был спокойным, на нем катались все его дети. Да и он сам уже достаточно много лет.
— Всегда знал, что такого хоть на скачки посылай. — гордо говорил старик собравшимся вокруг коллегам Джаннет. — Только вот нужен он мне был, чтоб дрова возить. Вот он и постарел от такой жизни. А теперь его и в телегу впрягать нельзя. Только на такой заработок годится. А раньше-то какой был, ух, огонь!
Джаннет тоже почувствовала, что конь слаб. Она ощутила, что некогда он был необычайно силен, полон энергии. Ей хотелось галопом понестись в горы, но девушка все время себя останавливала, так как сама боялась этого своего желания. Хотя в седле Джаннет держалась уверенно. Конь слушался ее, и между ними образовалась необъяснимая связь. Джаннет словно всю свою жизнь каталась на лошадях, и сейчас не хотела останавливаться. Ей нравилось чувствовать ветерок на своем лице и покачиваться в седле. «Хорошо живется этим людям, — подумала девушка, — они не знают, что такое автомобильные пробки».
Когда пришло время слезать с коня, Джаннет сделала это так же ловко, как и взобралась.
— Поздравляю! — весело сказала Рая, — Ты только что исполнила свою мечту. Можешь поставить галочку перед этим пунктом. Вот только ни за что бы не сказала, что ты никогда не каталась на лошади. Я думала: ты сейчас сорвешься с места и понесешся в горы.
— Она так бы и поступила, если бы конь не был слишком стар, и ей не было жалко старика, у которого сердце бы не выдержало. Кстати, конь бы с великой радостью ее послушал. — пошутил Саид.
Но Джаннет подумала, что он попал в самую точку.
По дороге домой Джаннет дремала в автобусе, и ей снилось, что она скачет верхом на прекрасной белой лошади…
Глава 13
66 г. до н. э.
…Лошадь принцессы была белой. Деянира скакала на гнедой. Солнце близилось к закату, но нужно было успеть добраться хотя бы до первого поселения. Сама Деянира могла ночевать в сердце леса, но пойти на такое, сопровождая принцессу Фою, дочь царицы Орифии недопустимо. Она должна оберегать девушку ценой своей жизни.
Уже четвертый час они скакали без остановки, но могли пробыть в пути еще столько же, не тратя времени на привал. Амазонки принадлежали к числу сильных представительниц своего пола. Лошади наездниц могли пробежать без устали еще не одну скалистую дорогу. Им лишь нужно было напиться воды, так как день выдался знойный.
Запах конского пота въедался в кожу. Деянире это было не страшно, можно считать, что вся ее жизнь проходила верхом на лошади. Но Фоя, хотя и воспитывалась в духе своего народа, росла в совершенно иных условиях. Она воспитывалась в Амасье, древней столице Понтийского царства. Принцессы рода амазонок считали себя вправе обучаться в этом городе, так как в давние времена эта область принадлежала царству амазонок. Доказательством этому служило само название Амасьи, которое имело свои корнем слово «амазонка». Пять лет назад этот величественный город был захвачен римлянином Лукуллом, и Фоя была отозвана матерью домой в горы над Албанией, к границе со скифскими племенами гелов и легов. В Амасье — центре наук и искусств Фоя обучалась всему, что должна знать и уметь принцесса. У нее были лучшие учителя. В наставниках Фои числились самые известные мыслители Понта. К четырнадцати годам Фоя получила достаточно знаний, чтобы уезжая из Амасьи, вернуться на Родину достойной принцессой. Мать Фои, царица Орифия, проживала у реки Мермадалида, которая и разделяла ее страну с землей скифов.
Деянира же всю свою жизнь провела в этих краях и как все амазонки выполняла отведенную ей работу. Кто-то занимался пахотой или садоводством, кто-то ухаживал за скотом. В особенности амазонки ценили и разводили хороших лошадей. Лошади их отличались грацией, но, несмотря на свой утонченный вид, были крайне выносливыми и прекрасно приспособленными для горной местности. Особо ценились разводимые в этих областях лошади золотистой масти. Наиболее сильные амазонки занимались охотой верхом на лошадях, а также военными упражнениями. Именно военная стезя и являлась делом Деяниры, она состояла в личной охране царицы Орифии. С юности у Деяниры, как и у многих амазонок, была выжжена правая грудь, чтобы она могла свободно пользоваться правой рукой при метании копья и стрельбе из лука, и могла носить за спиной стрелы. Деянира прекрасно управлялась также и боевым топором. Легкий щит, которым в нужное мгновение она могла оградить себя и царицу, всегда был при ней. На поясе из звериной шкуры у Деяниры был прикреплен острый нож, также у нее имелся характерный меч амазонок.
Конечно, у принцессы Фои было прекрасное тело, и ее не коснулась участь женщин-воительниц. Ее предназначением были не военные и не пахотные дела. Напротив, принцесса должна была сохранить всю свою красоту и произвести на свет наследницу. Сама Фоя обладала необыкновенно притягательной и яркой внешностью. Длинные темно-каштановые волосы Фои были заплетены в косу и подняты высоко, чтобы принцессе не было жарко в столь душный день. Деянира восхищалась тем, как стойко девушка переносит дорогу и как ровно держится в седле. «Истиная царская кровь течет в ее жилах!» — думала про себя женщина. Ведь не только мать Фои являлась царицей, отцом ее был Великий правитель и полководец Гай Юлий Цезарь. Только об этом не принято было упоминать и, в силу обычаев амазонок, об этом следовало вовсе забыть навеки. Амазонки никогда не претендовали на право наследниц перед отцами, ровно как и сыновьям, рожденным ими, никогда не суждено было узнать свою мать. Но сейчас судьба распорядилась так, что цель ее матери и отца совпала. Она ехала к их противнику, пытавшемуся захватить земли матери и власть отца, к Гнею Помпею Великому. Царица Орифия поручила дочери всячески содействовать правителю Кавказской Албании царю Оройсу. Это было связано с походом Помпея на Кавказ.
Гней Помпей давно задумал свой Кавказский поход. Он хотел воспользоваться своим правом на самостоятельную внешнюю политику, чтобы добиться славы покорителя Кавказа. Ведь до него ни один римский магистрат не заходил с армией так далеко. Помпей собирался завершить начатое Лукуллом и надеялся провести победоносную кампанию. Имя Лукулла, захватившего Амасью, было ненавистным для Фои. Она не могла простить ему разгром, совершенный им в городе, с которым у нее было связано так много прекрасных воспоминаний. Лишь происхождение спасло принцессу от ужасной участи. Но забыть руины, в которые превращала город армия этого человека, Фоя была не в силах. Большая библиотека была разрушена на второй день после вторжения полководца.
