Письмо они формулировали при помощи Бори. Правда, писатель, оравший дурниной, что он ещё и психолог и уж в мужской психологии понимает гораздо больше дам, сочинил нечто совсем уж заумное и витиеватое. Поэтому вся троица целый час убирала лишние слова. В итоге получилось довольно простенькое и вежливое предложение развестись.
– Не будет он отвечать, – убеждённо сказала Света, отправив послание.
– Но ты хотя бы попробовала, – утешила её Ляля.
Ольга оказалась коренастой, сильно загорелой девицей с умеренно блатной манерой поведения. То есть вела она себя не совсем как гопница, но общее ощущение грубой неблагополучности и тяжёлого детства на её лице проступало. Черты лица у девушки били крупными, жёсткими, тяжёлый подбородок, слегка выдвинутый вперёд, придавал ей странной угрюмости. Хотя в целом нельзя было сказать, что Ольга была некрасивой. Отталкивающей – да, пугающей – да, но интересной, необычной и какой-то испуганной. Словно она боялась, что Света ей устроит какую-нибудь неожиданную гадость. Ольга нервно и тщательно жевала жевачку, да так, словно у неё во рту было подушечек двадцать, желваки так и ходили ходуном, а сама девица периодически причавкивала.
Алексей гулял в пределах видимости, но довольно далеко, понадеявшись на сунутый Свете в карман диктофон.
– Ну, что хотела? – без предисловий уставилась на неё Ольга.
Светлана, сбиваясь и стесняясь, честно поведала свою историю, с удивлением отмечая, что настороженность и скованность в поведении собеседницы пропадают, и та начинает смотреть на Свету даже с каким-то состраданием.
– Он у тебя деньги-то не спёр? – совершенно неожиданно спросила она, когда Света в смятении закончила свой горестный рассказ.
– Нет. Да у меня и переть было нечего, – моргнула Светлана. Вопрос был крайне странным.
– Ну и повезло, – неожиданно хмыкнула Ольга. – А от меня что надо?
– Я твою записку нашла. Что ты что-то знаешь, – почти заискивающе сказала Светлана. – О чём ты знаешь? Понимаешь, мне очень надо его найти. Я просто хочу развестись и жить дальше. Ну, и понять, почему он меня так внезапно бросил. Второе даже больше. Я уже устала думать об этом, хочу просто знать.
– Да ничего я не знаю, – как-то очень поспешно буркнула Ольга. Потом оценивающе посмотрела на Свету и качнула головой: – Я имела в виду, что про свадьбу знаю, поздравить хотела. Но вообще странно, что он на тебе женился. Алиска круче была! Не тебе в обиду. Она просто звезда, тусовщица, всегда в глянце, Гера вокруг неё как дрессированный пудель скакал. Он ей, конечно, даром не нужен был. Она своего папика позлить хотела, у них контры, сколько я себя помню. Но Гера-то об этом не знал. И вдруг – бац, и на тебе женился.
– А кто такая Алиса? – дрогнувшим голосом поинтересовалась Света. Надо же, она, оказывается, ещё ревновала! Да ещё как. Словно законный муж ей рога наставлял, хотя явно эта самая Алиса была до неё. Но то, что она была какой-то там звездой, было больно и обидно. Наверное, Гера про себя их даже сравнивал. Или он вообще тоже решил эту «звезду» позлить?! И женился из принципа, чтобы продемонстрировать, мол, на тебе?! А потом наелся, наигрался и сейчас снова скачет пуделем, как выразилась эта Оля? А Света была просто орудием мести?
– Кароян, – пожала плечами Ольга. – Её весь город знает. Тебе Гера что, не хвастался? Такая девушка вроде ордена для мужика, знак почёта пожизненный.
– Нет, – упавшим голосом прошептала Светлана. – Спасибо за информацию.
– Не за что, – Ольга, прищурившись, посмотрела на Свету и добавила: – Ты вот что. Если Геру найдёшь, позвони мне. А то я до сих пор дозвониться не могу, а он мне по одному делу нужен. Но ты ему не говори, что со мной виделась. Я сюрприз сделать хочу.
Света машинально кивнула, подумав про себя, что уж больно заинтересованный у девицы взгляд. Скорее всего, она тоже бывшая Герина пассия, а узнав, что тот без пяти минут свободен, хочет снова прибрать красавчика к рукам.
Ольга, махнув рукой, широкими шагами двинулась к остановке, ни разу не оглянувшись.
– Да плевать мне, подумаешь, – убеждённо сообщила сама себе Света, тут же поняв, что врёт. Не было ей плевать. Наверное, даже при отсутствии любви ревность может жить, как ящерица, у которой оторвали хвост. И инстинкт собственника никуда не денется ещё долго. Если вообще когда-нибудь денется.
– Что? – Света даже не заметила, как подошёл Алексей. – Расскажешь? Как тебе эта Ольга? Врёт?
Света протянула ему диктофон и грустно констатировала:
– Что-то она явно недоговаривает. У меня такое чувство, что я её видела. Какое-то смутно знакомое лицо. Думаю, она бывшая Герина девица. Или будущая, которая ещё давно положила на него глаз. Думаю, я видела её у него на фото или в общей компании. Мы пару раз на какие-то междусобойчики ходили в клубы. Там куча народа была, может, и эта Ольга тоже оттуда.
Потом она рассказала про Алису.
– Да ну, это неперспективная идея, – сразу отмахнулся Лёша. – Где эта Алиса, и где твой архитектор – небо и земля. Он, конечно, смазливый и ухоженный, но не того полёта птица. Так, пообщаться чуть-чуть и забыть. Там девушка с облака, вокруг неё певцы, политики. Нет, не то. А Олю эту я проверю.
Спорить Света не стала, но про себя твёрдо решила: с Алисой она встретится во что бы то ни стало. Потому что интуиция, замешенная на ревности, дула в уши: «Проверь!»
– Да не проблема, – тут же согласилась со Светланой Ляля. – Надо пообщаться, чтобы спать спокойно. Делить вам нечего. А если это из-за той олигархической дочки весь сыр-бор, то, может, и Геру там найдёшь.
– Да это всё понято, но как мне попасть в эту тусовку-то? – заламывала руки Света. – Ещё утром мне было интересно, где муж, а теперь я ещё помираю – хочу пообщаться с его бывшей девицей. Чем дальше в лес, тем толще волки. Хочу сдохнуть холостой в женском монастыре, ненавижу мужиков. Это ж надо – такой маленький, такой хорошенький, а жизнь испоганил как стадо клопов! Где были мои глаза и мозги!
– А я тебе говорила, – радостно припомнила прошлое Гольдберг. – Но ты меня не слушала!
– Не ври, ты говорила, что я всё делаю правильно!
– Так я ж тебя просто по шерсти гладила, а сама в душе возражала, – вывернулась Ляля. – Но если бы я так и гундосила тебе гадости про твоего Герочку, мы б поругались. А ты мне дорога хоть мужняя, хоть безмужняя. Не ссориться же из-за мужика.
– Ладно, кто старое помянет, – прервала её Света. – Как мне с Алисой пересечься? Я боюсь, что в те места, где она ест или пляшет, меня не впустят – фейс-контроль не пройду. У меня на лбу написано, что я живу на зарплату. И как туда Гера-то затесался, интересно?
