пристрастиями Григория, исходит от Мариуса д'Аванша (532–596), епископа Лозанны (позднее святого Мариуса Авентинского), прославленного как своим благочестием, так и ученостью. Будучи защитником бедных, он, как говорили, пахал свою собственную землю, а как ученый возобновил работу святого Проспера Аквитанского, продолжив «Всемирную хронику» Проспера до 581 года. Однако главным клириком эпохи, вероятно, был святой Цезарь Арльский (ум. 542 г.), грозный проповедник, теолог и прелат. Родившись в Кабильо, он учился в Леринуме и почти сорок лет председательствовал в качестве примаса Галлии. Во времена Гунтрама его владения также посетил ирландский миссионер святой Колумба (ок. 540–615). Он жил частично как гость при бургундском дворе, а частично – как отшельник в Вогезах.
На пике своего развития в 587 году Regnum Burgundiae Гунтрама на короткое время управляло большей частью Галлии, включая Бордо, Ренн и Париж, а также бывшей Бургундией Гундобада. К несчастью, оно было слишком обширно и совершало опустошительные набеги на соседей. Размахивавшие мечом преемники Гунтрама совершали многочисленные обмены тронами и территориями. Несколько имен его правителей указаны летописцами как короли Бургундии, Нейстрии и Бургундии или «всех франков». Помимо Гунтрама, в списке присутствует Хильдеберт II (пр. 592–595 гг.), Теодорих II (пр. 595–613 гг.), Сигиберт (пр. 613 г.), Хлотар II (пр. 613–629 гг.), Дагоберт (пр. 629–639 гг.), Хлодвиг II (пр. 639–655 гг.) и Хлотар III (пр. 655–673 гг.).
Некоторые фазы в истории Меровингов непоправимо туманны, но летописец, которого называют Фредегар, или Фредегарий, или псевдо-Фредегарий (ум. ок. 660 г.), проливает свет на третью четверть VII века. Он жил в монастыре, возможно, в Шалоне или Люксейле, и начал с попыток «улучшить» ряд существующих хроник. Но с 624 года он в течение восемнадцати лет составлял подробный вдумчивый комментарий к современным ему событиям, который наглядно показывает, что культ кровной мести был жив и процветал на всех социальных уровнях франко-бургундского общества. Цитата из Аттилы здесь более чем уместна: «Quid viro forti suaviu quam vindicta manu querere?» («Что может быть приятнее для сильного человека, чем месть?») Фредегар упоминает случай с участием императора Византии, который ярко демонстрирует дешевизну человеческой жизни. После того как два бургундских посланника были убиты в драке в управляемом Византией Карфагене, император Маврикий предложил возмещение в виде двенадцати человек, «с которыми вы можете поступить, как пожелаете». Особой мишенью Фредегара, если не сказать объектом его поношений, являлась вестготская принцесса Брунехильда, которая прибыла к бургундскому двору из Испании и, как утверждается, наполнила его насилием и ненавистью: «Tanta mala et effusione sanguinum a Brunechildis consilium in Francia factae sunt»[37].
Рассказ Фредегара завершается историей Флаохада, genere Franco (этнического франка) и мажордома дворца, который хотел отомстить бургундскому патрицию по имени Виллебад. Они со своими людьми сошлись за стенами Августодунума:
«Бертар, трансъюранский франк… первым напал на Виллебада. И бургунд Манаульф, скрежеща зубами от ярости… выступил вперед со своими людьми, чтобы сражаться. Бертар когда-то был его другом, а теперь он сказал: „Подойди под мой щит, и я защищу тебя…“ – и поднял свой щит, чтобы укрыться. Но [Манаульф] ударил его в грудь своим копьем… Когда Чаубедо, сын Бертара, увидел, что его отец в опасности, он швырнул Манаульфа на землю, пронзил его своим копьем и убил всех, кто ранил его отца. И таким образом, с Божьей помощью, хороший мальчик спас Бертара от смерти. Те герцоги, которые предпочли не направлять своих людей на Виллебада, теперь разграбили его палатки… Невоевавшие забрали много золота и серебра, лошадей и другие предметы».
Как выразился один из авторитетных ученых, «чудо для общества раннего Средневековья – это не война, а мир».
Ко времени Фредегара монархи Меровингов оказались низведены практически до нуля руками своих мажордомов и графов. Более того, политический центр тяжести переходил к Франкской Австразии (Восточной Франкии). Дагоберту, правившему Нейстрией («новой Западной землей»), предстояло стать героем прекрасного французского детского стишка: «Le Bon Roi Dagobert. A mis sa culotte à l'envers» («Добрый король Дагоберт надел штаны наизнанку»). Но кроме этого он сделал Париж главной столицей. Решающая битва при Тертри в Пикардии в 687 году обеспечила подчинение Бургундии Австразии.
В начале VIII века движение бургундов за отделение, начатое воинственным епископом Савариком из Осерра, спровоцировало тот самый исход, которого стремились избежать сепаратисты. Карл Мартелл (688–741), основатель не только династии Каролингов, но и в значительной степени империи Каролингов, напал на Бургундию, чтобы поставить ее на колени. Прибыв как победитель эпохальной битвы при Туре против сарацин в 732 году, он продолжил изгонять их с плацдармов в Провансе и Лангедоке. Одним из ярких моментов его кампании стал штурм удерживаемого сарацинами Арля в 736 году:
«Собрав силы в Сарагосе, мусульмане в 735 году вступили на территорию франков, перешли реку Рона и захватили и разграбили Арль. Оттуда они нанесли удар в сердце Прованса, завершив его взятием Авиньона… Исламские силы [совершили набег] на Лион, Бургундию и Пьемонт. И снова на помощь пришел Карл Мартелл, отвоевав большую часть утраченных территорий в двух кампаниях 736 и 739 годов… [Он] положил конец любым серьезным мусульманским походам через Пиренеи [навсегда]».
Он же положил конец надеждам бургундов на то, что в ближайшее время Regnum Burgundiae может возродиться снова.
В течение ста лет после Карла Мартелла империя франков пережила период процветания, затем зашаталась и пала. Карл Великий проводил большую часть времени либо на севере в Аахене, либо сражаясь на периферии своих земель с маврами, славянами и аварами. Своими бургундскими владениями он не особенно интересовался. Тем не менее в 773 году он собрал большую армию в бургундской Женеве для своей войны с лангобардами. Воодушевленные благоприятными сообщениями от римского папы, его войска перешли Альпы двумя огромными колоннами, одна из которых прошла через перевал Мон-Сени, другая – через Большой Сен-Бернар. Организовав длительную осаду столицы лангобардов, Павии, он, как кающийся, на коленях поднялся по ступеням собора Святого Петра в Риме. Позднее он создал первое папское государство.
По традиции своих предков Карл Великий планировал разделить свою империю между сыновьями. Но в данном случае, поскольку его пережил только один сын, империя оставалась нетронутой, пока в 843 году ее не разделили между тремя его внуками. Верденский договор создал деление, которое сохранялось на протяжении большей части европейской истории. Один из внуков Карла Великого взял себе Западную Франкию, которой со временем предстояло превратиться в королевство Франция. Другому досталась Восточная Франкия, ставшая ядром зарождающейся Германии. Старший внук вместе с императорским титулом взял себе длинную полосу территории в центре. «Срединное королевство» Лотаря[38]
