– А шериф допросил этого парня?
– В этом не было никакой необходимости. Дантист, или кто он там, во всем признался.
– Но он заявил, что никогда не видел Люси!
– Идиот вместо лося застрелил женщину. Меня ничуть не удивляет заявление этого парня, что он ее не видел.
Рафферти открыл дверь, пропустил Мэри вперед и с грохотом поставил ведра рядом с бочками.
– А как насчет твоего дяди? – не отставала Мэри, поспешая за Джеем Ди, набравшим в полдюжины тарелочек кошачий корм, после чего из всех углов и щелей конюшни к ним устремилось бесчисленное множество разномастных кошек. – Того, который обнаружил тело? Он что-нибудь видел?
Рафферти резко обернулся. Он склонился к Мэри – слишком близкий и слишком большой. Лицо исказила злоба, резкие черты еще четче обозначились в полумраке темной конюшни.
– Вчера вечером я велел тебе держаться от него подальше, – вполголоса рыкнул Джей Ди, резко ткнув указательным пальцем в грудь Мэри. Та лишь ошарашенно моргнула. – Запомни это!
– Почему? – спросила Мэри, с изумлением обнаруживая в Рафферти способность нервничать. – Что ему скрывать? Если он этого не делал…
– Он этого не делал! – сквозь зубы выдавил Джей Ди. – Оставь старика в покое. Он достаточно натерпелся.
Рафферти, обогнув ее, вышел из конюшни. Мэри с трудом глотнула и потерла грудь, куда ее больно ткнул пальцем Джей Ди, смутно сознавая, как сильно бьется сердце. Дюжина вопросов пронеслась у нее в голове: о таинственном Деле Рафферти, о батраке, который благополучно смылся. Мэри отбросила их прочь. Нервозность Рафферти была связана именно с ними, и это извиняло его резкий жест. На самом деле она и не собиралась задавать Джею Ди ни одного из этих вопросов.
Солнце уже скрывалось за вершинами гор на западе, испещрив двор ранчо длинными тенями. Джей Ди стоял рядом со своей лошадью, забрасывая ей на шею поводья и намереваясь уезжать. Сонмы образов бродяг и безликих людей с ружьями пронеслись у Мэри в голове. Жуткий, неопределенный страх проклятости этого места повеял на нее, напоминая, что приближается ее первая ночь на новом месте.
– Рафферти, подожди! – позвала Мэри, рысцой бросившись от конюшни к Джею Ди.
Рафферти вскочил в седло и устроился в нем поудобнее. Положив руки на луку седла, он спокойно ждал.
– Послушай, – сказала Мэри, кладя свободную руку на теплую шею коня. – Я ничего не знаю о ламах, кроме того, что они кажутся мне очень… одухотворенными. Я понятия не имею, что мне делать с этим имением и с ними. Вся эта история случилась так быстро, что я даже не уверена, не сон ли это.
Джей Ди не ответил, а лишь спокойно сидел и смотрел на Мэри из-под широких полей шляпы.
– Я говорю о том, что мне необходима хоть какая-то помощь.
Мэри хотела, чтобы Рафферти ответил на ее вопросы. Она должна достичь определенного спокойствия, поняв причину неожиданного ухода Люси. Но в чем Мэри не осмеливалась признаться даже самой себе, так это в желании снова видеть Джея Ди. Да, он был вспыльчивым, упрямым психом, но все же обладал несомненной привлекательностью. Взять хотя бы эти маленькие трещинки в непробиваемой броне его суровости: ласковое отношение к животным, трогательное беспокойство, чтобы Мэри этого не заметила, нежность, с которой он обнимал ее, когда она плакала… К тому же, напомнила себе Мэри, у Джея Ди была связь с Люси.
– Если ты не возражаешь… – Мэри запнулась, неуверенная, не нарушает ли она местный этикет. Ей бы не хотелось, чтобы разговор обернулся нежелательным образом и Рафферти неправильно истолковал ее предложение, как это делали все мужчины в ее прошлой жизни. – Это только на неделю или на две. Я заплачу…
– Не нужны мне твои деньги! – обидевшись, резко отрубил Джей Ди. – Я не беру денег с соседей.
С одной стороны, в нем кипело страстное желание послать Мэри ко всем чертям. Рафферти не нравились чувства, которые она пробуждала в его душе. Ему не нравилось место, откуда приехала Мэри и ее компания. Но теперь Мэри стала владелицей той земли, которую очень хотел получить Джей Ди. Если он ей не поможет, она обратится к кому-нибудь другому.
Мэри, нахмурив брови, в напряженном ожидании смотрела на Рафферти.
– Я присмотрю за скотом. – Джей Ди надвинул поля шляпы на глаза, натянул поводья, и Сержант мгновенно отреагировал на этот жест, с готовностью вскинул голову, ожидая следующей команды. – Только я не хочу брать за это деньги.
Мэри обреченно пожала плечами, снова почувствовав себя гостьей в этой новой для нее стране:
– Поступай, как тебе угодно.
– Да, мэм, – кивнув, пробормотал Джей Ди. – Именно так я обычно и делаю.
Обхватив урну руками, Мэри поднялась по ступенькам веранды и села на пороге, прислонившись спиной к бревенчатой стене и устремив взгляд на холм, на котором за деревьями скрылся Рафферти. Ей следовало подумать о том, как поступить с этим ранчо и ламами и что делать с этой тревогой, тугим узлом связывающей душу при мысли о смерти Люси.
Солнце скатилось еще глубже за горы. Тени наползали на Мэри со всех сторон. Тревога терзала душу.
Убийца, который никогда не видел свою жертву. Скрывшийся бродяга. Джей Ди Рафферти, который не хотел, чтобы она стала его соседкой. Стиль жизни, стоящий бешеных денег. Бессмысленное последнее письмо.
– Ты должна ответить на множество вопросов, Люси, – крепче прижимая к груди урну, пробормотала Мэри. Глядя на склон холма, она внезапно почувствовала, как кто-то тоже смотрит на нее.
Он наблюдал за женщиной в армейский перископ, подстраивая валик угломера под правильное освещение. Плотно прижав к плечу ружейный приклад, он прислонился к стволу пихты – безмолвный, замерший, слившийся с окружающей природой: его можно было принять за камень или дерево. То была та «растворенность», что так долго позволяла ему выжить.
Хотя нельзя сказать, чтобы это было так уж хорошо.
Он машинально вычислил в уме траекторию и место попадания пули. Он выучил баллистические таблицы вскоре после таблицы умножения и знал их гораздо лучше. Сейчас он не использовал данные вычислений. Просто это была хорошая тренировка для мозгов – вот и все. Постоянно смазывай и крути колеса.
Он и прежде приказывал себе держаться подальше от этого места, подальше от блондинки. Но она крепко зацепила его за две последние ночи, и он, в конце концов, решил только узнать, вернулась ли она в дом.
Это была не та женщина, которую он ожидал увидеть. Она тоже была блондинкой, как и та, прежняя, но другой. Совершенно другой! Он мог это утверждать не только по ее одежде, но и по тому, как она двигалась, как сидела. Облегчение нахлынуло на него, расслабив все члены. Винтовка дрогнула в руках, неожиданно потяжелев на тысячу фунтов. Это была не та женщина.
