— Странный ты, Тони. Не беспокойся так. Что бы ни было всё будет хорошо.
— Спасибо тебе, Шон. Ты куда лучше, чем эти идиотки. No homo, если что.
— Да, я понял. Обращайся.
Глава 18
Что можно сказать про местный блошиный рынок? Здесь есть почти всё! От берушей для плаванья в лаве до не мытых трусиков драконихи. Не то сравнение! От ресницы короля снежинок, до эфирной бомбы! Вот. Кстати и стоит всё по сказочному… Пятьсот золотых только за ножны… А, они сделаны из дерева что поглощает ментальную энергию… Ну спасибо что, хотя бы справки пишите! Кстати, а зачем мы тут?
— Это не важно, мне себе нужно кое-что купить… Ты тоже можешь купить что-то если денег хватит, — улыбнулся Шон, с сигаретой в зубах.
— Всего сто золотых… Хальдер дал… И на что хватит?
— На зверушку, если поторговаться, то сможешь купить змейку какую, ну или книжку. Поверь хватит, если ты не собираешься конечно спустить всё на артефакт или бухло… Или артефакт-бухло… — пустил он мне дыма на лицо. — Моника со мной. Тебе же доверяю Нону.
— Я не вещь! — воскликнула Нона.
— Пошли, Нона, покажешь мне что тут да как, — взял я её под локоть. Она лишь удивлённо посмотрела на меня. — У нас есть сто золотых… На что спустим?
— Может… На зёрна бодрствования?
— Что это? — мы с ней уже бродили по рынку.
— Стоит съесть такое зерно и больше никогда не уснёшь! — увлечённо проинформировала меня Нона…
— А если я спать хочу? Сны видеть? И сколько они стоят?
— Одно зерно семьдесят пять золотых, — уверено ответила Нона.
— Ноночка… — очень ласково обратился я к ней. Она сразу насторожилась. — Ну и нахрен мне одно зерно!? Посадить, что ли? И получит больше? Нона зачем так бессмысленно тратить?
— Ну, я думала… Что это полезная вещь…
— Нона, нам не нужны эти семена. Ищем что-то другое.
— Ладно, может… Ух ты! Гриммуар магии тьмы для чайников!? Их всего три на всём свете… Сто золотых!? Это шутка!? Это же мифич… — пришлось прикрыть ей рот. Она медленно и умоляюще взглянула на меня… Ясно… Сами боги велели, ага?
— Зачем он мне? Я не маг…
— Умоляю, купи мне… — прикусила она нижнюю губу встала на цыпочки и смотрит на меня как просящая кошка.
— Одно условие… — оскалился я, на что она наивно улыбнулась.
— Какое? — какое? Хлопай глазками хлопай, цена высока…
— Будешь мне передёргивать своими рученьками, когда я попрошу этого? — улыбнулся я ещё шире, проговорив ей всё на ухо. Она сначала была шокирована, потом нахмурилась. Посмотрела на мой пах, потом на чёрную книгу, которая дымилась. Посмотрела мне лицо. Отвращение, я это вижу…
— Ты шутишь? — упёрла она руки в бока. — Ведь да?
— Я серьёзен, абсолютно, — какой же я мерзкий. Увидь меня Роберто отпинал бы, а девчонку сам увёл и соблазнил бы, и она бы ему отдалась полностью… — Ну так что?
— Ты… — цыкнула она, — невыносим… — и прикрыла глаза и сжала кулачки тяжело вздохнула, и произнесла заветное: — Обойдёшься!
— Ладно, — ох, если бы было соревнование по улыбкам мерзавцев, то я бы занял почётнейшее из мест. — Здравствуй! Я хочу её купить! Да вот деньги. Спасибо, — еле держался что бы не засмеяться. Я почти давился смехом… Да, я купил книгу! Зачем? Очевидно она очень ценная, и редкая. Нона её вожделеет! Я не мог так не сделать! Ха-ха! Идиотка думала, что очарует меня своим просящим видом?
— Козёл… — отвернулась она от меня, и я был уверен, что она сложила руки на груди. А зачем было такое предложение вообще? Вот честно не знаю… Подурачится захотел…
— Пошли к ним, — подхватил я её за руку и потащил за собой. Она сначала вырывалась дралась и обзывалась, но вскоре просто шла со мной за ручку отведя от меня взгляд.
— Зачем? — посмотрела она мне в лицо, со злобой и обидой. — Почему?
— Будь нормальной, Нона, будь как ревнивая сестра… А не как стерва, тогда и получишь свою книгу.
— Но почему такая просьба?
