знаешь, где сейчас наследник?
– Конечно. Вчера в «Вестнике» я прочитала, что крейсер приплыл на Цейлон.
– А где это?
– Это остров в Индийском океане, – со знанием дела начала рассказывать Маля. – Там очень древняя цивилизация. Жители ездят на слонах и выращивают чай в горных районах центральной части. Там ещё очень много обезьян, и они считаются священными. Их кормят бананами.
– А я никогда не ела бананы, – восторженно глядя на Матильду, сказала Оля. – Откуда ты всё это знаешь?
– Купила такую книжку «Страны мира». Я читаю обо всех местах, куда приплывает наследник, и у меня такое ощущение, что я тоже путешествую вместе с ним.
– А как ты узнаёшь, куда он приплывает?
– Из газет. Я каждый день читаю «Вестник».
– Когда ты только всё успеваешь? – удивилась девушка.
Ольга понимала, что из этой влюблённости подруги в наследника, конечно, ничего не получится, хотя он явно уделял ей внимание прошлым летом в Красносельском театре. Ещё со школьных лет они всегда влюблялись в какого-нибудь недосягаемого кумира, тешась мечтательными вздохами и разговорами о своем избраннике. Вот и теперь Оля воспринимала увлечение Матильды всё ещё по-детски. А то, что девушка в действительности собиралась добиваться взаимности у наследника, ей даже в голову не приходило! Такой дерзости в посягательстве простой танцовщицы на сердце будущего императора даже во сне не могло ей присниться!
Глава 4
По календарю уже наступила весна, но, как всегда, зима ещё не хотела сдаваться. Весь март с неба валил снег и трещали морозы. Только в середине апреля началась капель, и с крыш сразу же повисли огромные сосульки, грозящие упасть на головы прохожим. Каждое утро и вечер дворники мужественно сбивали их вниз, но за ночь они вырастали вновь, как грибы после дождя. Наконец, снег сошел совсем, закончились ночные заморозки, земля, пригретая весенним солнцем, стала понемногу оттаивать, появилась первая травка, на деревьях стали набухать почки, в город прилетели грачи.
«Вот и птицы возвращаются», – думала Матильда, радуясь приходу долгожданной весны и глубоко вдыхая её свежий воздух.
Но когда же ждать возвращения наследника? Из газет она знала, что он уже достиг берегов Японии. Это была последняя страна в череде его визитов, и, значит, ждать осталось не так долго.
Тридцатого апреля в квартире Кшесинских ранним утром раздался колокольчик входной двери. Матильда уже выпила кофе и одевалась, чтобы ехать на занятия к маэстро Чекетти.
– Мадемуазель Матильда, к вам Татьяна Николаева, – доложила Маша, заглянув в спальню. – Говорит, срочно!
– Проводи её в малую гостиную, – встревожилась Маля.
Она быстро заканчивала свой туалет. Руки её дрожали от волнения. «Что-то случилось», – стучало в её мозгу. На ходу застегивая пояс на юбке, Матильда вошла в комнату. Таня тут же вскочила с дивана.
– Что-то с цесаревичем? – дрожащим от волнения голосом спросила Маля.
– Ты только не волнуйся…
– Он жив?
– Жив.
– Рассказывай, – слегка успокоившись, попросила девушка.
– Я сама ещё мало знаю, но вчера на наследника напал какой-то японский полицейский на острове Оцу и проломил ему череп мечом. Думают, что это покушение.
– О, господи! – вскрикнула Матильда. Её ноги подкосились, и она опустилась в кресло, рядом с которым стояла.
– Не волнуйся так. Цесаревич чувствует себя уже лучше.
– Откуда ты узнала?
– Я снимаю комнату у госпожи Соловьёвой. Так вот, её муж работает в канцелярии Министерства иностранных дел телеграфистом. Ночью он как раз находился на службе, когда от русского посланника в Японии поступило это ужасное донесение. В нем было также сказано, что после нападения наследника отправили в Киото, где ему сделали операцию, и что сейчас он уже вне опасности, – рассказывала Татьяна с горящими глазами от важности тех новостей, которые принесла. – Все в министерстве, конечно, ужасно перепугались и решили государю до утра это донесение не показывать. Боялись, вдруг он сразу объявит войну Японии! – Татьяна сделала небольшую передышку, налив себе воды в хрустальный стаканчик из графина, стоящего на маленьком кругленьком столике, и сделала несколько глотков. – А сегодня утром поступила депеша и от императора Японии. Он сообщил нашему государю, что виновный задержан и в ближайшие дни будет предан суду.
– И что государь? – со страхом в голосе спросила Матильда. – Будет война?
– Не знаю. Муж моей хозяйки сказал, что в канцелярию уже со всех стран несутся телеграфные послания. Весь мир в напряжении: будет война или нет.
– А откуда об этом уже узнал весь мир? – удивилась Маля.
– Как откуда? По тому же телеграфу. Каждый посол, находящийся в Японии, сообщил эту ужасную новость в свою страну. Вот все и всполошились.
Войну император не объявил, но приказал сыну срочно прервать поездку по Стране восходящего солнца и вернуться домой. Как только наследник стал себя лучше чувствовать, его перевезли на крейсер «Память Азова», и шестого мая он отпраздновал своё двадцатитрехлетие впервые вдали от родины, приняв японского императора на борту своего корабля. Наследник русского престола выразил микадо официальное сожаление о невозможности посетить Токио и представиться императрице. Японский император в свою очередь принёс ещё раз извинения и передал подарки для русского царя. Все формальности были соблюдены, и на следующий день, ранним утром, крейсер «Память Азова» покинул Японию, взяв курс на Владивосток, где цесаревич должен был принять участие в закладке Уссурийского участка великого Сибирского рельсового пути Транссибирской магистрали. Затем, после торжеств по этому поводу, пересев в экипаж, обратный путь домой его высочество проделал уже по суше. Ему предстояло проехать по всем крупным азиатским губерниям империи, увидеть мощные реки Сибири, озеро Байкал и, перевалив через Уральские горы, вернуться в европейскую часть своего государства. Надо же будущему императору знать ту огромную страну, которой, когда придёт время, ему предстоит править!
Глава 5
Пятнадцатого мая Юлии Яновне исполнялось сорок семь лет. Городская квартира не могла вместить всех друзей этой хлебосольной семьи, как это бывало в имении на праздновании дня рождения Матильды, а потому, в дом, как всегда, были приглашены только близкие. Среди них были, конечно же, крёстный Строкач, друг отца бас Иван Семенович Пирогов, а также подруга Юлии с ученических лет в балетном училище Полина Невзорова с мужем, служащим в министерстве иностранных дел. Через Матильду пригласили и Татьяну Николаеву. Девушка явно понравилась Леониду Генриховичу во время Рождественского сочельника, и Кшесинским хотелось сделать приятное человеку, который был не только крестным дочери, но и большим другом семьи. Юзеф, с позволения отца, привел Симу Астафьеву, представив её гостям как свою невесту. Феликс уже смирился с этим, только просил не торопиться с женитьбой.
