руками.
— Я пойду, проверю что там, — бросилась к двери, волнуясь за Тита, Элима и Троя.
— Стоять! — рявкнула Дарла, — держите ее!
Полуголые безликие растерялись, но среагировали быстро. Не прикасались ко мне, а просто преградили путь к двери, хотя уже за это я сама готова была накинуться на них с пощечинами.
— Не глупи, если произошло что-то серьезное, тебе точно туда не надо, — пропыхтела Дарла.
Грохот повторился с удвоенной силой, мебель в комнате ходила ходуном, царапая паркет там, где не было ковра.
— Пустите, — прорычала я, пытаясь растолкать живое препятствие.
— Уже близко, — расхохоталась очнувшаяся Ведунья, автоматически делая атмосферу порядком более угнетающей.
— Что это значит?! — крикнула я.
— Тьма любит Свет, а Свет ненавидит Тьму, только другой пары не подобрать, — улыбнулась женщина во все тридцать два, щербинка между ее зубов напоминала черную космическую дыру.
Дверь слетела с петель и в комнату ворвались мои мужчины, окутанные тьмой и в полной боевой готовности, сразу найдя меня взглядом, окружили со всех сторон. Просканировав местность и поняв, что здесь мне ничего не угрожает, Тит кинулся меня ощупывать на предмет повреждений.
— Ты не пострадала?!
— Нет, все в порядке, — я взяла его за руку, — что это за звуки снаружи?
— Землетрясение, — констатировала невозмутимая Дарла, — в этой местности такое случается время от времени.
Ведунья расхохоталась, и улыбка ее была чересчур двусмысленной.
— Нет, это что-то странное, — тихо проговорила Кристи, заметив что-то в окне, — на улице слишком темно и звезды не светят. Сплошной мрак, даже если хорошенько вглядываться. Еще ведь только вечер, а я не помню сумерки.
Ненадолго в комнате повисла гнетущая тишина, все смотрели в то окно, вид из которого представлял собой черный квадрат без каких-либо теней или пятен. Не было видно даже полотна неба, полоса горизонта словно стерлась. Когда к стеклу резко подлетела птица, разбившись об холодную поверхность, оставляя кровавый след, я вздрогнула, сжимая руку Троя, а Кристи взвизгнула и отскочила назад, машинально задергивая штору, девушка чуть не споткнулась о стул.
— Потушите свет! — рыкнул Тит, кинувшись к одной из масляных ламп.
— Ты не слишком ли много берешь на себя, мальчик? — проскрежетала Дарла, с нехорошим прищуром рассматривая моего мужа, — в моем доме я раздаю указания, уж не знаю, что вам позволяет Кли.
На Тите был плащ, но я кожей почувствовала его раздражение. Тем не менее, он смолчал, не реагируя на провокацию, точными движениями потушил огонек за толстым стеклом светильника.
— Тит, ты понял, что это там, на улице? — нервно переспросила я.
— Ничего хорошего, слишком насыщенная темная энергетика вокруг. Комната и без того фонит светом, в основном из-за тебя, но несколько эрмир только увеличивают эффект, а если еще огни в окне гореть будут — нас быстро найдут.
— В доме нет подвала? — обратился Элим прямо к Дарле, — Кли нужно спрятать.
— С чего бы это? — прищурилась Эмбер. — Клэментина, ты даешь своим темным слишком много воли, приструни уже, чтобы не мешали, раз уж пришли без спроса.
— Лучше делайте, как они говорят, девочки, — покачала я головой, — и попросила бы разговаривать вежливее с моими мужьями, я не очень люблю, когда моих мужчин обижают, Кристи подтвердит.
Участницы женского клуба переглянулись, да с такими лицами, что стало понятно — не поверили, что я взяла таких сильных темных магов в мужья, или приняли за пустую угрозу.
— Сейчас мир лоялен к женщинам, как никогда. Смысл прятаться? Никто не сделает плохо ни одной из нас.
Перед тем, как Элим потушил вторую керасиновую лампу, сиротливо стоявшую на полочке у входа, я заметила, как лукаво ухмыляется Ведунья, казалось, ее глаза полностью безумны, в них был страстный азарт, словно женщина действительно заранее знала, что должно произойти дальше.
Начались новые толчки, словно из нутра земли рвалась неведомая сила, пытаясь расколоть пол и вытиснуться наружу. Из глубины сознания поднялись старые детские воспоминания, которые мозг старательно блокировал все эти годы — что-то такое уже происходило, грохот, громкие звуки, сопровождающиеся страхом за свою жизнь. Пятнадцать лет назад.
Мир содрогался, мебель стала съезжаться в левый дальний угол, хрупкие предметы со звоном бились, а с потолка посыпалась штукатурка. Я схватилась за руку близстоящего Троя, в панике прислушиваясь к своим ощущениям, потому что ни черта видно не было.
Кто-то из мужчин схватил меня за руку, спасая от падающего серванта, и потянул под стол, там я нащупала Дарлу и остальных девочек, на повышенных тонах о чем-то переговаривающихся среди шума.
— Какого черта здесь происходит? — истерично кричала Эмбер, толкаясь и пытаясь заползти подальше, выталкивая меня из укрытия.
Сквозь стену звуков я внезапно четко услышала шаги. Они выделялись на общем полотне. Звук был резким и четким. Он пугал, но внезапно я осознала, что теперь слышу только его, все остальное померкло, превратилось в журчание воды.
Я попыталась отползти подальше, но за спиной оказалась знакомая твердая преграда. Ощущение тьмы, окутывающей тело, не покидало. Больше всего ужасало то, что я не видела ничего и могла понять, что творится вокруг. Я стала судорожно отводить от себя воспоминания о том, что случилось, когда подобное произошло прошлый раз. Не хотелось осознавать, что сейчас я снова мышь в клетке хищника.
Шаги приближались. Идущий был уже совсем близко. Это можно было понять даже по давящей ауре, по мурашкам на коже, оно готово было поглотить меня.
Он остановился совсем рядом, присел, склонившись ко мне. Думаю, я знала кто это, но одновременно боялась подобного варианта.
Зажмурившись, я беззвучно плакала, слезы стекали к губам, оставляя на языке неприятный соленый привкус. Было безумно страшно, казалось, что чувствую дыхание смерти на своем лице. Оно проникало под кожу, сжимало каждый орган, каждую молекулу в моем организме.
Когда что-то прикоснулось к щеке, я заплакала, попыталась отвернуться, но это что-то последовало за лицом, оно было похоже на прикосновение пальцев. Жутко холодное и неприятное.
— Ты прекрасна, — прошептало нечто, что разглядеть я не могла, — по-другому и быть не могло.
Сбоку послышался глухой удар, словно что-то ощутимо ударилось об толстый вакуум, пытаясь разрушить его. Звук повторился еще множество раз, прежде чем послышался треск. И звуки внешнего мира вернулись. Вернулся и свет.
Кто-то со знакомым запахом подбежал ко мне, сжал в объятиях.
— Кли, все хорошо? — обеспокоенно спросил, принявшись ощупывать мое тело на предмет повреждений.
— Элим, — выдохнула я облегченно.
В этот раз Элим пришел быстрее, чтобы спасти меня.
ГЛАВА 21
— Ты нашла себе достойную опору, Нийя, — шептал глубокий голос за спиной Элима, он напоминал шелест ветра и
