ноги. Вокруг её головы ореолом порхали сонмы янтарных точек, но она, казалось, не замечает этого.
— Что-то живчик внутри дома совсем не походит на них.
— Так кажется, Син. Личность умирает постепенно. Угасающий теряет характер, эмоции, мечты, устремления… Тот парень потерял всё, кроме страсти к решению головоломок и не реагирует больше ни на что, кроме них. Это последняя грань личности. Он подсознательно чувствует это, поэтому и держится за свои загадки.
— То есть это увлечение — всё, что от него осталось? — как-то после объяснений Ласки недавний знакомец представал в совершенно ином свете. Ведь у него могла быть любимая, друзья, цели в жизни…
— А как они тогда питаются и всё остальное? — спросил я.
— Никак, — пожала плечами Ласка. — Стихия питает их тела, так что они очень долго могут обходиться без воды и еды. Лишь бы у них оставалась мана.
— Их ещё можно спасти?
— Вряд ли. Можно только немного задержать этот процесс.
— Как?
— Говорить с ними, Син. Уделять им внимание, поддерживать то немногое, что осталось от их личности.
Мне вдруг стало стыдно.
— То есть мне нужно было помочь тому сумасшедшему с решением загадок?
— Зачем? — удивилась Ласка. — Здесь сотни таких же. Всех тебе не спасти.
Мда…
Угасающая девушка прошла мимо нас дальше по улице, оставляя за собой след из светящихся огоньков. В домене Знаний вообще светлячков-маноедов было гораздо больше, чем я видел когда-либо прежде. Они были здесь практически всюду — самых разных цветов и оттенков. Настолько, что в освещении дороги не было никакой нужды.
Тем не менее, освещение было. Уютные фонари, летающие волшебные их вариации и светящиеся растения. Здесь нашлось место всему, и в большом количестве. Наверное, это была вообще самая приятная локация в Доминионе.
Было некое ощущение лёгкой заброшенности из-за диких кристаллов камней и большого числа зелени, оплетавшей всё вокруг. Да и рост сталагмитов никто не отменял. Но вместе с тем, никакого мусора, разбитых окон и выбитых дверей здесь не было.
Я поймал себя на том, что сам бы с радостью жил в одном из здешних домиков, пёк бы какие-нибудь пирожки с фруктами, о которых так грезила Ласка в ином мире… И почему так важно находиться именно в академии?
Разве что общество приюта безумцев и валяющиеся на улицах тела сильно портили атмосферу.
Безвольно бредущих по дороге или валявшихся у нас под ногами тел, хватало с избытком. После десятого я перестал считать. Достаточно сказать, что их было много. Представьте себе, что вы оказались посреди улицы в разгар зомби апокалипсиса, вот только все ходячие мертвецы — убеждённые вегетарианцы, и лишь бесцельно бредут мимо.
— Должен быть способ как-то им всем помочь, — вслух задумался я, чтобы разогнать тишину. А то наша прогулка становилась и вправду немного зловещей.
— Знаешь, ты чем-то похож на отца из рассказов матери. Так же пытаешься всех спасти. Зачем тебе это, Син? Кто тебе все эти угасшие люди?
Я внимательно посмотрел на Ласку. Сейчас я понимал, что заставило её задать мне этот вопрос, но нужный ответ нашёлся не сразу:
— Может, просто потому, что могу? Если я могу помочь — то почему бы не помочь?
— Думаешь, добро тебе потом вернётся? — продолжила Ласка. — Или боишься за карму?
— Нет… скорее, я думаю, что делая что-то хорошее, я тычу злу средним пальцем в харю, — усмехнулся я.
— Хм. Никогда на это не смотрела с такой стороны… — задумалась пустотница, а затем вдруг указала вперёд, где наша улочка расходилась на две других. — Смотри, что это там?
— Думал, ты знаешь, — я приподнял бровь, выражая удивление. — Ты же у нас спец по угасшим.
— Я здесь впервые, Син, — не поняла посыл тень. — Откуда мне знать?
На перекрестке было весьма оживлённо. Если это слово применимо к угасшим, конечно. Несколько блаженных лежали по обочинам дороги, рассматривая пустоту перед собой. Ещё двое хаотично бродили вокруг них. Полноватая полуголая девица вылизывала себе ногу, словно дворовой кот, а ещё один приставал ко всем окружающим с какими-то вопросами.
Последнего я даже принял за разумного, пока не услышал:
— Вы не знаете, как правильно есть квадрат? А треугольник? Простите, вы знаете рецепт печёного треугольника?
— Мне здесь не по себе, — озвучила наши общие мысли Ласка. — Давай пройдём это место быстрее?
Но увы, быстро пройти нам не удалось. Любитель геометрической кулинарии быстро выцепил нас среди безучастных тел живых зомби, и уверенным шагом направился в нашу сторону.
— Друзья! Простите, я украду у вас всего пару минут, — с улыбкой обратился он.
Я счёл за лучшее проигнорировать психа, но тот оказался настойчив. Ускорившись, он ухватил меня за алую мантию.
— Постойте, ребята! Я видел неподалёку отличную трапецию! Просто скажите, как лучше — поджарить, или сварить?
— Сварить, — ответила ему пожилая женщина, до этого момента безучастно лежавшая в траве. — Главное, чтобы длина была не больше пяти сантиметров.
— Пяти? Пятнадцати! — отозвался второй до этого мирно лежащий тип.
— Пять, пятнадцать, сорок восемь, — задумчиво проговорил третий. Миловидный паренёк, немного напоминавший девушку.
— Восемнадцать, сорок, — добавила идущая перед нами женщина. Она уже миновала перекрёсток, но видимо решила вернуться, чтобы принять участие в столь важной для местных дискуссии.
Вот только мне этот разговор был совсем не по душе.
Слишком уж паршивыми были воспоминания о людях, слагавших стихи из цифр.
— Сто пятнадцать, двадцать два… — с пониманием ответил один из парочки бредущих мужчин.
— Тысяча сто сорок!!! — закричал ему в ответ второй, выхватывая из ниоткуда исходящий белыми кубиками нож, и пытаясь вонзить мне в живот.
Ласка опередила его лишь на доли секунды, перейдя теневым шагом ему за спину и делая подсечку.
Угасший упал на землю, но начало было положено. Все окружавшие нас психи словно сорвались с цепи, атакуя нас со всех сторон.
У каждого в запасе оказалось какое-то оружие или предмет, получивший фрактальное усиление.
Ближе всех оказалась старуха, попытавшаяся меня прикончить одним метким ударом фрактальной сковородки по черепу. Я едва успел уклониться и послать вперёд себя кипящий гнев.
Щупальце раскалённого пара ударило по земле под старухой, поваливая ту с ног. Но уже в следующую секунду пришлось уходить от атаки фрактальной палки.
О том, чтобы применять водное тело
