медленно наступать.
— Левантевски! — Дрожащим голосом позвала Лиза, медленно отползая к выходу при помощи задницы, рук и пяток.
— Чего? Опять шприц? — Глухо откликнулся тот, развернутый чемодан перекрывал ему обзор.
— Нет, Левантевски … бежим!!!
Лиза рывком потянулась к своему помощнику, крепко вцепилась в его руку и дернула на себя. Кубарем они полетели по ступенькам под пронзительный визг эльфа. Оказавшись на втором этаже, Лиза столкнула с себя стонущего Левантевски и осторожно взглянула вверх. Тишина. Затем неожиданно раздалось хриплое бульканье, рычание и небольшой, но упоротый локомотив с ярко-зелеными зенками рванул вниз по ступенькам, прямиком в сторону знахарей.
— Бегом! — Рявкнула Лиза и буквально вытолкнула Левантевски на следующую лестницу. На первом этаже они задерживаться не стали, моментально выскочив на улицу. Там они на всякий случай отбежали к карете и напряженно замерли, готовые в любой момент запрыгнуть внутрь. Левантевски крупно колотило — Лиза слышала дробь, выбиваемую его зубами с такой частотой, что любой ударник умер бы от зависти. Она сглотнула и дрожащим голосом спросила:
— Тааак. Себя мы спасли?
— Ну, спасли. — Уныло ответил фельдшер, со страхом глядя на мелькающую в окнах тень.
— Больного мы не спасли и хрен с ним, судя по энергичным движениям он в полном порядке. Осталось дело за малым.
— За каким еще малым? — С подозрением спросил Левантевски.
— За таким, которое мы оставили там внутри, когда позорно бежали. Короче, нам нужно вернуться и забрать чемоданы. Что там в них, говоришь, натолкано?
— Артефааакты! — Жалобно проблеял оборотень, зеленея на глазах. — И зелья — во втором. Но … этот эльф! Он же сожрет нас!
— Я думала они людьми не питаются, — удивилась Лиза.
— Ну, когда не наркоманят — так и есть.
— А что нам будет, если мы оставим чемоданы этому нарко-эльфу?
— Ой, что будет! — Выдохнул Левантевски, напрягаясь все больше. — Кирдыбзец нам будет. Нас отправят на смарагдовые рудники. Или в Черный Заповедник. Я слишком молод, чтобы умирать!
— Сколько драматической правды в этих словах, — вздохнула Лиза, — ладно, не умирай. И не сцыкунь. Пойду, что ли, сама заберу. А ты вызови пока кого-нибудь. Ну, полицию или кого там полагается.
— Куда? Не пущу! — Вдруг вскрикнул Левантевски, повиснув на руке Лизы. — Твой отец мне голову откусит!
— Неправда! — Заорала Лиза, отчаянно мотая фельдшером в попытке стряхнуть его с себя. — Не голову откусит, а уши на задницу пересадит … да отцепись же ты, Левантевски! Хочешь ты этого или нет — чемоданы нужно забрать! А вдруг этот укурок чемоданчики наши вскроет? И переломает все на хрен? А то и вовсе кааак применит на себе! Во весело будет … отпусти, говорю! Я мигом — только заберу и назад!
— Не пущу! Не пущу! Не пущу! — Отчаянно завывал фельдшер плачущим голосом. — Я хочу жить! И ты тоже хочешь жить! Поэтому мы останемся тут и подождем помощи!
Глава 17
Пробираясь по пустырю на котором медленно разрушались недостроенные общежития, Фелиссандр вдруг услышал громкие голоса. Скрывшись в тени мохнатых кустов, он начал прислушиваться, жалея, что не взял с собой никакого оружия. Там, у покосившейся башни, жарко спорили двое — мужчина и женщина. Сначала негромко, затем голоса их усилились и разлились над темным пустырем. Фелиссандр незаметно подошел поближе — голоса приблизились, стали громче, наконец один из них заверещал зайцем:
— Не пущу! Не пущу! Не пущу! Я хочу жить! И ты тоже хочешь жить! Поэтому мы останемся тут и подождем помощи!
— Эй, что там такое? — Вмешался в беседу Фелиссандр, сильными движениями раздвигая в стороны чрезмерно разросшиеся кусты. — Ну, я помощь. Кому тут помочь?
Оба аж подпрыгнули от неожиданности, а парень еще и привизгнул. Они стояли рядом с твиином на котором высилась белая карета со светящимися оранжевыми полосами. Стремительная помощь!
— Что тут у вас? — Поинтересовался Фелиссандр оглядываясь. В башне что-то мелькнуло и парень, видимо фельдшер, придушенно булькнул горлом, отступая поближе к карете. Фелиссандр невольно обернулся и увидел в просвете окна странный силуэт, слегка подсвеченный магическим облаком. — А это еще кто? Ваш товарищ?
— Наш пациент, — ответила девушка, которая явно владела собою лучше, — бывший. Потому что мы уже решили, что лечить его не надо — его надо обезвреживать.
— И чего вы тут делаете тогда? — Полюбопытствовал Фелиссандр. — Ехали бы к себе на базу.
Девушка многозначительно прищелкнула языком. Парень присел на ступеньках кареты.
— То-то и оно. Что этот му … мужик бегает там кругами около наших чемоданов. А нам без них возвращаться никак нельзя. Там туча оборудования и прорва всяких снадобий. Начальник — зверь. За такое он нас сожрет и не подавится.
— Сожрет вместе с костями, — проныл парень и медленно принялся втягиваться в карету спиной вперед, — а что не перемелет, тем в зубах поковыряет и сплюнет.
— Так. — Фелиссандр наклонил голову вперед и ожесточенно потер лоб, соображая о чем это таком интересном ему только что поведали. — Короче, я правильно понял, что этот фриздюк отнял у вас чемодан с зельями?
— И с зельями, — вздохнула знахарица, — и с артефактами. Не то чтоб он их прямо отнял … скорее, попытался нас съесть. Не поможете нам вернуть наше добро обратно? Если что — я в деле. Все-таки это мой промах. Я должна была прихватить хотя бы один чемодан. Но как-то не до этого было.
— А кто это? — Фелиссандр коротко кивнул в сторону нервно скачущей тени, что металась по башне, выглядывая то из одного, то из другого окна.
— Эльф, — со странным смешком ответила ему знахарица, — надышавшийся какой-то грибной дряни. Короче, дивное, но абсолютно невменозное существо. Кислотные слюни и бешеные зенки прилагаются. Пытался меня то ли обслюнявить, то ли съесть. Я уточнять не стала.
Фелиссандру вдруг на миг показалось, что он уже когда-то разговаривал с этой девушкой. Но эта ее странная манера выражаться! И к тому же столь неженское хладнокровие, помноженное на смелость — нет, он бы точно ее запомнил. И все же …
— А вы можете связаться с городским дозором? — Спросил Фелиссандр. Девушка слегка отклонилась назад, чтобы заглянуть в карету и рявкнула:
— Левантевски! Мы городской дозор вызвать можем?
— Конечно можем! Я тебе о том уже полчаса толкую! — Раздался обиженный голос, затем из кареты стремительной помощи выглянул фельдшер, почти неразличимый в густой темноте, и голос его зазвучал отчетливей, — я про то и говорю: давай их вызовем, а уж они пусть отнимают наши чемоданы у этого чепыздрика. Нужно только подождать малость …
— Или не малость, — язвительно подхватил Фелиссандр, — знаю я как это ведомство
