понять не могу. Какого черта происходит в этом городе? Ты что, царица? По мне так обычная замухрышка. Так какое право имеешь трогать моих мужиков?! — прорычала, толкнув тело вперед, — своих загнобила, так на чужих перешла? Апокалипсис наступил и рабство вернулось?!
— Ты кто такая? — обиженно воскликнула пострадавшая, — они сами согласны на все ради меня!
— Думаешь? — хмыкнула я, — парни, можете перебраться ко мне, — повернулась к ее «согласным на все».
Те и слова не сказали, синхронно кивнули и упали на колени.
— О, боги, — скривилась я, — Тит, помоги жертвам домашнего насилия, проводи и напои чаем.
Тит не стал возражать и забрал четверых бедолаг в дом.
— Но ты не можешь! — поджала губы женщина, — Дарла говорила, они мои навсегда! Эти существа согласны на все ради женщин, как ты не понимаешь! Им не нужна свобода! Они как тараканы, заберешь этих, так к вечеру найду других!
— С Дарлой я еще поговорю. А сейчас забери свой пирог и не попадайся мне на глаза.
Тенденция дискриминации по половому признаку в этом городке мне совсем не нравилась.
Женщина зло зыркнула и скрылась за дверьми соседнего дома, хотя через минуту рассерженное лицо показалось возле отодвинутой шторки в окне.
Похоже, мне объявлена тихая война. Как-то переживу. Только нужно научить мужчин не открывать посторонним женщинам двери, а в случае чего дать отпор. Уважение к женщинам, безусловно, похвальное качество, но и не стоит давать залазить себе на шею.
На кухоньке мы едва втиснулись все. Стульев не хватало, но меня посадили во главе стола еще и пледиком ноги накрыли.
— Давайте знакомиться, — вздохнула я, грея об чашку ладони и рассматривая слабых магов тьмы, рассевшихся вокруг стола.
Мои безликие стояли за спиной и, наверное, это выглядело несколько устрашающе, с учетом того, что магами они были куда более сильными, так еще и с недоверием смотрели на доходяг.
— Меня зовут Клэментина, можно просто Кли. Ваши имена не спрашиваю, ибо не хочу, чтобы произошли казусы. Давайте условимся, у меня уже есть четверо мужей, и больше вступать в браки пока не планирую.
Только проговорив это, поняла, что до этого момента все еще держала в тайне то, что обрела метку Элима.
— Четвертый Варт или Элим? — с недовольством в голосе спросил Тит, игнорируя такое понятие как тактичность.
Сам Тит был моим мужем уже давно, но мы с ним контактировали больше как друзья, чем парочка. Хотя я точно знала, что мужчину такое не устраивает.
Я молчала. Признаваться желания не было, решила, что поговорю об этом с Элимом наедине и все объясню. Тем более, что после того поцелуя у него точно появились новые вопросы.
— Замужество редкость, мы на такое и не надеемся, — покачал головой один из новеньких, — ваша энергия просто… вкуснее. Никогда в жизни не видел эсфир.
— Так дело в этом? Не в том, что с вами плохо обращались?
— Нам все равно. Кристина не могла делать больно физически настолько, чтобы это было хуже зова бездны, мы то ему совсем противиться не можем, не то что ваши мужья, в них изначально больше силы. А Кристина в принципе не так плоха, с ней можно было чувствовать себя живым.
Я сконфужено моргнула. Так соседка была права, их все устраивает!
Слова новенького не внушили доверия. Рем рассказывал мне совсем другое — чем меньше сила, тем слабее зов. А причин не доверять своему первому мужчине не было.
И что мне теперь делать с этими примерами стокгольмского синдрома?
— Кли, тебе пора собираться в женский клуб, — напомнил Трой, забирая мою опустевшую чашку.
— Что-то мне все меньше хочется туда идти, сомневаюсь, что смогу завести здесь подруг.
— Если не пойдете, станете изгоем и долго здесь не задержитесь, — покачал головой кто-то из четверых, если честно, даже голоса у них были одинаковыми, отличить я не могла.
— Только берите нас, а не своих безликих, они слишком сильные, будут возмущения из-за давящей энергии тьмы, здесь такого не любят, — говорил, кажется, третий.
— Я не собираюсь плясать под чужую дудку и следовать глупым правилам. Со мной пойдут Элим, Трой и Рем, а остальные приглядят за вами.
— Но я тоже хочу пойти! — выразил недовольство Тит, — почему должен быть нянькой?
— А почему ты всегда споришь?
— Потому что ты всегда выбираешь не меня, а я вообще-то такой же муж, как и Рем!
— Отлично, значит останется Рем, а ты пойдешь с нами, только перестань дуть щеки, как мальчишка.
— Ура! — засиял Тит, кинувшись меня обнимать.
* * *
— Кли, дорогая, оставь своих темных за порогом дома, будь добра, — лепетала вышедшая на встречу Дарла, — мы хотим приятно провести время, а не давиться темной энергией.
Мы полчаса искали в городке ее дом, а потом оказалось, что женщина выслала за нами кого-то из своих безликих, бедняжка едва нас нашел, плутающих по безлюдным переулкам богатых домов. Как оказалось, Дарла жила в самом дальнем доме и явно неслучайно поселила меня настолько далеко от себя. Было в этом что-то предусмотрительное.
За ее спиной уже толпилось несколько представительниц слабого пола и по совместительству местного бомонда, выглядывая из-за могучего плеча большой мамочки. Одета она была простенько в сравнении с тем, в чем щеголяла на улице. Какой-то шелковый халат, завязанный на едва проклевывающейся талии и тапочки с мохнатыми помпонами на носах. Возле лица держала мундштук с сигарой, над губой зияла жирно подрисованная родинка.
Я покосилась на лужайку у дома, на ней действительно в ряд сидело несколько десятков безликих, ожидая у моря погоды. Один подметал граблями лужайку от опавших листьев, кто-то подстригал большими ножницами кусты, еще один красил бежевой краской забор, словно кому-то было дело до того забора в мире, превращенном в руины.
— Если кто-то надо будет, сможешь позвать в дом, а сейчас пусть идут к остальным ребятам, — она сказала это таким покровительственным тоном, словно на лужайке был детский сад.
Я с сомнением покосилась на Троя, Тита и Элима. Разлучаться с ними в тылу врага не хотелось, но с другой стороны вряд ли на меня бы стали нападать прямо в доме, когда защитники буквально за стеной и в любой момент могут почуять опасность.
Я кивнула мужчинам, чтобы ждали здесь и зашла в любезно приоткрытую Дарлой дверь. Спиной чувствовала пристальные взгляды безликих, но сама за них не волновалась, мои парни могут постоять за себя.
Оказалось, все кроме меня уже были на месте. Даже Кристина пришла, она была единственной, кто не вышел меня встретить, оставшись сидеть за столом с
