На некоторое время это привело её в замешательство. Чёрная панелька с белыми цифрами – колёсики были установлены неровно, как попало, даже не на самих цифрах, а на промежутках между ними. Четыре циферки… да, это только в фильмах шпионы навскидку подбирают код к любым замкам, а в жизни… Но наверняка же тут всё не просто так – думай, думай! Инна призадумалась. Ей нужен выход, ведь верно? А выход это дверь, и она имеет свой номер, тоже четырехзначный… Ну так чёрт же меня возьми! – едва не выкрикнула вслух. Ведь давным-давно, ещё в начале своего путешествия, я стояла перед дверью на выход, перед дверью с номером…
Этот номер, ржавый, выдолбленный прямо в металле, уже маячил у Инны перед глазами, и она лихорадочно вертела колёсики: 0… 1… 9… 5! На миг остановилась, не решаясь проверить. Положила «дипломат» плашмя, провела по нему ладонью, смахивая остатки пыли. Ну, с богом разом рванула крышку вверх.
Она открылась, как положено. Вообще-то Инна уже знала, что увидит внутри – но всё-таки взмахнула руками радостно, подставила их под подбородок, улыбнулась, покивала головой… Внутренность чемодана была вся заполнена туго перетянутыми пачками. Инна взяла одну, оглядела, довольно пролистнула. Интересно, почему же такими мелкими? Все купюры, похоже, были достоинством в один доллар. Скорее всего, сотня штук в пачке – и сотня пачек на «дипломат».
Она даже не собиралась их пересчитывать. Не всё ли равно, в самом деле? Ну, пусть не досчитаюсь какой-нибудь сотни или даже полтысячи. Меняет это что-нибудь? Ровным счётом ничего. Нет, подумала тут же, у них не может быть ошибки. Конечно же, здесь всё точно, один к одному. Десять тысяч долларов. Правда, я рассчитывала получить их уже по ту сторону выхода, а оно вон как вышло… Но раз я нашла эти десять тысяч, раз они оказались не мифом, не фальшивой подставкой, а вполне реальными – вот они, я держу их в руках! Раз так – то неужели я теперь не найду какой-то дурацкий выход?!
Средние пачки чуть выпирали наружу, возвышаясь над остальными. Там есть что-то ещё? И правда, подумала Инна: если они положили в «дипломат» деньги, это не значит, что они не могли положить в него и что-то ещё. Она разгребла среднюю кучку, разложила пачки по сторонам. Под ними открылось гладкое днище чемоданчика, а на нём… на нём лежал пистолет. Не такой, как был у амазонки, хотя тоже чёрный – этот казался более крупным, более тяжёлым даже на вид. Она осторожно вытащила оружие, глядя на него с непредвиденным испугом. Зачем он здесь? Это намёк, да – но на что? Что вы хотите этим сказать, вы, гады, подлецы, издевающиеся над нормальными людьми? Что никакого выхода на самом деле нет, потому что есть только один – поднести эту игрушку себе к виску и нажать на рычаг? Так, что ли? Так, так?!
Руки всё ещё дрожали – это была какая-то странная смесь радости и страха. Ладно, сказала Инна себе, успокойся ты, в самом деле! Не имеет никакого значения, на что они хотели намекнуть. Честное слово, ну абсолютно никакого значения! Девочка, а почему бы тебе не посмотреть на это с положительной стороны? Ведь теперь у тебя есть оружие, с которым ты сможешь защитить себя, пробиваясь к выходу. Что – разве не так? Конечно же, так! Вот и всё, и нефиг разводить панику! Она успокоилась, даже решилась взять пистолет в руки, погладила его любовно. Ты мне ещё послужишь, хороший мой. Ведь я должна выбраться, обязательно должна. Вопрос жизни и смерти!
