то ли от холода, то ли по привычке. Вытащив билет из изящного кошелька, пассажирка с чемоданом на колесиках, протянула его одной из них, отметив завистливый взгляд, оценивший ее коротенькую норковую шубку.
— Паспорт предъявите — процедила проводница, не упустив возможности пробежать глазами по всем страницам документа. Сверив данные, она махнула рукой в сторону проема, как будто в вагон был другой вход, а сама снова отвлеклась к своей напарнице. Девушка с чемоданом, пройдя в вагон, скинула капюшон, обнажив короткую модельную стрижку. Это была блондинка с милыми, но резкими чертами лица, поджав губки она оценила многолетний, видавший виды вагон и нажав на кнопку, вошла во второе от входа купе. Никого кроме нее в тут не было, она бросила чемодан на багажную полку, в глубине души надеясь на путешествие без попутчиков. Через пять минут после отправления, дверь ее купе резко отъехала, звякнув отбойником и на пороге возник здоровенный детина, всем своим видом демонстрировавший связь времен с лихими девяностыми.
— О красава какая! — довольно улыбнулся он, мелькнув при этом в глубине рта позолоченным зубом. — Соседями будем!
— Если вы переодеваться, я выйду. — она брезгливо осмотрела его заплывшую фигуру, в спортивном костюме, понимая что вопрос задан явно не по адресу.
— Да ты не манерничай! — пробасил парень, демонстрируя прямой, как дорога к счастью, напор. — Кроме нас никого не будет больше, остальные койки все мои. — и с явным удовольствием швырнул три билета на стол.
Ей стало неприятно до тошноты от мысли, что следующие полтора дня ей, превозмогая отвращение, придется ловить на себе похотливые взгляды и хотя бы односложно отвечать на его нелепые вопросы. Взглянув на часы и быстро решив, что время до полуночи ей лучше провести в вагоне ресторане, она схватила кошелек и стараясь не коснуться в ограниченном пространстве купе колен своего соседа, шмыгнула за дверь, под насмешливым взглядом мужлана. В вагоне ресторане помимо нее, одиноко присевшей к окну за свободный столик, сидело несколько пар, вполголоса обсуждая преимущества столицы. Подозвав официанта, она сделала явно нестандартный для этого заведения заказ, о чем яркими огнями семафора свидетельствовали вспыхнувшие глумливым светом его глаза. Разглядывая, в ожидании заказа, потянувшийся за окном скучный пейзаж заброшенных промзон области, она поймала себя на мысли, что ненавидит тот день и час, когда дала согласие своему отцу на вояж на край света.
Вернувшись в свой вагон через несколько часов, высиженных за овощным салатом и бокалом вина в затертом ресторане, она на мгновение помедлила, прежде чем взяться за ручку двери, прислушиваясь к шорохам с той стороны, затем пожав плечами, откатила дверь, тихо скользнув в темноту купе. Ее сосед лежал на нижней полке, накрывшись с головой простыней, на столе виднелись остатки вечерней трапезы и недопитая бутылка пива. Оценив его ровное похрапывающее дыхание, девушка, не включая свет, расстелила белье на свободной нижней полке и забралась под одеяло, морщась от прикосновения колючей подушки. Пролежав некоторое время в тишине вагона, качавшегося в такт рельсовым стыкам, ее понемногу разморило и сознание отключилось, уйдя в объятия морфея. Сквозь сон она не сразу различила, как ее рот накрыла чья то сильная рука, лишив доступа воздуха и возможности закричать, а другая рука заскользила под одеждой. В ужасе она очнулась, поняв, что на нее всем весом навалился похотливый сосед по купе, решивший воспользоваться ее слабостью и беспомощным состоянием. Не в силах оказать сопротивление здоровяку, она только просила бога, беззвучно шевеля онемевшими губами, быстрее закончить свое испытание над ней, не лишив разума и чувств. Грубо надругавшись над девушкой, детина громко охнул, скатившись на пол купе, затем похлопал тяжелой рукой по ее распластанному телу и не услышав в ответ ни звука, удивленно закряхтел, с трудом вставая и застегивая штаны. Из открывшейся двери потянуло холодным воздухом по низу, луч света упав на ее тело, осветил девушку, до крови закусившую губу, дверь захлопнулась и удаляющиеся шаги затихли в стороне туалета. Все это время она лежала, устремив невидящие глаза в потолок и прижав руки к оголенной груди. Щелчок двери вывел ее из ступора, она наклонилась к сумке, стоявшей под столом, нашарив там пластину, выдавила из нее пару таблеток и приглядевшись, кинула их в узкое горлышко бутылки с пивом. Через пару минут, дверь открылась и здоровое тело заслонило размытый свет из коридора, плюхнувшись на свою койку. Парень еще раз оглядел слабо различимую фигуру девушки, накрытую простыней, ухмыльнулся, предчувствуя веселую ночь и потянулся к пивной бутылке. Из темноты два горящих ненавистью глаза наблюдали, как ходил в такт его глоткам кадык под покрытой щетиной кожей, отсчитывая последние минуты его никчемной жизни. Удовлетворившись увиденным, она отвернулась к стене, никак не реагируя на захрипевшего соседа, на клокотание в его груди и посмертные хрипы. Улыбнувшись своим мыслям, она заснула, отомщенная в своей трагичной поездке, а утром буднично постучав в купе проводников, позвала их констатировать смерть пассажира от сердечного приступа, виной которому был, по ее мнению, неправедный образ жизни и кара божья. Хотя ее мнение возможно ошибочно и при вскрытии тела врачи, наверняка столкнутся с какой-нибудь запущенной болезнью.
48
Оставив за спиной плавающие в проливе льдины, компания из четырех путешественников ступила на устойчивые прибрежные льды, постепенно продвигаясь в сторону материка. Усталые, обветренные лица зимовщиков посветлели, чувствуя приближение людей и спасение их душ. Андрей сам того не ожидая, сумел найти спасительный путь на хаотично двигающихся льдинах, сходящихся и разбегающихся, гонимых волей волн и спасти своих друзей. Словно веруя в спасителя, они прошли за ним, доверившись его чутью и отваге, прежде не проявлявшихся в экстремальных условиях. До контакта с ближайшим поселением людей, оставалось около суток хода, что для уставших, вымотанных людей, было большим испытанием. Но несмотря на все лишения, выпавшие на их долю, глаза выдавали их счастье и благодарность судьбе за встречу с Громовым. Молчаливые путники, нагруженные оставшейся поклажей, не сразу заметили, как за ними увязались два белых медведя, неотступно следовавших по петляющему человеческому следу от кромки воды. Генка первый обратил внимание на мелькающие на горизонте фигуры, сразу осознав, какая опасность нависла над ними. Махнув Громову рукой он призвал всех ускориться, чтобы до ночи попытаться уйти глубже на материк, где медведи возможно не стали бы их преследовать. Для людей, перешедших за короткое время через пролив, идти практически бегом было невероятно трудно и Громов это прекрасно понимал. Уперевшись в плечи Алексу, подвернувшего ногу прыгая на льдинах, Андрей и Колька что есть сил торопились
