– А что?
– Ты сказал, будто собираешься кое-что проверить. Что ты имел в виду?
– Да так, пустяки. Мне, откровенно говоря, не хотелось чувствовать его у себя за спиной с мечом в руках. Вспомни, ведь на нем оказались только брюки. А где рубашка? Сдается, он ее снял, желая избавиться от следов крови.
– Возможно. Знаешь, Хок, нам с тобой и раньше приходилось распутывать сомнительные дела, но это будет самое гнусное. Какая-то бессмыслица. Я понимаю, что Блекстоуна могли убить, у него врагов было больше, чем у всех нас вместе взятых. Но почему теперь Боумен? И зачем такой зверский способ убийства?
– Понятия не имею.
Поднявшись с колен, Хок какое-то время внимательно изучал кинжал убитого, потом заткнул его за голенище сапога. Фишер тоже поднялась и осторожно озиралась по сторонам. Меч она из рук не выпускала. Хок посмотрел на тело Боумена.
– Может быть…
– Что?
– Не исключено, что его смерть была случайной. Боумен вышел в коридор и, возможно, столкнулся с преступником, поэтому у того не было другого выхода, как только убрать нежелательного свидетеля.
– Но этим не объяснишь жестокость, с которой убийца расправился с Боуменом… И почему такие странные раны на руках и груди? Они явно напоминают следы когтей.
– Что ты хочешь сказать? По-твоему, он убит зверем?
– Не обязательно. Вспомни убийцу из Долины. Все считали, будто убийца – медведь, а им оказался человек с медвежьей лапой, привязанной к дубинке.
– Да, я помню это дело. Но зачем убийца пошел на такие хитрости, когда с Блекстоуном он расправился самым тривиальным образом? Если только…
– Если только что?
– Если только действовал тот же самый убийца. Вспомни, Визаж угрожала убить Боумена и отомстить за Блекстоуна…
– Два убийцы под одной крышей? Помилуй, Хок, это уж слишком! – застонала Изабель. – Я слышала слова Визаж, но в них звучали горе и гнев. Ты же ее видел. Неужели ты предполагаешь, будто такая крошка могла убить человека подобным способом?
– Нет, конечно. Слушай, а я ведь уже видел подобные раны.
– Правда? Где?
– В Девилс Хук, – резко ответил Хок. Он посмотрел на мертвое тело и сердито потряс головой. – Дело с каждой минутой все запутывается. Пойдем осмотрим спальни. Вдруг нам повезет.
– Будем надеяться.
Они начали с первого помещения слева от лестницы. Эту комнату Гонт предоставил Кэтрин после убийства Блекстоуна. Комната выглядела совершенно нежилой: горела масляная лампа, постель не смята. Кэтрин не откинула даже покрывала.
– Странно, – пробормотал Хок, глядя на постель. – Она была в шоке, Гонт дал ей успокоительное, но взгляни, она даже не прилегла. Она даже не разделась.
– Наверное, кого-то ждала, – предположила Фишер. – Боумена, например.
– Пожалуй, – согласился Хок. – Это объясняет, почему он оказался в коридоре… Ладно, давай дальше…
– А что нам искать кроме окровавленной одежды?
– Что попадется на глаза. Узнаем, когда найдем.
– Здорово придумано, Хок.
– Рад, что тебе по душе.
Они медленно и методично осматривали комнату. Осмотр не занял много времени. Шкаф пуст, только на столе валялось несколько безделушек. Ничего не разложено по полкам. Хок заглянул под кровать, но обнаружил там лишь треснувший ночной горшок и толстый слой пыли. Поднялся и снова оглядел комнату. Фишер стояла возле стола.
– Нашла что-нибудь?
– Не уверена. Посмотри сам.
Хок подошел к ней. Фишер держала в руках небольшую деревянную шкатулку. Дерево было прекрасно отполировано, но в целом шкатулка не отличалась ничем примечательным. Хок удивленно поднял глаза на жену. Она, улыбнувшись, открыла крышку. В свете лампы блеснула груда колец, серег и ожерелий: золото, серебро, изумруды, рубины и бриллианты – все было перемешано в полном беспорядке.
Хок, вытащив из груды украшений одно кольцо, повертел его в руках.
– Красивая вещь.
Положив кольцо обратно, он задумчиво взглянул на драгоценности.
– Эта шкатулка стоит уйму денег, больше, чем мы с тобой вместе заработаем за год. А ведь Кэтрин даже не заперла ее.
– Значит, либо она просто беспечна, либо дома у нее драгоценностей побольше.
– Это меня не удивило бы. Ну и что ты думаешь?
– Сам посуди, Хок. Предположим, Кэтрин и Боумен договорились убить Блекстоуна по тем причинам, о которых мы уже упоминали. А затем Кэтрин решает, что Боумен ей уже не нужен, у нее достаточно денег и прекрасная репутация. Он приходит к ней, они ссорятся, дерутся, и она убивает его.
– Чем? – спросил Хок. – Где орудие убийства? Когда мы появились, она стояла около тела, так что у нее не оставалось времени спрятать что-нибудь. Вспомни, она ведь была полностью одета, на ней не видно ни капли крови. Да и кроме того, вряд ли женщина может убить мужчину подобным образом. Даже будь у нее оружие, ей не хватило бы сил.
– Когда люди вне себя, они способны на все, – возразила Изабель.
– Да, вероятно, ты права. Давай проверим остальные комнаты.
Следующей оказалась ванная. Хок и Фишер остолбенели при виде изразцовых стен и огромной фарфоровой ванны. Почти бассейн – шесть футов в длину и три фута в ширину. За ванной стоял изящный фарфоровый столик с зеркалом и прекрасный резной деревянный шкафчик.
– Вот это настоящая роскошь, – мечтательно сказала Фишер, нежно проводя рукой по ванне. – Никаких медных котлов, Хок, хватит. Я хочу такую же.
– Смеешься? Ты представляешь себе, сколько она стоит? Кстати, я слышал, что все это вредно для здоровья.
– Вредно? Разве ванна может повредить здоровью?
– Представь – пар, да еще в закрытом помещении… Быстро заработаешь ревматизм.
– Но зато как приятно! Попробуй, какая гладкая поверхность. Представь себя в ней, в горячей воде, в душистой пене… – Она оценивающим взглядом посмотрела на ванну. – Пожалуй, мы поместились бы в ней вдвоем.
– Закажу такую же завтра, – пообещал Хок. – Но для ее оплаты тебе придется просить повышения по службе.
Они рассмеялись и принялись осматривать комнату. Здесь ничего существенного не оказалось, и они быстро справились с осмотром.
– Ну не знаю, – вздохнул Хок. – Как ты думаешь, под шкафом ничего не может быть?
– Не думаю. Разумеется, есть вполне надежный способ проверить…
– Ты думаешь, я такой псих, что буду поднимать шкаф? Глубоко заблуждаешься, дорогая. Я спросил мимоходом. Идем дальше.
– Следующая – комната Блекстоуна.
– Быстренько ее осмотрим, только чтобы убедиться, что в ней для нас нет ничего интересного.
– А как поступим с Боуменом? – внезапно спросила Фишер.
– Что тебя беспокоит?
– Мы же не оставим его валяться посреди коридора. Давай перетащим в ту комнату. Тогда он не будет хотя бы мешаться под ногами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
