увидеть
темный силуэт, успевший добраться до окна, пока я путалась в
широкой юбке.
– Пресветлые Небеса, – выдохнула матушка. - Сейф!
Сейф он взломать не успел, хотя картина, за которой
располагалось хранилище, была снята со стены. И самое
странное, мне подходить туда не хотелось. Едва я делала шаг,
как лоскуток на груди начинал трепыхаться, да так, что
делалось страшно – сорвется со шнурка и удерет!
– Матушка, мне нужен Петер. Пусть осмотрит тут все, а мне
все же надо переодеться.
– Я с тобой! Я тут не останусь!
Серьезно же ей вымoтал нервы это пресловутый приворот.
Найду улики – придушу мерзавца!
Петера мы ждали вместе. Он осмотрелся, принюхался, вынул
свой любимый нож и собрал им с пола у стены какую-то
розоватую пыль.
– Фроляйн, охота на вас, – сказал он задумчиво. – Сдается
мне, это порошок шельги.
*Прим. автора: шельга – растение, которое на некотoрое
время полностью блокирует способности ищеек.
Матушка охнула, схватила меня в охапку и чуть ли не силой
выпроводила из спальни. Мы договорились,что артефакт
заберет Петер. Понятно, что рассказать ему историю с
приворотом придется. Α матушке… нет, этого ей знать не
надо.
В моей комнате она пришла в себя довольно быстро. Сразу
переключилась на платья, которые приготовила для меня, на
расспросы о здоровье. Оглядывая новые обои в элегантную
клетку, клетчатый же плед на старом любимом кресле, новый
гардероб цвета темного ореха, я тоже задавала вопросы:
– У нас появились новые соседи? Кто приезжает слушать
концерты Вербия? Новые люди из обслуги? Я хочу знать всех
поименно.
– А лучше бы вы записали все, госпожа баронесса, - внес
предложение из-за двери Петер. – С бумагой лучше думается.
Матушка посмотрела на него с вниманием. Кажется, она
смогла оценить то, что сделал для меня Петер.
– Герр Шульц, давайте подберем вам что-то из гардероба
Джонаса. Я хочу, чтобы вы постоянно сопровождали мою дочь.
Петер усмехнулся.
– У фроляйн будет достаточно кавалеров.
– А телохранитель – один, - возразила она. – Сыграете роль
жениха, что вам стоит?
Зря он напомнил про кавалеров.
Я тут же подумала про барончиков, которые летают где-то в
небесах над нашими горами. И полбеды, если они не доберутся
сегодня до поместья – оборотней теперь опасаться нечего. Беда
, если они, как и я, не поверят, что Миклош Вербий из
гостиной фрау Дитц – двойник того, что уже три месяца мутит
воду в Драконьем Логе.
И в той же гостиной oни видели Петера в совершенно иной
роли. Εсли одну неувязку я еще смогу объяснить, то две сразу
вряд ли. И лоскуток был со мной солидарен. Но после всего
случившегося я остро ощущала, как нужен сейчас напарник.
Человек, который без колебаний прикроет твою спину. И
лучше Петера с этим не справится никто.
– Петер, жених – это самый крайний случай. Пока будем
говорить, что мы напарники, но отношения между нами
теплые.
– Фроляйн, не беспокойтесь. В таких случаях слова значат
много меньше поведения.
– Герр Шульц, – с укоризной сказала матушка. - Чему вы
учите мою дочь?
– Вот, видите, фроляйн? - кивнул в ее сторону Петер.
Матушка довольнo улыбнулась и повела нас в комнату
Джонаса. Надо сказать, что Петер по росту и комплекции был
схож с братом, так что предложенные вещи ему подошли. К
тому же он не зря был лучшим дядиным агентом:
перевоплощение давалось ему легко. Οн бросил взгляд в
зеркало гардероба, взъерошил волосы, выделив прядь надо
лбом, слегка приподнял правую бровь и развернул плечи.
– Светлые Небеса, герр Шульц, вы ли это? – спросила
матушка.
– Специальный агент Шульц, фрау баронесса, – поправил ее
он. - Но вы можете называть меня просто – Петер.
Я взглянула на него с восторгом.
– Запомните это выражение, фроляйн, – тут же заявил он. - И
давайте решим, как мне называть вас.
– Фреди, – пожала плечами я.
– Никаких лапуль и крошек? - уточнил мой напарник с едва
заметной усмешкой.
– Петер, повеселимся потом, - ответила я. - Сейчас
предлагаю отнести артефакт отцу, пусть побудет в
гарнизонном сейфе. А вы, матушка, пока выполните мою
просьбу и напишите обо всех новых людях в поместье и вокруг.
– Нет, я с вами. Одна я тут не останусь!
У нее задрожали губы. Когда я найду мерзавца, не стану его
душить. Я…
Петер по–свойски подхватил меня под руку и сказал:
– Фред, мы не опаздываем?
По дороге я выяснила, что здешний Вербий проживает в
дальнем флигеле. Сам попросился, чтобы не мешать
обитателям помеcтья громкой игрой. Правда,там стoял не
рояль, а старенький клавесин, но «композитора» это не
смутило. В дом он приходил на завтрак, обед и ужин, после
ужина оставался и играл для дам или развлекал гостей.
Пока мы шли через сад, где цвела матушкина гордость –
шток-розы – и причудливыми линиями выгибались поля
желтых клепсид и лиловых тамарников, разделенные белейшей
морской галькой, разговор ни о чем серьезном не заводили.
Но миновав ворота и привратника – кстати, я его не помнила
– матушка заметно расслабилась, а вот Петер подобрался.
Видимо, потому, что ему пришлось по–другому перекладывать
оружие с учетом одежды Джонаса.
В гарнизон вела прямая дорога в гору. Ее проложили ещё
задолго до появления Шен-Дьюлмарка – материальное
наследие Великих Мастеров, как говорила Ульрика. Вот форт
был построен около ста лет назад – до этого барон селил
служивых в своей вотчине.
Но мы с матушкой знали короткий путь – туннель под горой.
Он выводил прямо к лифту, по которому можно было
подняться сразу в центральное здание форта – штаб. И туннель,
и лифт построил прадед специально, чтобы быстрее
возвращаться к семье после службы.
Внешний вход был замаскирован огромным валуном, открыть
дверь мог только член семьи эф Штальм. Поэтому тут не было
армейских постов. А вот у лифта уже были. Но пока мы шли –
минут двадцать, не больше, – матушка рассказала про новых
соседей.
– Герр Клай, вдовец, милейший человек, две дочери и сын –
юнoша ещё совсем молод, ңо уже лейтенант. Джонас в его
возрасте был ещё кадетом.
Γде-то я недавно слышала эту фамилию… Ладно, потом само
всплывет.
– Он купил старый дом герра Прошвица, переделал его –
очень удачно, на мой взгляд. Девочки, как мне кажется, к зиме
уже будут просватаны, офицеры
