class="p1">То же и в современном изводе идеологических споров. Очевидно, что для того, чтобы поделить богатства по справедливости между всеми гражданами, их надо накопить. Либеральная конкурентная рыночная экономика позволяет это сделать. Но одновременно она порождает вопиющее неравенство. В свою очередь, ограничения, налагаемые на рыночную экономику во имя социальной справедливости, доведенные до логического завершения, приводят к снижению потребления, карточной системе распределения и прочим знакомым нам до боли «прелестям» социализма. В странах с налаженной политической системой эта дилемма решается раз в пять или шесть лет – на выборах, на которых поочередно к власти приходят поборники то одного, то другого пути развития. Тем самым достигается необходимый компромисс, и страна избегает крайностей в своем движении вперед.
Мне кажется, что и нас жизнь заставляет идти этим путем. Так, например, ярые сторонники онлайн-обучения еще недавно были готовы насмерть сражаться с архаичными поборниками офлайна. Последние, убедившись в силу сложившихся обстоятельств – работы в условиях пандемии – в эффективности такого подхода, стали активно осваивать онлайн. В свою очередь, адепты дистанционного обучения, продолжая долгое время пребывать в невольном заточении в своих квартирах, истосковались по живому общению с детьми.
И так во всем, в большом и малом. Как же прав был русский философ Владимир Соловьев, утверждавший в работе «Оправдание добра»: «Мировая задача состоит не в создании солидарности между каждым и всеми – она уже и так существует по природе вещей, а в полном сознании и затем в духовном усвоении этой солидарности со стороны всех и каждого».
Между тем осознание этой непреложной истины не приходит к представителям какократии.
Власть плохого: вирус сносит корону с какократии
Все мы нынче с тревогой и одновременно с надеждой заглядываем за горизонт. В том смысле, что пытаемся определить модус существования страны и человечества в целом после пандемии. Бесспорно, это будет совсем другая жизнь. А как утверждалось в известном шлягере еще прошлого века, «жизнь невозможно повернуть назад». К сожалению, это пока доходит не до всех. Увы, меньше всего к осознанию этой очевидности готовы наши так называемые «эффективные менеджеры».
Отсюда бесчисленные проколы и нелепые действия, сводящие на нет, даже страшно подумать, прямые распоряжения президента РФ. Уже ставший хрестоматийным пример, который, наверное, войдет в будущие учебники по госуправлению: высочайшим распоряжением было предписано в разы повысить оплату врачей и персонала, находящегося на переднем крае борьбы с коронавирусом, а на практике это выразилось в мизерных суммах, размер которых ставился в зависимость от фактического времени (в минутах) непосредственного контакта с зараженными. Такой извращенный подход, естественно, вызвал возмущение первого лица государства, вынудив его для контроля за исполнением своего распоряжения подключить Следственный комитет.
Возникает законный вопрос: с чего это вдруг чиновники на местах внезапно набрались окаянства, чтобы так обкакать прямые указания национального лидера? Раньше за ними такой смелости не водилось. Не торопитесь упрекать автора в использовании вульгарной лексики. Это не то, о чем вы с ходу подумали. Примененный в данном случае глагол – производный от термина «какократия». Для непосвященных сообщаю: термин «какократия» происходит от греческого слова «какос», что означает «плохо». Следовательно, какократия – это власть плохих, или, если угодно, власть плохого. Это не ругательство, а научная характеристика. Но можно ли на основе единичных примеров головотяпства отдельных чиновников строить такие обобщенные выводы?
Очень даже можно, коль скоро такое, с позволения сказать, исполнение распоряжения президента РФ отмечено не в одном, а в дюжине регионов. Отчего так? С прискорбием должен отметить, что в данном случае мы имеем дело не с ошибкой бюрократов, а с systemerror (системным сбоем). Суть его заключается в том, что для вышколенного всем последним десятилетием менеджера нет бога, кроме калькулятора!
Какой сферы деятельности ни коснись, везде доминирует бухгалтерский подход к оценке эффективности труда работника. Четко определены: лимит времени врача, отведенный на прием одного больного (15 минут), временные рамки собеседования с безработным, обратившимся в службу занятости (12 минут), норматив на опрос студента на экзамене (15 минут). В школах в последнее десятилетие подушевое финансирование, а оценка эффективности труда педагога просчитывалась исходя из человеко-часа (количества детей, которое обслуживает учитель в определенный период времени).
Таким образом, вся социальная сфера давно и бесповоротно превращена в сферу услуг и взята под жесткий финансовый контроль. В свою очередь, нарушение финансовой дисциплины влечет за собой неотвратимые наказания вплоть до уголовных. Ну и кто из чиновников после этого рискнет размашисто выделять средства, не подстелив под широкую гуманитарную акцию соломку в виде финансовых отчетов? Касается ли это поддержки врачей или выделения средств на питание детей – какая разница! Везде руководителям приходится думать прежде всего о доказательствах своей финансовой невинности при целевом расходовании бюджетных ассигнований.
Увы, в который раз мы с энтузиазмом открываем Америку. Между тем в своей книге «Тирания показателей» Джерри Мюллер убедительно показал, как одержимость цифрами угрожает образованию, здравоохранению, бизнесу и власти.
Но коронавирус, будь он неладен, снес корону с какократии, подтвердив откровение мальчика из пьесы Шварца: «А король-то голый». Очевидно, что дальше управлять нельзя! Выходит, что калькулятор придется забросить? Не будем спешить с выводами: все не так просто. Приведу пример из близкой мне сферы образования. Сегодня, в целях соблюдения эпидемической безопасности, с сентября предлагается резко уменьшить количество учеников в классах. Отлично, но тогда резко увеличится количество классов, и потребуются большие дополнительные средства для обеспечения зарплаты педагогов. Кроме того, поскольку общее число детей в образовательных учреждениях останется прежним, сокращение их количества в классах приведет к переходу на двухсменную, а то и трехсменную работу школ. Напомню, что до сих пор, во исполнение майских указов президента, губернаторы отвечали головой за ликвидацию второй смены и отчитывались за строительство новых школьных зданий и детских садов. Очевидно, что экономический кризис похоронит эти проекты. По всему выходит, что калькулятор в широком смысле слова отбрасывать рано. Только использовать его надо по прямому назначению, для проведения системного анализа экономической ситуации после пандемии. На основании такого анализа можно будет принимать обоснованные адекватные управленческие решения.
Но, как известно, надежда умирает последней. У чиновников, и не только у них, она связана с разработкой вакцины, которая избавит мир от этой напасти. Чаяния «эффективных менеджеров» очевидно связаны с тем, что после изобретения противоядия все вернется на круги своя.
В этом случае бывалым, закаленным в отечественном реформаторском котле педагогам суждено будет подготовить серию новых методических материалов, отражающих поступательное победное движение назад. Таких материалов пока не существует. Но легко вообразить содержание решебника (сборника задач)