— Про передёрнуть? Ох, ну просто у тебя такие нежные ручки, мягкие… И пахнут вкусно, в общем я не удержался от приколов… Но ручки и вправду мягкие… Очень хочется засунуть их себе в штаны и…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Прекрати! На уме одна лишь похоть! — одёрнула она от меня руку
— Ладно, извини. Просто тёмная сторона всё чаще и чаще пытается выползти… Хотя раньше не пыталась…
— Не повезло твоей жене… С таким как ты… — она осуждающе посмотрела на меня.
— Жене… верно… Ей не повезло, интересно, она плакала по мне? Она скучает? — посмотрел я в небо. — Хотя не важно. Наши чувства с ней взаимны. И у обоих неприязнь. Моника, Моника… Как ты могла? Тц, тц, тц. Что ж сестра, надеюсь ты нашла себе НАСТОЯЩЕГО мужа…
— Ты о чём вообще? Про какую ты Монику? Тони? — она отстранённо уставилась на меня и отстала.
— Не важно, пошли к ним. Посмотрим, что купил Шон… — а что он купил? Интересно…
— Хорошо, идём…
— Я купил то, чего ты просила, теперь будь нормальной и всё. Отдам её тебе.
— Угу, — не верю тебе!
Мы быстро нашли их, удивительно на даже Моника себе что-то купила. И это что-то ни что иное как:
— Что это? — нихрена не понятно что это.
— О, это…нож, сделанный из…
— Драконьих зубов, — вмешался Шон. — Если тебя таким порежет… У тебя больше никогда не встанет, всё из-за породы дракона…
— Ладно, а ты что купил?
— А чего это Нона вся сникшая? — ответил он вопросом н вопрос.
— Кое-что купил, потом покажу.
— Ладно. Я купил, — улыбнулся он широко. — Новый транспорт! Золотой дракон. Сколько я за него отвалил… Как его только пленили и поработили…
— Ты купил дракона? — чего!?
— Золотого! Молодая особь. Мужская! А они, скажу тебе, редкие. Кстати, знакомьтесь, — из-за спины Шона вышел паренёк лет шестнадцати на вид. — Это Наву, сократил от Навуходоносор! Классное имя? — толкал Шон меня в плечо.
— Ты хоть знаешь кто такой Навуходоносор?
— Да, царь из мира попаданцев. О нём рассказывали многое. В общем я его назвал первым что пришло в голову.
— А что он не говорит?
— Наву, поздоровайся с этим обормотом.
— Здравствуй, обормот.
— Пхмфхахахаха! — залилась смехом Нона.
— Хеххехе! — и Моника присоединилась к ней.
— Здравствуй Наву. Тебе сколько лет? На вид шестнадцать…
— Мне триста пятьдесят лет, говорю заранее свора. Я подчиняюсь лишь своему хозяину, Шону. Ваши приказы мне до самой лампочки.
— Справедливо, лучше бы ты был девчонкой… — уплыл я в влажные фантазии.
— Чего ты мелешь, молокосос!? Какой грубиян! — начала кипятится Нона. Монике до лампочки. Она разглядывала свой клык импотенции… Так я его назвал.
— Наву прав, так что Нона он тебе не будет грушей для битья или подушкой для плакания. Он мне теперь как сын! — приобнял его Шон, притянув к себе. У парня лицо вообще беспристрастное.
— Поздравляю тебя! Ты теперь ему как отец! Смотри не обижай его… — решил я поддержать Шона.
— А откуда этот звук!? Музыка здесь!? Ещё и из моего мира!? Хочу, хочу, хочу!
Как выяснилось играл плеер, который продавал попаданец… Твою мать! Какие знакомые и любимые песни!
— Сколько за плеер?
— Двести пятьдесят золотых.
— Это много…
— Что это Тони? — подошёл Шон.
— Это сокровище сокровищ, наркотик от которого ломки хуже, чем от волшебной пыльцы! МУЗЫКА! — закричал я на весь рынок. И к нам стали стекаться люди.
— О, ты тоже попаданец? Хорошо скидка сто пятьдесят золотых. Классный прикид, кстати.
— Музыка? — задумалась Моника. Нона тоже смотрела с интересом на это.
— Хм… Столько у меня нет, но вот обмен вы принимаете?
— Да, принимаю. Если вещь разумеется ценная.
— Тони, нет! Он слишком ценен! И куда дороже, чем его нам продали!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что вы купили? — спросил Шон.
— Книжку чёрную. Что-то там про тьму, Нона за неё мне не передёрнет… Так что нахрен? МУЗЫКА ЛУЧШЕ!
— Но…н-но… Тони… — Нона ну что это за книжка такая, что ты чуть ли не рыдать готова?
— Чёрная? Покажи, — попросил Шон.
