республику хотя бы к какому-нибудь союзу, то на Украине таковых будет 33 % + 22 % + + 12 % = 67 %,ав Киргизии — 39 % +23 % + + 11 % = 73 %.
Итак, мы видим, что уже к 2007 году две трети общества на Украине и в Киргизии так или иначе понимало, что национальный путь завел республики в тупик и что только союзные формы государственности
