водяной поручень, и небо от нас скрыла вторая полусфера. Мы медленно отплыли от берега и, подобно какому-то батискафу, погрузились под воду. Наш проводник при этом занял место возле наших ног, и мы отправились в путь.
Что сказать, дорога оказалась на редкость неинтересной. Вода в реке была, по большей части, конечно, чистая, но видимость все равно не превышала десятка метров. Периодически мы всплывали, и пузырь открывался, меняя воздух внутри на свежий, и опять под воду. Первый день прошел довольно быстро. Мы постоянно спорили с Ягиней, в каком примерно месте находимся. Смеялись и шутили, забывая на короткое время, что нам предстоит сделать, отгоняя плохие мысли. А когда солнце начало заходить за верхушки деревьев, наш усатый капитан повернул пузырь в сторону берега. Надо отдать ему должное, место он выбрал отличное - пологий и чистый, словно специально кем-то расчищенный, берег. Метрах в двадцати от стоянки мы увидели упавший ствол большой сосны, возле которого и решили устроить ночлег. Дерево было сухое, с множеством веток, поэтому проблем с дровами не было. По просьбе Ягини наш панцирный новоиспеченный друг натаскал из реки рыбы. Потом, попрощавшись до утра, отправился в свою стихию. Рыбка пришлась как нельзя кстати, от такого водного марафона мой живот все громче и громче давал о себе знать постоянным урчанием. Ягиня привычными движениями почистила, выпотрошила рыбу и насадила её на сырые веточки, срезанные с растущей неподалеку березки. Затем приспособила над костром. Спустя минут двадцать наш ужин был готов. Не знаю, чем она приправила рыбу, но вкуснее я точно ничего не пробовал. Поев, я подкинул в костёр несколько толстых бревен, которые заготовил, пока Ягиня занималась рыбой. Мы сидели возле костра, Ягиня рассказывала мне удивительные истории из своей жизни, вообще о том времени, когда все славянские племена жили в гармонии с природой, почитали своих богов. Мне всегда нравились подобные истории, подобная жизнь и уклады нравились намного больше того мира, в котором живем сейчас. Я слушал и представлял, как живу в подобном месте, хожу в лес и на речку за пропитанием, возделываю почву, чтоб вырастить урожай. Жить тем, что дает мать - сыра земля, а не вечная погоня за современными ценностями. Жаль, что это уже невозможно.
- Ягиня, милая, - сказал я своей спутнице, - как бы мне хотелось, чтоб, когда все это закончится, когда спасем дочку, уехать с тобой в какую-нибудь деревню и жить, как наши предки.
Она улыбнулась и, подойдя ко мне, села рядом. Обняла и положила голову мне на плечо, отчего мое сердце стало колотиться так сильно, что я его даже слышал.
- Все может быть, дорогой, - сказала она так ласково, что сердце застучало еще сильнее, - Мы обязательно справимся со всем, спасем Вику и уедем туда, где нас не найдут эти прихвостни Аспида. А теперь нужно выспаться, завтра в путь, Олар придет с первыми лучами солнца.
И мы, обнявшись, чтоб не было холодно, и просто нам этого хотелось, улеглись спать. Конечно, мне не раз приходилось спать у костра в лесу. Обычно я долго ворочаюсь, прежде чем задремать, но на этот раз я уснул как младенец, как только улеглись. С тех пор, как начался весь этот кошмар, мне почти каждую ночь снились интересные, а главное, красочные сны, которые не забывались с рассветом, как обычно, они накрепко отпечатывались в памяти, как будто я наяву проживал те или иные события. Так случилось и в эту ночь. Как только я закрыл глаза, тут же оказался парящим в воздухе где-то в горах. Не было ни холода, ни страха. Я наслаждался полетом, так, наверное, себя чувствуют птицы. Вокруг были непроходимые леса, растущие у подножий величественных гор с заснеженными вершинами. Я безмятежно облетал их, любуясь красотой. Как вдруг мое внимание привлекла короткая вспышка огня, исходившая от верхушки самой высокой горы. Я остановился и пригляделся, вспышка повторилась. «Откуда тут огонь?» - подумал я. Тем более вспышками, как будто кто-то сигналит. Нужно проверить. Не успел я окончить мысль, как мимо меня пролетел небольшой огненный шар, оставляя за собой искрящийся хвост, как у кометы. И этот шар направлялся именно туда, откуда были видны вспышки огня. Недолго думая, я направился за этим шаром, сгорая от нетерпения и желая разгадать эту загадку. Подлетев к тому месту, я понял, откуда вспышки. На вершине горы находился вход в огромную пещеру, похожую на большущий зал правильной формы с куполообразным сводом. В середине купола было небольшое, метра два в диаметре отверстие, в которое можно было видеть небо. «Дымоход», - подумал я. И подумал правильно. В центре зала находился огромный кузнечный горн с двумя огромными мехами поддувал. Рядом с горном на огромном пне стояла невероятного размера наковальня. Облетев помещение, я поразился размерам всего, что там находилось. Я со своим ростом в метр и восемьдесят сантиметров был разве что с высоту наковальни. Возле горна стоял могучий кузнец. Поистине могучий. Седоволосый и с длинной, местами подпаленной, бородой. Его широченная спина была подобна скале, а ручищи! Казалось, ими можно крошить гранит. Он голыми руками, без использования каких-либо клещей, достал из горна раскалённый почти добела металлический прут, положил на наковальню и небольшим молотом начал придавать ему необходимую форму. От ударов этих в разные стороны разлетались искры, которые и привлекли мое внимание. А возле стены стоял уже знакомый мне мужчина. Брат Тары из моего первого видения, чья кровь, по мнению Ягини, течет и в моих венах. Он стоял сначала молча, скрестив руки, наблюдая за кузнецом, потом подошел ближе.
- Над чем трудишься отец? – спросил он, подходя. - Зачем хотел меня видеть?
- Как там Тара, сестрица твоя? – прогудел низким басом кузнец. - Давненько не видел ее. Все так же печется о смертных?
- Конечно, отец, - ответил Даждьбог с улыбкой, - она всегда будет помогать людям, оберегать, даже от самих себя. Растения создает лечебные, подсовывает их им в нужный момент, но дело идет медленно. Люди еще не скоро смогут оценить ее дары. Многие в пещерах еще прячутся, в лес боятся заходить. Так над чем ты трудишься?
- Да над тем же, чем и сестра твоя, - ответил кузнец, - я смертным делаю дары, чтоб к развитию их подтолкнуть. А тебе велю отнести их людям. Покажи и научи самых
