влияние на дочерние предприятия корпорации. Дядя, брат почившего отца, Сэмюель Бейл, занимался контролем работы исследовательских миссий и напрямую сотрудничал с корпорацией Альтрон. Так сложилось, что все новейшие передовые технологии находится у этих марсиан. И удалось же им захапать себе Цереру, на которой и расположился единственный артефакт способный считывать данные с кристаллов. Сами-то кристаллы являются всего лишь стекляшками. Смешно подумать, но впервые такие нашли на земле, но ничего ценного в этих образованиях не было. Считалось, что это их природная форма такая. А когда такие нашли сперва на Марсе, а затем и на других планетах системы… Да из них делали предметы декора, да разбивали делая украшения.
Но все изменилось, когда в шахте на Церере был найден он – артефакт древней цивилизации, который имел схематический рисунок показывающий, что он способен считывать эти стекляшки. И вот тут должен был бы начаться прорыв технологий. Вот только ученые смотрели на полученные сведения от артефакта и просто разводили руками. Нет, приблизительно они понимали о чем идет речь, вот только это было равносильно том, что папуасу дать чертеж компьютера. Картинка красивая, но что это понять он вряд ли сможет.
Единственным достижением, которым могли гордиться ученые, так это создание магических перстней. Владельцы этих устройств могут управлять одной из четырех стихий, одной лишь силой своей мысли. Едва об этом стало известно другим корпорациям, как те затребовали поделиться этой технологией и были настроены настолько решительно, что уже готовили десантные звездолеты, для захвата Цереры. Но Альтронцы решили поделиться технологией, с одной оговоркой, что она должна быть только и исключительно у новой аристократии, иначе может быть сильно нарушен баланс сил.
Да и никто не хотел усиления своего соседа, но все пеклись о сохранности своих тушек. Позже к этому набору добавились еще пояса и браслеты, которые содержали в себе кинетические щиты. Сперва думали выдать такие военным, но… а вдруг бунтовать начнут? Так хоть будет оставаться рычаг, позволяющий усмирить чернь. Вот и стали щиты доступны лишь самим магам, да их охране.
Мартин обвел взглядом свой рабочий кабинет и потянувшись к столешнице нажал на кнопку, чтобы прямо из стола, ему выехала чашка свежезаваренного кофе, чьи зерна были выращены на земле. Невольно Бейл задумался о своей матери.
Мать когда узнала, что их семью хотят задвинуть, а лучше уничтожить, разбила несколько дорогущих ваз, времен династии Мин, что еще прапрадед Мартина купил на одном из аукционов за баснословные на тот момент тридцать миллионов кредитов. И ладно бы речь шла о внутренней валюте Авангарда, так нет же, за межпланетную валюту!
Вот и крутил мужчина в своей голове, как можно вырваться из сложившейся ситуации, желательно еще и так, чтобы те кто желает его семье смерти, сами встали на грань существования.
Как уже было сказано семья Бейлов не была большой и тем не менее и дед Мартина, и его отец, сумели возвыситься, доказав окружающим, что они достойны находиться на вершине. Как бы ни было это тяжко признавать Мартину, но сам он не смог унаследовать от них ни харизмы, позволявшей легко сходиться с людьми, ни хитрости и изворотливости, которые позволяли лавировать между интересами "союзников", стравливая их и не давая получать решающее преимущество любой из сторон. Сложно сказать кто был в этом виноват, мать, которая дозволяла слишком многое своему любимому ребенку или отец, который привык всё контролировать сам и не позволял сыну погружаться в дела управления корпорацией достаточно глубоко, чтобы получить необходимый опыт, а может и то, и другое сразу и что-то ещё, теперь это уже не имело никакого значения. Важен был лишь факт, в котором младший Бейл со страхом мог признаться лишь себе и без свидетелей - он оказался не готов. И если ничего с текущей ситуацией не сделать, то он рисковал потерять всё. И делать что-то надо было быстро, решительно и без лишних сомнений. Это, к слову, Мартину унаследовать удалось. Глядя на своего всегда уверенного в себе отца, он перенял от него эту черту характера, когда считал, что любое начатое дело он завершит, как бы на это не смотрели окружающие. Даже если придется испачкать руки в крови и сломать пару ног. Особенно, если это чужая кровь и чужие ноги.
Теперь стало очевидно, что замараться придется, и не раз. А для этого ему понадобятся союзники. И, кажется, Мартину даже удалось их найти. Вернее, его свёл с ними его дядя. Только вот был нюанс. Мааааленький такой. Работая с "Альтроном" Сэмюэль Бейл завёл там множество знакомых и когда над семьей Бейлов нависла опасность, он предложил Мартину воспользоваться помощью их прямых конкурентов. На первый взгляд подобная просьба была бы слишком опрометчивой. Мартин понимал, если он сядет в кресло Председателя Совета при поддержке Альтрона, в будущем у них появится очень сильный рычаг давления, который марсиане несомненно будут использовать и где будет пролегать граница жадности - Мартину было даже страшно представить. С другой стороны - если он не воспользуется предложением - никакого поста он может и не увидеть. Было и в-третьих. И это третье оказалось неожиданно притягательным и соблазнительным.
Альтрон хотели получить его брата ублюдка, правда живого, но не обязательно здорового. Как рассказал ему посредник, его братец, вот ирония, работал на марсиан по силовому направлению, но в процессе что-то у них пошло не так и Мудак (тут Мартин в очередной раз усмехнулся тому как точно подобрали братцу позывной) подло ударил пригревшую его корпорацию в спину, уведя у них какого-то ученого.
На этом месте Мартин мысленно снял с ушей лапшу, блюдо, ставшее визитной карточкой колоний корпорации Сяо Синсин. Нет, в том, что по какой-то причине Павел сбежал от Альтрона, он не сомневался. Более того, обстоятельства их последней встречи подсказывали ему, что невольно он столкнулся с ним как раз в тот момент, когда он вступил в конфликт со своим работодателем. Пока Мартин искал Павла, ему говорили, что вокруг того происходят какие-то странные и непонятные события, но на тот момент Мартина это нисколько не интересовало. Главным для него было избавиться от недоразумения, что мешало взять власть в свои руки. Как говорится, вижу цель - не вижу препятствий. Вот только все пошло не по плану. Это было обидно, но Мартин не видел смысла в рефлексии. Страдать он не любил, страдать должны были исключительно те, кто навлекли на себя его неудовольствие. Но между тем история похищения ученого оставила много вопросов.
Нет,
