И чтоб хоть как-то выгребать в плотном потоке пропаганды, иметь свое мнение и самому принимать решения, нужно родиться в этом переполненном информацией мире и иметь недюжинный ум. Я же, по здравому размышлению, наличием ни тем ни другим похвастать не мог. Со всей отчетливостью понимал, что я, брошенный Судьбой с лодки в здешние бурные воды, плавать пока даже не пробовал. И без «спасательного круга» вроде Варга или Селены рискую захлебнуться. Как бы ни обидно это было для собственной гордости — наемник Макс Карташ в этом безумном-безумном мире — легкая добыча для проходимцев всех мастей.
Кажущийся безграничным, как сам Космос, этот мир вдруг сжался до размера блока памяти на сервере «Кварка». Пресловутый «Большой Брат», непрерывно следящий за тобой, оказался детской страшилкой по сравнению с ужасом мира будущего.
Странно, но процесс посадки внутри огромной станции не впечатлил. Да — большая. Да, в транспортном коридоре легко расходились сразу несколько кораблей, а в ангаре, куда диспетчер определил «Стерву», легко поместилось бы ещепарочка фрегатов или один эсминец. Ну, так и что⁈ Этой цивилизации тысячи лет, из которых большая часть прошла в космосе. Звездолеты давно стали для них привычным делом. Нужно лететь, сел за пульт и полетел. Как мы, на Земле двадцать первого века, относились к автомобилям, так эти — к межзвездным кораблям.
Все это и к болтающимся в безвоздушном пространстве строениям относится в полной мере. Пирамида фараона Хеопса для древнего грека была чудом света, а для нас, обитателей второго тысячелетия — просто забавная горка из камней. Любой небоскреб в разы выше и «чудесней». Кроме того — обладает одним, убивающим волшебство пирамид с первого выстрела, качеством. Мы все прекрасно осведомлены, для какой цели эти все протыкатели низкой облачности понастроены. Для понтов, конечно. Для ублажения собственного эго.
Оставалось надеяться, что военные, воздвигшие в пустоте колоссальных размеров станцию, руководствовались какими-то прагматичными целями, а не одним лишь желанием предъявить миру размер собственной крутизны.
Жаль о ручном управлении не могло быть и речи. А так хотелось… гм… порезвиться. Заложить крутой вираж в центральном коридоре, или раскорячить баржу поперек — то-то бы они все офигели бы. Но нет. «Стерву» аккуратненько подхватили в подсвеченной маячками глиссаде подхода, завели внутрь и плавно опустили на посадочные опоры уже в ангаре. Причем, транспортировочные лучи не отключались до полной остановки двигателей корабля, готовые пресечь любое несанкционированное движение. Эти ребята параноидально не любят сюрпризы — вот что я скажу!
— Сестра Реддер рекомендует нам не расслабляться, и, по возможности, не покидать судно, — озабоченно выкрикнул Варг, когда все системы «Стервы» перешли в режим ожидания. — Что это значит, Макс? Ну, понятно — я. Мне действительно не стоит еще какое-то время появляться в пространстве Акбарр. Но ты-то? Когда ты успел испортить с империей отношения?
— Это долгая история, друг, — отмахнулся я. — Обязательно расскажу, когда выберемся. А пока, давайте следовать рекомендациям нашего нанимателя.
— Твой корабль, милый, имеет статус участника экспедиции Сестер Геи, — успокаивающе, по большей части для разволновавшихся членов экипажа, чем для меня, сказала Селена. — Имперцы не посмеют с нами ссориться. И уж тем более не станут ломиться на судно. Нас просят всего лишь без особой нужды не провоцировать их на обострение конфликта.
— Твои бы слова, да Богу в уши, — покачал я головой.
— Но? — дернула бровью сестра. — Договаривай, если уже начал. Это твое «но» прямо-таки светится у тебя на лбу.
— В трудные времена продам лоб, как рекламный носитель, — хмыкнул я. — Но я, и правда, не особенно верю в наличие здравого смысла у акбаррских военных. Слишком уж они…
— Они привыкли к безнаказанности, — поддакнул Варг. — А уж здесь, в системе Акматар, и подавно… И нас только что отрезали от связи с остальными кораблями экспедиции.
