жить? — продолжила Лакки.
— А разве мы уже не живём здесь? — пока что я не совсем улавливал, к чему она клонит.
— Я говорю не о том, где ты спишь по ночам, призываешь чужих богов и копаешься в тайнах академии. Я про обычную жизнь. Обустроить нормальный дом, завести семью, воспитывать детей, читать книжки просто ради развлечения, готовить вкусняшки…?
Такого вопроса я не ожидал. Даже не сразу нашёлся, что ей ответить. Но, несмотря на свою немного детскую простоватую внешность, она была магистром, и не стала бы спрашивать просто так..
Чтобы сгладить паузу перед ответом, я взял в руки чай и сделал маленький глоток, разглядывая магистра Знаний.
Милое, самую малость мальчишеское лицо, с милыми веснушками. Короткие рыжие волосы. Пожалуй, она всем своим видом говорила о том, как бы она, ответила на свой вопрос.
А как бы ответил я? Как и Ласка, я купился на веру в чудо в обмен на шанс отомстить. Но разговоры о том, что магию можно перенести туда, заронили во мне куда более сильное и важное желание.
— Мир-темница забрал у меня.. и у Ласки наших близких. Если магистр не лгал, и есть способ перенести магию в реальный мир, то есть и способ их вернуть. Это заботит меня в первую очередь.
Тень застыла и посмотрела на меня. Новая вспышка из радости и неверия отразилась в эмпатии. Я же, не отрываясь, смотрел на Книжную Лакомку.
— А что, если вернуть умерших там, уже невозможно? — спросила магистр Знаний.
Осторожнее. Что-то мне подсказывает, сейчас нужно подбирать каждое слово.
— Ректор говорил, что можно перенести магию в мир-темницу. — припомнил я нашу беседу.
— Ректор… с ним всё не так просто, как кажется ученикам академии. Я поясню тебе на примере чисел. Вот у тебя, Син, сколько очков в интеллекте?
Соврать или сказать как есть? Существуют ли способы проверить чужие характеристики, или различить ложь?
— Пятнадцать, — решил честно ответить я.
— Это очень высокий показатель, — улыбнулась Лакки. — А у тебя, Ласка?
Девушка вновь бросила на меня мимолётный взгляд, но ответила:
— Шестнадцать.
Ого, больше, чем у меня. И где только взяла, а главное — зачем столько интеллекта вору?
— Лесат?
— Четырнадцать, — ответил он.
— Селиса? Эрфи? — продолжила Лакки, глядя на кошку-тари и грудастую эльфийку.
— Триннадцать.
— Десять.
— Это тоже хорошие показатели. Грубо говоря, всё, что выше среднего значения в восемь единиц — уже неплохо. Десятка — интеллект выше среднего. Мне в этом плане очень повезло, плюс я долго работала над собой. Мой показатель — двадцать три единицы без артефактов. Я все силы в прокачке отдавала именно этому направлению. Не обманывайтесь моим видом, хороший маг может выглядеть как угодно. Я работала над собой две сотни лет. И оно того стоило. А теперь как думаете, Син, Ласка, сколько интеллекта у Ректора?
Хм. Если у магистра Знаний двадцать три, смею предположить, там около тридцати единиц. Много. Хотя, она не стала бы проводить такие расспросы ради этого числа. Назову число побольше, просто на всякий случай.
— Сорок? — предположил я.
Лакомка снисходительно улыбнулась, и я понял, что сильно просчитался.
— В последний раз, лет двести назад, он как-то называл мне цифру шестьдесят три. Но я готова поставить на кон свою башню, что сейчас там не меньше восьмидесяти. Без артефактов. С ними же… боюсь предположить, какие легендарки можно собрать за тысячу лет, проведенные здесь?
Я сглотнул.
— Это не просто число, — продолжила Лакки, довольная произведённым эффектом. — Это реальная сила разума, Син. Все числа в твоём инфо — реальные показатели, от которых зависит твоя личность и характер. А раз так, даже если Ректор когда-то был человеком, можно ли его считать таковым теперь? Как мыслит существо с интеллектом квантового компьютера из мира-темницы? Кушай блинчик, Син. Такой вкуснятины ты больше нигде не найдёшь.
Какой, нафиг, блинчик..?!
— Как это относится к его обещанию? — вместо меня задала правильный вопрос моя спутница. Её, озвученная цифра, почему-то не впечатлила.
— Я не знаю, будет он его исполнять или нет, Ласка, — пожала плечами Лакки. — Но вам стоит понимать, что Ректор и близко не мыслит категориями людей. Он давно стал сверхсуществом. Сверхсознанием, если угодно.
— Как это связано с моим будущим образом жизни? — вернулся я к разговору.
— Мы все служим Доминиону и Ректору. Но каждый служит по-своему. Лично я — хочу просто спокойно жить и наслаждаться каждым проведённым здесь днём. Это место и тот образ жизни, что я веду, меня более чем устраивает. Здесь намного лучше, чем там, не находишь?
Я кивнул.
— А ты? Готов пойти на всё ради мести? Стать орудием в руках владыки, чтобы стереть тех, кто лишил тебя всего там? Отомстить за погибших близких?
Скажу честно, мне очень хотелось ответить «нет». Но знать, что мои родные погибли, а тем, кто в этом повинен, не будет за это ничего… как я смогу спать после этого? Как мне смотреть на себя в зеркало, каждый раз думая о том, что я — слабак, который сдался и отказался от мести? А как же семья Ласки? А главное, сколько ещё таких Синов и Ласок теряют близких каждый день по вине владык мира-темницы?
Однако если я скажу «да», сдаётся мне, наш разговор будет окончен. Лакомка уже обозначила свои мысли.
— Дай угадаю, ты сейчас думаешь о том, что от твоего ответа будет зависеть моё к тебе отношение?
— Ты и впрямь знаешь всё, как говорила Мышь, — уклончиво ответил я.
— Я знаю лишь то, что знают книги, Син.
— Книги?
— Угу, — улыбнулась Лакомка, запуская в рот новый кусочек блинчика. — Хочешь, я расскажу тебе одну сказку?
Вопрос был риторическим. Я отхлебнул чая, отделил вилкой кусочек угощения, и выжидающе посмотрел на магистра Знаний.
— Для начала матчасть, чтобы ты лучше меня понял, — начала Лакки. — Каждая стихия имеет свой дом. Огненное Инферно, ветреный Зехир, Гея… Аква, откуда ты зачем-то притащил своё речное божество.
Щи. Есть ли что-то, чего она не знает?
— Наш мир, Мельхиор, вотчина стихии Тьмы, верховным божеством которой была и есть Мортис. Больше известная как Скорбящая Мать или Погибель. Творившие мир демиурги оставляли в каждом из миров своего хранителя, который должен был следить
