— Я найду ее, — заверила его мать, нежно коснувшись его руки. — Тебе нужно обсудить дела с Акмалем.
Рафик машинально кивнул и позволил ей выйти. Пусть мать поговорит с Серой. Пусть поможет ей справиться со страхами и сомнениями. Потому что, если он станет королем, Сера будет королевой. А можно ли ему жениться на женщине, которая столько лет была женой посла?
— Акмаль, — произнес он, возвращаясь к делам и стараясь забыть тот жуткий крик и несчастный вид Серы, когда она выбегала из комнаты, — вы сможете выполнить другую мою просьбу?
Старик кивнул:
— Группа докторов приедет позже, сегодня. Операция назначена на завтрашнее утро.
Рафик облегченно вздохнул. По меньшей мере, кое-что в этом мире идет по плану.
Мать сообщила Рафику, где он найдет Серу: надо спуститься вниз по испещренным временем ступеням, ведущим из дворца на небольшой изолированный пляж.
— Сера поговорит с тобой, — сказала ему Ришана, — вдали от дворца и посторонних глаз и ушей. Она объяснится.
Рафик не понимал, что еще нужно объяснять. Меньше суток назад она согласилась стать его женой. Разве что-то осталось невыясненным? Если только ее нелогичное сегодняшнее поведение.
Он действительно нашел Серу в дальнем конце маленькой бухты. Она смотрела, как солнце скатывается в море. Ее синее платье развевалось на ветру, черные волосы распущены по плечам. Как шло ей это синее платье!
«До чего красивая, — подумал Рафик, идя к ней по теплому песку крошечной бухты, — и до чего несчастная...»
Этот пляж видел слишком много. Рафик не понимал, хорошее это предзнаменование или нет. Именно здесь королева Инес нашла Зафира, принца Калисты, которого полумертвым вынесло на берег. Именно здесь, обезумев от горя, она приняла его за собственного покойного сына Завиана, и в результате после ее смерти отец Рафика так и не получил корону...
Этот пляж знал ложь, которая все изменила тридцать лет назад. И теперь невероятные события прошедших нескольких недель приняли более драматичный оборот. Происходило то, что раньше невозможно было вообразить. Теперь, вместо брата Карифа, он станет королем!
А женщина, которую Рафик хочет сделать своей королевой, смотрит на море, потерянная и одинокая... Почему?
Когда он подошел, Сера обернулась, и снова Рафик поразился бледности ее лица и страху во взгляде.
— Что такое? — спросил он, желая ее обнять, но она отстранилась от него. Ему пришлось довольствоваться тем, что хотя бы удалось взять ее за руку. Но вот она высвободила руку из его пальцев, отвернулась и побрела вдоль берега. — Сера, что не так?
Она покачала головой, и ее черные волосы заколыхались.
— Все не так...
— Что ты имеешь в виду?
— Ты когда-нибудь думал о том, что нам не суждено быть вместе? Судьба была против нас с самого начала.
Ее слова казались Рафику бессмысленными, как и события этого сумасшедшего дня.
— Но ведь мы были вместе все прошедшие дни! Нам так хорошо вместе...
Она улыбнулась, соглашаясь с ним, но улыбка не коснулась ее глаз.
— Эта судьба снова приготовила ловушки. Она подарила нам несколько волшебных часов, а в конце безжалостно вонзила нож. Боги забрали назад свой подарок...
Она снова повернулась, но только потому, что Рафик схватил ее за плечи и развернул к себе лицом:
— О чем ты говоришь? Судьба? Мы теперь вместе. Ты вдова. Я могу жениться на той, кого выберу. И я из всех женщин выбираю тебя, Сера! Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Желаю, чтобы ты была моей королевой!
Она поджала губы, но он уже заметил слезы в ее глазах и слипшиеся от влаги ресницы.
— Но я не могу стать твоей женой, Рафик!
Ее тихие слова вонзились в его сердце, словно острые когти.
— Не можешь или не хочешь?
— Я не могу! И ты не можешь на мне жениться. Ни сейчас, ни когда-либо.
— Что за ерунда! Прошлой ночью ты согласилась. Что изменилось теперь?
— Теперь ты станешь королем!
Он отпрянул от нее:
— Что за чушь! Как думаешь, нравится мне то, что я стану королем? Без подготовки, знаний и опыта. Не думаешь, что я справлюсь, если рядом окажется кто-то с большим, чем у меня, опытом? Ты десять лет была женой посла. Неужели ты не думаешь, что твой опыт не поможет? Бог свидетель, мне понадобится помощь, если я захочу хоть как-то решать нужды этой страны.
— Нет, — почти пискнула она, низко наклонив голову и прижав подбородок к груди. — Я не смогу тебе помочь, если ты на мне женишься.
День, который начался так плохо, становился все хуже. Какой еще сюрприз преподнесет ему Сера? Когда-то Рафик считал ее охотницей за богатством, думал, что она вышла замуж за Хусейна ради богатства и престижа. А потом понял, что ее заставили стать его женой. Она никогда не была близка с мужем. И теперь любые размышления о том, что шикарный образ жизни как-то привлечет Серу, мгновенно теряли смысл. Мало чья жизнь сможет сравниться по роскоши с жизнью королевы Кьюзи, и все же Сера отказывается от нее...
— Ты можешь объяснить мне, почему?
Но она лишь покачала головой:
— Мне жаль. Мне так жаль...
Рафик отвернулся от нее и запустил пальцы в волосы, чувствуя внезапную боль. Он окончательно перестал что-либо понимать. Какого черта хочет эта женщина? Разве прошлой ночью он не предлагал ей все блага?
Может, блага он и предлагал... Но это только материальные блага...
Он не предложил ей все потому, что сам не понимал ситуации до настоящего момента. И теперь ему надо было бы проклинать Карифа за его действия, а он, наоборот, их оправдывал. И Рафик понял... Сейчас самое время сказать ей об этом. Он знал, что Сера к нему неравнодушна. Она таяла в его объятиях, ее тело становилось податливым... Она обязана испытывать к нему чувства! Рафик лишь надеялся, что не опоздал со своими увещеваниями.
Он неторопливо повернулся и прикоснулся к ее рукам, которые она сцепила в замок. Пряди распущенных черных волос танцевали вокруг ее лица, темные глаза были широко раскрыты, и Рафик увидел в них страх...
— Но ты должна выйти за меня замуж, Сера! Потому что я не женюсь на другой женщине. Я люблю тебя.
И ее красивое лицо вдруг сморщилось. Вырвавшийся из груди мучительный крик унесло ветром, когда она рухнула на колени на песок.
— Сера!
Сера рыдала без слез, уткнувшись в ладонь. Какая несправедливость! Рафик говорил о контрактах и уместности, разуме и чувствах. Вчера ночью, делая ей предложение, он ни слова не сказал о любви. И она coгласилась потому, что желала ему лучшего. Ей было все равно, любит он ее или нет, так как она начала бы жизнь заново в том месте, где ее никто не знает, и была бы рядом с ним...
