Почему же? - удивился Колесов. - Если запись фальшивая, он скажет нам об этом.
Виктория бросилась к Маркову:
- Я требую, я прошу…
Петр ожидал, что следователь распорядится все прекратить, но, на его удивление, Марков пристально посмотрел на Епифанцеву, будто увидев то, что не видел раньше, и вытолкнул женщину из кабинета. Для Вики это было настолько неожиданно, что она не успела ничего сказать Анисимову, столкнувшемуся с ней в дверях. Широко улыбаясь, Денис уселся на стул без приглашения и обратился к адвокату:
- Вы новый следователь?
Петр покачал головой:
- Не совсем так. - Он щелкнул мышкой, и Анисимов, послушав полминуты, опустил голову и съежился.
- Это не был шантажист, - ласково сказал Колесов. - Это был мой помощник. Он сунул вам «жучок», и теперь мы знаем все. Ваша сообщница все свалила на вас, но мы готовы выслушать вашу версию.
Денис вдруг закрыл лицо руками и зарыдал:
- Это она все придумала. Я знал ее очень давно, но она не соглашалась выйти за меня, потому что не было денег. Потом она встретила Лео, вышла за него замуж и сразу решила отобрать его бизнес, но это было невозможно. И тогда Вика познакомила меня со своей подругой, отец которой оставил хорошее наследство.
- Вы не случайно выбрали пустынные дачи? - спросил Марков, решив взять все в свои руки. Денис кивнул:
- Да, да. Мы заплатили егерю и купили документы для охоты. А потом дали ему деньги для лжесвидетельства. Я не хотел, чтобы все так получилось. Это все она.
Анатолий придвинул к нему чистый лист бумаги:
- Пишите. - Он повернулся к адвокату. - Я не задержал эту дамочку. Она может сбежать.
- Не сбежит, - заверил его Петр. - Я дал распоряжение от вашего имени. Дежурный должен не выпускать ее под любым предлогом.
Они вышли в коридор, предоставив Дениса самому себе. Марков вдруг протянул руку:
- Спасибо тебе.
Колесов пожал ее, но как-то не очень охотно.
- Странно, что вы, опытный следователь, поверили в такую чушь. Обвинение шито белыми нитками.
- Когда нет подозреваемых, хватаешься за соломинку, - усмехнулся Анатолий, но как-то невесело.
- Отпустите Майю сегодня. - Молодой адвокат даже не просил - требовал. Анатолий сразу сдался:
- Ладно, пойдем. Сейчас прикажу ее выпустить.
Глава 16
Приморск, наши дни
Петр ожидал Майю у выхода. Когда появилась она, усталая, измученная, с черными кругами под глазами, он подбежал к ней и взял за руку:
- Я могу вас подвезти.
Майя покачала головой:
- Не нужно. Я еще не решила, куда пойду. Мне не хочется домой.
- Там вас ждут марки, - улыбнулся Колесов. - Денис ничего не успел продать: я позаботился.
Женщина с чувством пожала его руку своими прохладными ладонями:
- Большое вам спасибо. Приходите ко мне в гости вместе со своим другом Алексеем. Вы много про него рассказывали.
- Приду, - пообещал он. - Ну что ж, желаю вам всего хорошего. И все-таки сейчас идите домой. Вам нужно принять душ и выспаться. А я побегу по делам… У меня их накопилось много.
Майя еще раз поблагодарила его и направилась к остановке маршруток. Сделав несколько шагов, вдохнув летний воздух, напоенный запахами цветущих лип, она неожиданно для себя подумала, что свободна, что избавилась от негодяя, с которым жила больше года, и что теперь ее жизнь обязательно наладится. От радостных мыслей распрямилась спина, распахнулись глаза, лицо налилось румянцем. «В тридцать четыре года жизнь только начинается, - подумала она. - И мы начнем ее достойно». У нее есть для кого жить - это ее ученики. У нее появится хобби - марки. У нее обязательно будут новые подруги и любимый человек, нужно только в это верить.
Наталья Александрова
Черничный пирог
- Ну вот, половину дороги прошли, - сказала Люся и переложила тяжеленную сумку в другую руку.
- Что у тебя там? - поинтересовалась я, отирая пот со лба.
- Яблоки белый налив, банка с огурцами и домашняя наливка, - ответила Люся, не поворачивая головы.
Она всегда привозила Оле плоды своих дачных трудов. У Оли на даче не росли ни огурцы, ни яблоки, у Оли росли георгины.
- Еще льняная скатерть, вчера купила, - продолжала Люся, - сейчас модно льняное.
Мы ехали к Оле на день рождения, у меня тоже были подарки.
Набор постельного белья, купленный лет десять назад, но совершенно новый, в запечатанном пакете, и еще сливочный ликер, Оля его очень любит.
Дорожка, по которой мы шли от станции, сузилась и превратилась в тропинку, Люся едва не упала, споткнувшись о корень. Зато деревья давали тень.
- Жарко, - вздохнула Люся, - как будто и не август. Эх, сейчас бы в речке искупаться…
У Оли на даче не было ни речки, ни озера. У Оли был лес. Дом Оли стоял на самом краю поселка, так что лес подходил к самому участку. Выйдешь из калитки - и вот он, настоящий лес.
Знакомая тропинка привела нас прямо к дому. Еще не дойдя, мы услышали голос Оли, и музыку, и сын Оли Максим отвечал ей что-то, и собака Жулька лаяла весело.
- Дошли, - выдохнула Люся, - а то я уж упарилась вся.
Нас уже ждали, стол был накрыт под сосной, и сидели вокруг гости - все свои. Сын с невесткой, брат Оли, его жена, мама в инвалидном кресле. Оля увидела нас, всплеснула руками и радостно закричала, где, мол, нас носит, уже все остыло, заждались все нас. Вечно мы, две тетехи, опаздываем.
Все это было обычным, много лет мы приезжали на дачу к Оле, и встречали нас всегда такими же словами. И собака Жулька так же прыгала вокруг и пыталась положить лапы нам на плечи.
Появился Герман, второй муж Оли. «Вот интересно, - мимоходом подумала я, - Оля с Германом прожили уже лет восемь, а мы все еще не считаем его своим. И это при том, что первого Олиного мужа мы не знали, Оля развелась с ним, когда Максим был совсем маленький».
Герман был невысокого роста, лысоват, с белесыми бровями и ресницами. В общем, неказист, как сказала мне Люся, когда увидела его впервые. Но, тут же добавила она, зато муж. Законный.
И вроде не пьет. Хоть