Вдруг на неё упало пятно света – распахнулась дверь. Инна спохватилась. Проклятье, эти деньги совсем задурили мне голову, я даже забыла, где нахожусь! Она поспешно укладывала пачки на место – а, не важно, пускай себе лежат криво, лишь бы он закрылся. Раскидала их, как-то разровняла, захлопнула крышку, спутала код. Вот, подумала, а ещё говорила, мол, в фильмах – а у самой получилось ничуть не хуже, чем в фильме! Быстро закрывала на ключ замки – с одним справилась сразу, на другом замешкалась, никак не могла попасть в отверстие. Да что это за безобразие! Заканчивала уже на ощупь, повернув голову и глядя в сторону двери: кто же там?
Ну да, конечно. Гарольд, граф Западных Земель. Как жаль, что в этом полумраке невозможно увидеть его глаза!
– Что вы здесь делаете, принцесса? – он остановился, пройдя несколько шагов внутрь помещения. Может быть, не хотел пачкать свой костюмчик? Хотя, с этой стороны вполне можно пройти, почти не касаясь паутины – это она, дура, выбрала не ту стену и попала в самые заросли!
– Не твоё дело, – Инна старалась, чтобы ответ прозвучал как можно равнодушнее, без всякой интонации.
– Вам не следует здесь находиться. Идёмте, прошу вас.
Она взяла в руки пистолет, чуть усмехнулась. Развернула ноги в направлении двери, но пока не вставала. Собрала всю свою решительность и сказала твёрдо:
– Гарольд, не подходи ближе!
– Что вы собираетесь делать, принцесса? – голос был не совсем ровный, его обладатель явно нервничал – это её успокаивало.
– Повторяю: не твоё дело, – она подняла пистолет, сжимая его обеими руками; вытянула их – в левой снова что-то неприятно захрустело: да что же это с ней? как я теперь буду играть? Произнесла с нажимом: – Уходи, оставь меня в покое!
Он сделал шаг вперёд, и Инна выматерилась про себя.
– Принцесса, пойдёмте со мной. Я отведу вас в вашу комнату, там вам будет лучше…
Вот опять, подумала она. Опять он рассуждает о том, что для меня лучше! Почти выкрикнула:
– Гарольд, я же не хочу тебя убивать! Я правда совсем не хочу тебя убивать!
– Но вам совсем не нужно этого делать, принцесса.
Он подошёл ещё ближе. Нет, подумала Инна, не могу. Он не прав – я должна это сделать, я, чёрт возьми, просто обязана это сделать! – но я не могу. Ну что тут такого – всего-то придавить пальцем этот рычажок? Нет, не могу. Не могу, не могу, не могу!..
Она повела головой – в глазах промелькнула вереница резиновых кукол. Это сразу придало ей решимости:
– Что стало с ними? – и продолжила истерично: – Что ты сделал с ними, ты, сволочь?!
Гарольд не отвечал. Она всмотрелась в него, в это холёное мушкетёрское лицо, слишком красивое, почти её идеал, мужчина её мечты, такие бывают только в кино… Теперь она могла видеть его глаза… глаза, полные преданности… готовности служить… желающие ей добра… Ничего другого, ни в коем случае – только добра… Невозможно…
Вдруг Инна опомнилась; поняла, что уже несколько секунд жмёт на спусковой крючок – а тот не нажимается, не щёлкает, даже ничуть не шевелится, будто застрял, как когда-то ключ. Да что же это, господи боже! Неужели я до такой степени феноменально, патологически невезучая? Гарольд, казалось, ждал чего-то – не приближался больше, но и не отходил назад. Что же делать, чёрт, что же делать?! Она постаралась собраться с мыслями… Юная Инночка, а ты пистолет с предохранителя снимать не пробовала? Тебя этому не учили, да?! Так лазить по подземельям тебя тоже не учили, чего ж ты, дурёха, полезла?! Она нашарила большим пальцем рычаг, оттянула на себя, почувствовала: зафиксировался. Это были уже просто механические действия: отодвинуть сюда, направить туда, нажать тут… Совсем не сложно, ничего сложного: нажать тут…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