— Чего бы они там не задумали, но без сопротивления мы не сдадимся, — рыкнул я. — Открываю арсенал. В броне и с надежной пушкой в руках мне будет как-то спокойнее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Обрыв связи еще ничего не значит, — еще раз попробовала успокоить нас девушка. — Лучшее наше оружие сейчас — это мое присутствие на борту.
— Совет дашь, на случай, если враги не устрашаться?
— Постарайтесь никого не убить. Безвозвратные потери осложнят мирные переговоры. У тебя имеется интересующий кое-кого из высших офицеров пикета товар. Помнишь? Договариваться все равно придется. Рано или поздно.
— Все слышали рекомендации нашего супероружия? — улыбнулся я девушке. — Кин? Семек? При огневом контакте поражаем только конечности.
— Голова — это конечность? — уточнил один из братьев. Второй убежал в арсенал, так что оставшемуся пришлось отдуваться за двоих.
— Голова — это начальность, — объяснил я. — По начальности стрелять команды не было. Запомни и брату передай.
— Обязательно, Макс. Где будут наши позиции?
— Да, Макс, — как-то удивительно спокойно поинтересовался нойман. — У тебя есть план, капитан?
— Есть ли у меня план, мистер Варг? О, да! У меня есть план. В гнезде параноиков мы станем еще большими параноиками.
Отвлекла какая-то суета в довольно узком проходе, ведущем из рубки управления судном в жилой блок. Впрочем, уже через секунду сегменты бронестворок двери разошлись, впуская пыхтящего, нагруженного здоровенным кофром с ББС, близнеца.
— Твоя броня, капитан, — жизнерадостно, в их обычной, телеграфной, манере отчитались здоровяки. — И ружье.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я. Неожиданная прибавка к экипажу оказалась весьма полезной. — Итак, пока баржа в состоянии покоя, а в ангаре есть кислородная атмосфера, не продолжить ли нам ремонтные работы на внешнем корпусе? Что-то наши роботы застоялись. А вместе с ремонтниками, на броню выйдет и пятерка абордажных дроидов. Вскоре имперцы распознают отличия, но пока этого не произойдет, кое-кому может получиться знатный сюрприз. Пусть Юа Лизиус…
И снова мне не дали договорить. На этот раз — Варг, сообщивший, что диспетчер станции требует от капитана корабля выйти на связь.
— Выводи на главный экран, — хмыкнул я. — Похоже эти ребята не привыкли откладывать дела в долгий ящик.
Обычно, особенно когда «Стерва» находится в космосе, или вообще — в полете, на главный экран выводится информация, связанная с общей безопасностью. Состояние шлюзовых, оценка герметичности корпуса, системы жизнеобеспечения, отображение работы реакторов и степень зарядки громадных батарей, запитывающих особенно энергоемкие системы. Понятное дело, что пока баржа стоит на опорах в ангаре циклопичных размеров космической станции, вся эта уйма важнейших сведений, мягко говоря, не актуальна. И вполне могла быть заменена изображением бравой девицы в военной форме Империи Акбарр.
— Капитан Макс Карташ, я полагаю? — забавно поджимая губу, строго поинтересовалась диспетчер. — Добро пожаловать на станцию Акматар-Милитум-Девять.
— Благодарю, — чуточку улыбнулся я. — Какие-то проблемы?
— Проблемы? — вскинула бровь девушка. — Никаких проблем, капитан. В мои обязанности входит информирование гостей станции об услугах, предоставляемых нашими специалистами. Ремонт, вплоть до замены эмиттеров силового поля или частей броневого покрытия. Заправка. Замена топливных стержней реакторов. Вода, продукты питания, медикаменты из разрешенного к использованию в Содружестве списка. К сожалению, алкоголь и наркотические снадобья на складах станции отсутствуют. Но мы можем послать курьера к ближайшему торговому хабу…
— Благодарю вас, офицер, — вклинился я, когда ей понадобилось сделать паузу, чтоб вздохнуть поглубже. — Ничего из перечисленного. Мы к вам не на долго. У нас контракт по срочной доставке, а время не ждет. Сами понимаете. Сожалею, что занял ваше драгоценное время…
— Но позвольте, — нахмурилась офицер. — Сканеры показывают, что емкости хранения топлива на вашем судне наполнены лишь на двенадцать процентов. Этого очень мало для безопасного маневрирования. Особенно вблизи массивных объектов. Мы готовы восполнить ваши запасы. Вам нужно будет лишь лично…
